"Фантастика 2025-71". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)
— Не помню, я за ними не слежу, давно, наверное. Мам, ты хочешь сказать, что я беременна? Глупости, с чего бы это…..
И вдруг понимаю с чего. Точнее, от кого. И когда. По срокам все совпадает, и там, в химкинской конспиративной квартире нам было не до соблюдения законов контрацепции…
— Вика, поехали в консультацию, — говорит мама.
* * *— Да, вы беременны, — будничным тоном говорит врач. — Семь с половиной — восемь недель. Одевайтесь.
Я слышу это все, как сквозь вату. Автоматически натягиваю белье, застегиваю платье. У меня будет ребенок. От Авдея.
Врач что-то быстро пишет в моей медицинской карте, не глядя на меня. На столе стоит графин с водой.
— Можно… воды? — осипшим голосом спрашиваю я и хватаюсь за спинку стула, чтоб не упасть.
Меня усаживают, дают воды и ватку с нашатырным спиртом, чтоб пришла в себя. Во взгляде врача я встречаю какую-то презрительную жалость: вот, залетела, дура, сама не знает от кого, а теперь истерики закатывает, сострадания добивается.
— Вы успокойтесь, — буднично говорит врач. — Замужем?
— Нет.
— Понятно. Ребенка будете оставлять?
Я вздрагиваю:
— В смысле?!
— В обыкновенном. Ставить вас на аборт?
Я прислоняюсь затылком к холодной стене и закрываю глаза. Врач молодец, она не торопит меня с решением. У меня есть право выбора.
Какого выбора, Вика, ты о чем? Ты хочешь убить своего ребенка?! А что на это скажет Авдей?
Он ничего не скажет, он и знать-то ничего не будет, ему до меня больше нет дела…
Ты не имеешь права убиватъ человека! Даже такого… эмбрионального!
А человек ли родится у меня? Я же ведьма! Я заражена магией, как чернобыльский огурец — радиацией! Вдруг родится какой-нибудь монстр?! Магический мутант?! Кому он будет нужен?
Значит, даже тебе не нужен? Ох и дрянь же ты эгоистичная, Вика… Я-то была о тебе лучшего мнения.
Кто это — ты?
Да совесть, совесть… Или ведьмам совести не полагается?
Я вздыхаю, открываю глаза. В кабинете уже почему-то оказалась мама, и сейчас она горячо обсуждает что-то с врачом. Я деликатно покашливаю, они обе замолкают и смотрят на меня.
— Если ты… если ты решишься на такой шаг, я тебе больше не мать! — грозно заявляет мама.
— Ты о чем? — устало осведомляюсь я. — Я вообще-то собираюсь рожать, но если ты против…
— Доченька!!! — Мама виснет у меня на шее, что довольно-таки неудобно, учитывая мое сидячее положение. — Умница! И правильно, рожай! Ничего, вырастим, выкормим, воспитаем! И безо всякого отца! Я так давно мечтала о внучке!
По-моему, даже врач умичяется при виде этой сцены.
— В таком случае буду наблюдать за развитием плода. Каждые две недели — ко мне на прием. И помните: никаких вредных привычек, поменьше стрессов, побольше овощей, фруктов, свежего воздуха и положительных эмоций. И все будет в порядке!
* * *Домой мы возвращались в самом приподнятом настроении. Зашли по дороге в детский универмаг, приценились к коляскам, полюбовались плюшевыми игрушками и пластиковыми конструкторами. Я купила себе целых два кило бананов и с вожделением представляла, как буду валяться на диване и уплетать их за обе щеки. В моем положении мне положены льготы, простите за каламбур..
Только когда мы вошли в квартиру, наше праздничное ликование сменилось недоумением и страхом. Потому что на диване сидел не кто иной, как генерал-майор Калистратов (он же Баронет), и выглядел он мрачнее атомной войны.
— Вот это номер, — только и сказала я, а мама безо всяких разговоров повисла у мэтра на шее. — Какими судьбами в наши края?
— Анастасия сбежала из-под стражи, — глухо сказал Баронет. — А меня отстранили от ведения следствия за превышение полномочий и неэтичное отношение к представителям Трибунала.
Ну вот. А я-то, глупая, переживала, что жизнь моя становится слишком пресной и однообразной!
— И что же нам всем теперь делать? — поинтересовалась мама, отлипнув наконец от Баронета.
