"Фантастика 2025-71". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)
— Мамочка, — я лисой подскочила к ней, чмокнула в щеку. — Ну не дуйся, пожалуйста, я спешила, как могла, а там такой запущенный случай… И к тому же, смотри кто к нам пришел!
Подполковник налоговой полиции и высокопрофессиональная гадалка-чародейка изучающе долго смотрели друг на друга. Затем я кожей ощутила, как атмосфера в доме из напряженной превратилась в дружески-неофициальную.
— Татьяна Алексеевна. Можно просто Таня, — отрекомендовалась мама, подходя к гадалке и протягивая руку для пожатия.
— Катерина Измаиловна. Можно просто Катя, — гадалка крепко пожала мамину руку, а потом перевернула ладонью вверх и пристально вгляделась: — Тань, ты давно у отоларинголога была? Смотри, у тебя тут опасность хронической болезни среднего уха на шестом десятке жизни. Сходи проверься, нечего болезни запускать…
Мама зачарованно посмотрела на гадалку. Потом перевела взгляд на меня.
— Баба Катя — гадалка, хиромант, ворожея, — пояснила я. — У нее высшее образование, профессорская степень.
— Магистерская, — потупившись, поправила меня гадалка.
— Великолепно! Такое знакомство — просто честь для меня! — воскликнула мама. — Без церемоний, прошу к столу! Извините, конечно, что небогатый ужин, так, салатики, курица-гриль с ананасами, яблочное желе на десерт…
— Ничего! — жизнерадостно сказала баба Катя. — Мы тут в супермаркете селедочки прихватили. И водочки — под душевный разговор…
* * *— А сейчас мы выпьем за то, чтобы те, кто нам дорог, всегда были достойны самого лучшего! За предотвращение нарушения кислотно-щелочного баланса во всем мире!
— Хар-роший тост! Вика, твоя мама здорово говорит, как лектор!
— Она не лектор, она налоговый инспектор, хи-хи! Мою маму боятся все, даже черные маги! Потому что деклара-а-ацию не подают! А закон — он для всех закон!
— Точно. Выпьем за закон. Тань, наливай.
— Угу. А вот кому салатика…
— Погоди с закуской… Ну, бабоньки, за нас, красивых! Тань, хошь я тебе погадаю? На мужика?
— А погадай… Выясним всю его ко мне то-ле-рант-ность!
— Вик, поставь табуретчку, я прям на ней и разложу…
Я убрала подальше от гадалки табуретку, пощелкала пальцами и заявила:
— Хорош пьянствовать! У нас еще есть важные дела.
Мама, заглатывая банан, еще проворчала что-то типа: «Дочь, ты не права», а баба Катя уже вполне трезво мне подмигивала.
— Давай-ка маму уложим на диванчик, пусть проспится, сердешная… А ты выкладывай, что у тебя за забота. Или карты сразу метать?
Я погасила в зале свет и вместе с бабой Катей устроилась на кухне. Тут я ей и выложила проблему номер один: Наташа.
Гадалка на удивление легко взялась за решение ситуации.
— На самом деле все не так страшно, — пояснила она, принимаясь делать расклад на Наташину судьбу. — Ей можно вернуть разум, здравый смысл, но только не прошлую память. То есть при помощи чар вселить в ее воспоминания, что она не была одержимой злодейкой…
— Лоботомия? Баб Кать, это из области научной фантастики. Да и что такое человек без памяти?! Нет уж, пусть она все помнит и стыдится этого прошлого…
— Это, по-твоему, этично?
— А у нас есть еще выход? Самое страшное, если Наташа примется за старые фокусы.
— Вот этому мы и должны противостоять. Вот что я тебе скажу, Вика. Наталья лишилась рассудка не тогда, когда ее покинули демоны, а гораздо раньше: когда вместо того, чтобы детей рожать да хозяйством заниматься, сунулась в дела, совершенно ее не касающиеся.
— Логично.
— Вот оттуда и будем начинать ее лечение. Баба Катя внимательно воззрилась на расклад.
— Дрянь дело, — наконец заключила она. — Вокруг нашей королевы карты, означающие болезнь, потерю, даже лишение свободы. Ну, по сути, помешательство — это лишение свободы и есть. Теперь смотрим будущее… Влиятельный друг больше не оказывает поддержки, так… спасение приходит через хлопоты старой соперницы… Ха, вот странно!
— Что такое?