— Не знаю, как вы, а я пойду чайник ставить. Время файф-о-клока, — сказала я и отправилась на кухню. Из любого положения найдется выход. Главноe — вовремя поставить чайник и приготовить хороший чай.
…Когда я позвала их к столу, Баронет вошел уже не с мрачным, а скорее радостно-ошарашенным видом и первым делом обнял меня и расцеловал в обе щеки
— С чего вдруг такие нежности? — заворчала я, высвобождаясь из объятий.
— Таня мне сказала, что ты готовишься стать мамой, — совсем уж сентиментально пропел Баронет
— Готовлюсь. Ну и что с того? Садитесь-ка лучше чай пить. Вот, еще сливочный ликер есть, я его у вас украла, пока занималась исцелением Натальи. Кстати, мы ее исцелили.
— Охотно верю. Танюше плесни ликеру, а мне не надо.
— Я тогда уж и себе…
— Тебе нельзя!!! — хором выдали мои хранители. — И курить тоже прекращай!
— Как скажете… Будете теперь без конца воспитывать бедную беременную женщину… Ладно, хватит об этом. Баронет, мы ждем подробностей.
Баронет, как всегда, всыпал в чай пять ложек сахару, размешал, отхлебнул и начал:
— Дело обстоит следующим образом…
Оказывается, Трибунал Семи Великих Матерей-Ведьм при рассмотрении дела Анастасии руководствовался новым, недавно принятым принципом о самоценности магии. То есть любая магия, которая декларируется как сохраняющая экологический баланс определенного региона, стимулирующая развитие его биосферы, не считается противозаконной. А Анастасия сумела повернуть факты именно так, что она на Урале занималась такими магическими действиями, которые приведут в конечном итоге к возрождению экологического потенциала Урала, его природных ресурсов и т. д. и т. п. Словом, представила себя этаким борцом за природу и исконность традиций, не испорченных техногенной цивилизацией. И самое ужасное, что ей поверили! Европейцы — вообще народ доверчивый и на идеях «Гринписа» слегка зацикленный. Не миновало это поветрие и европейский Трибунал Семи Великих Матерей-Ведьм. И хотя я представил массу доказательств, опровергающих красивые речи Анастасии, Трибунал не вынес окончательного вердикта, а назначил дополнительное расследование. На время же этого расследования Анастасия лишь условно была заключена во временный изолятор с сохранением всех своих магических способностей… О Матери-Ведьмы, чтоб вас! Естественно, при первом же удобном случае властительница Урала сбежала, и я даже следов ее взять не могу, так она хорошо их замела! Конечно, в Трибунале поднялся шум-гам, ах, упустили, ах, поверили, ах эти коварные русские! Ну, я им высказал все, что о них думаю. Хотели из генерал-майоров разжаловать, но потом передумали и дали приказ любыми силами и средствами найти Великую Черную и доставить ее пред очи ясные суда.
— И куда вы намереваетесь отправиться? — спросила я.
— Сначала хотел в «Аркаим», но, по здравом размышлении, передумал. Во-первых, там все начисто разгромлено, Алтарь снесен и к тому же под каждой елкой дежурит взвод миротворческих сил. Они подняты по тревоге и не то что Анастасию — комара малярийного за зону оцепления не пропустят! Поэтому я решил — поеду к вам, проверю, все ли тут в порядке.
— Да вроде все нормально, шеф! — засмеялась я и принялась за любимые бананы. — В заложники нас пока еще никто не берет…
— Тьфу, тьфу, чтоб не сглазить! — сплюнул Баронет. И понизив голос, спросил: — Ребенок от него?
— От него.
— А он знает?
— Откуда?
— Давай с ним связь наладим. Прямой ментальный канал!
— Не надо. Не хочу.
— Гордая, да?
— А то!
— Ну ладно, Я, конечно, со своей стороны тебе всегда помогу: и материально, и советом… Хорошим магом ребеночка воспитаем…
— Ну нет, только не это! — завопила я. — Хватит и того, что вся моя жизнь черт-те как идет из-за этой магии! Ребенок будет…
— Налоговым инспектором, как бабушка, — улыбнулась моя дорогая мама, три типуна ей на язык.
— Так, прекратили обсуждение судьбы еще неродившегося человека. Вырастет, сам решит, кем ему (или ей) быть. Вернемся к прежнему вопросу: где искать Анастасию?