— Карта, означающая замужество. Причем легла она и рядом с картой Натальи, и рядом с твоей. Смеха ради можно сказать, что вы выйдете за одного и того же человека, причем одновременно, но это вряд ли… Скорее всего, одна из вас будет у другой свидетельницей на свадьбе. Так что есть повод навестить портниху!
— Глупости это, баб Кать, — вздохнула я.
— Может, и глупости, а только карты врать не станут. Что ты еще узнать у меня хотела?
— Как Наташу лечить. Она сейчас в квартире Баронета, пока спит, я ее заговорила. Но не может же она спать постоянно! А проснется — кукла да и только! Я ее на унитаз сажала, как ребенка малого.
— Это еще ничего, повторяю, не самое страшное. Во сне-то ее лечить лучше всего. Знаешь, как шаманы дух в тело возвращают? Вот то-то. Ладно, завтра съезжу я с тобой к твоей болезной, погляжу, что делать надо. А сейчас домой пора, время позднее. Не обессудь…
— Благодарствую за совет. — Я задумчиво наблюдала за тем, как гадальные карты сами складываются в колоду. — Я вам сейчас такси вызову, баб Кать…
И тут старая гадалка пребольно дернула меня за ухо!
— Гордая стала, да?! — шепотом прокричала она, — Сидит, губы надула, нюни распустила, а про свою нужду поведать характер не позволяет?! Ох, Вика!…
— Да ты о чем, баб Кать! — Я схватилась за ухо. Больно же!
— А о том! У тебя весь вечер глаза, как у кутенка утоплого! Значит, бросил тебя твой любимый, и без карт это ясно.
— Что ж теперь. Бросил так бросил. Старое только бередить…
— И ответь мне как на духу: и знать не хочешь, как он сейчас поживает?
Я вздохнула:
— Хочу.
— То-то же. С этого и надо было начинать! Есть у тебя в доме миска глубокая и широкая?
— Да, в общем… Только я в ней картошку чищу.
— Вымой и неси сюда! И прекрати такими глазами на меня смотреть!
Через пять минут я поставила на стол старую эмалированную миску, которую добросовестно отдраила до блеска порошком. Баба Катя придирчиво осмотрела посудину и дала команду наполнить миску водой. Повертела ее по три раза туда-сюда, пошептала что-то и заявила:
— Нужна вещь.
— Какая?
— Его вещь. Личная. Носовой платок. Шнурок от ботинка. Даже использованный презерватив пойдет. Нужно установить имитативный контакт…
— У меня есть только его книга, в смысле — им написанная. И кстати, в книге напечатана его фотография.
— Подойдет. Тащи!
«Выбор Тристана» сунули под миску. Баба Катя опять начала что-то шептать, приказав мне сидеть, не двигаться и ни в коем случае не говорить. В кухне потемнело, а вода в чашке, наоборот, как-то странно засветилась. Баба Катя вынула из волос высокий гребень, окунула его в воду, отчего та подернулась голубоватой дымкой и заколыхалась. Потом мокрый гребень вернулся на место.
— Вика, в воду гляди, а меня слушай, — тяжело и глухо приказала гадалка. — И ни звука не издавай!
Я вгляделась в колыхавшуюся воду. Не самый удачный вариант магического кристалла, но что поделаешь… Я увидела длинный стол, уставленный всяческими яствами, кучу налегающего на яства народа и не меньшую кучу народа, вокруг стола слоняющегося с бокалами в руках.
— Хуже презентации может быть только большая презентация, — низким насмешливым голосом сказала баба Катя, и я поняла, что она говорит голосом Авдея.
А потом я увидела его. В белом костюме, с эффектно отросшими волосами и узкой бородкой он был похож на мафиози-интеллигента. Он с явно скучающим видом выслушивал долгую тираду своего собеседника — тучного азиата в трещавшем по швам смокинге. Наконец ему это, видимо, надоело, он коротко рассмеялся, пожал азиату руку и двинулся прочь…
И теперь он был в оранжерее. Или в зимнем саду. Чаша показывала мне переплетение лиан под потолком, острые листья пальм и кресла возле небольших фонтанов. Авдей сел в кресло, вытянул ноги, закрыл глаза…
— Черт, как надоело это все! — услышала я из уст гадалки его голос. — Мышиная возня, тараканьи бега, ставки на то, кто первым получит премию… Если бы ты была здесь, ты бы тоже над этим смеялась.