"Фантастика 2025-71". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)
— Где мама?
— В моем рабочем кабинете, — холодно ответила тетка, толкая рукой обитую лиловым дерматином дверь.
… Да, у тетушки налицо фатальная клаустрофобия. Иначе откуда у нее страсть к огромным помещениям?
— Здесь у меня все, — развела руками Великая Черная. — Экспериментальная лаборатория, оккультная библиотека, координационный центр и даже анатомический театр.
Я вежливо покивала головой, соглашаясь. На самом деле я ровным счетом ничего не видела, кроме пустой, белой краской выкрашенной комнаты. Правда, очень большой комнаты.
— А вон и Татьяна, в кресле сидит… Не пойму, спит она, что ли? Эй, сестра, смотри, кто пришел!
Я замираю, прикусив губу. Тетушка продолжает свои шуточки? Какие-то они у нее однообразные…
— Вика, доченька! — из ниоткуда возникает в комнате мамин голос. — Это действительно ты?
— Я, мам, — надо очень постараться улыбнуться. Ох, как сейчас, наверное, злорадствует преемница уральского колдовства! Наложила заклятие невидимости — и думает, что всех в силе превзошла, старая перечница! Неожиданно я чувствую, как меня крепко обнимают мамины руки. Мамочка, я тоже могу тебя обнять, я чувствую под ладонью колючие звездочки форменного кителя, чувствую, как щеку мне щекочут мамины волосы… Даже улавливаю слабый аромат духов «Злато скифов», который помню с детства!
— Мама, на самом деле я тебя не вижу, — едва слышно шепчу я маме на ухо. — Но ты не обращай внимания, я постараюсь скоро нейтрализовать теткины чары.
— Ты ужасно похудела, — шепчет в ответ мама. — Наверное, питалась кое-как и без конца курила… Ты хотя бы иногда пила кефир?
Так. Теперь я вне всякого сомнения поняла, что это именно мама. Слава тебе, святая Вальпурга!
— Мам, нам сейчас не до кефира. Скажи, каким образом тебя похитили?
— А почему ты не спросишь об этом у меня? — бестактно вклинивается в разговор тетушка. — Я могу все объяснить гораздо лучше. Как специалист специалисту. Кстати, то, что я наложила заклятие невидимости, тебя не смущает9
Я помолчала с минуту, разрушая чары, а потом ответила
— Уже нет.
Окружающая пустота заполнилась интерьером, в котором смешалось все: балдахины и компьютеры, микроскопы и саксонский фарфор… Но интерьер — не главное. Я наконец увидела маму!
К слову сказать, для изнуренной пленницы выглядела она очень даже неплохо. Только китель измялся. Я облегченно вздохнула:
— Я уж боялась, что ты вся в синяках и оковах.
— Ничего подобного, мне пребывание здесь даже пошло на пользу. Я наконец смогла апробировать постулаты лечебного голодания, систему аутогенной медитативной терапии гуру Шричиридурипхупады и дыхательные упражнения по методу доктора Бутылко.
Я кинула быстрый взгляд на тетушку. Она явно была морально раздавлена маминым монологом. Еще бы! Когда воочию видишь перед собой человека, фанатично ведущего здоровый образ жизни, ощущаешь внутренний дискомфорт и чувство мучительной боли за бесцельно прожитые годы.
— Анастасия, — мама наконец поглядела на старшую сестру. — Чего тебе надо от нас с Викой? Объяснись.
Да, подполковнику налоговой полиции никто не страшен. Если уж человек, пребывающий в плену, бросает своему тюремщику словечки типа «объяснись», его никакими оковами не запугаешь. Тетка, видимо, тоже это поняла и, кривя губы от едва сдерживаемого гнева, сказала:
— Вы на котенях умолять меня должны чтобы я снизошла до объяснений, а вы ведете себя так, словно хозяева!
— На коленях?! — присвистнула я. — К чему ненужный мелодраматизм? Не хочешь — не говори, сама во всем разберусь. Скажи-ка, тетя, тот, кто похитил маму, принял облик Баронета?
— Откуда ты зна… — воскликнули они обе.
— Это элементарно, Ватсон! Я просто рассуждаю. Меня доставил к тетке юноша по имени Илья, чего я, конечно, от него не ожидала, тем не менее фактор доверия сыграл свою черную роль. А ты, мам, купилась на лже-Баронета, который пообещал тебе… Что?
— Катание на речном трамвае. Захотелось романтики, — вздохнула мама.
— Вот в чем ты прокололась, мам! Настоящий Баронет никогда не предложил бы любимой женщине столь дешевое развлечение!
— Так уж и любимой, — аж засияла мама.
— Еще как! — убедила я. — Он, едва узнав о твоем похищении, потерял сон и покой. И, кстати, тетя, в его лице вы себе нажили неприятности. Баронет не даст нас в обиду. Весь твой Аркаим по камушку разнесет.
— Он далеко, — зло выкрикнула тетка. — И каменные воины не дадут ему помешать моим планам. Если он и придет, то лишь для того, чтобы оплакать ваши трупы!
— А ты что, убивать нас собралась?
— Разумеется! — тетя даже как бы слегка удивилась.
— Я-то по наивности полагала, что ты оставишь нас в покое, а оно вон как повернулось. И для чего тебе наши жизни? Уж объяснись, как выражается моя мама.
— Хорошо, — чуть улыбнувшись, кивнула Анастасия, и я заметила, что ее старушечье лицо вновь помолодело Значит, она восстановила силы. Нужно быть начеку — Давайте присядем… перед дальней дорогой.
Она жестом указала на два кожаных кресла возле уставленного колбами и ретортами стола. Мы с мамой переглянулись и сели. Тетка осталась стоять, опираясь руками о стол, как лектор на практикуме по химии.
— Начну с того, что я родилась Черной ведьмой, — заговорила она. — Ты, Вика, можешь возразить мне, что так не бывает: ведьма не рождается темной или светлой, а выбирает свой путь и свою Силу позднее, при инициации, но со мной все было не так. Я уже в детстве знала, что мне предстоит сделать. На Урале это знание только подтвердилось. Я встретила их.
— Их?
— Да. Хозяйку Медной горы, бабку Синюшку, Великого Полоза… Магических властителей тех мест. Они были все еще сильны тогда, но их царству наступал конец. Люди противопоставляли волшебству технику, чарам камня — холод стали, древним сказкам и преданиям — «Капитал». Люди, осененные пятиконечной звездой, с одинаковой яростью разрушали и Божьи храмы и колдовские капища, потому что у них была своя вера и своя… магия. Их власть несла погибель тайному ведовству повсюду, и на Урале — тоже. Хозяйка Медной горы не смогла терпеть этого и решила подготовить себе на смену ту, которая возродит Аркаим — Алтарь чародеев и станет Госпожой. Хозяйка явилась мне и передала всю свою власть и силу.
— В принципе, это мне известно, — прервала тетку я. — Ну и стала ты этой… как там, Великой Черной, мы-то с мамой здесь при чем?
— А при том! — рявкнула тетка так, что реторты зазвенели. — Ни один алтарь не возводится на пустом месте. Нужна жертва, чтобы он стал действовать.
— Анастасия, так ты хочешь принести нас в жертву? — напряженно поинтересовалась мама.
— Совершенно верно. Ты, любезная племянница, видно не до конца прочитала Малахитовый Завет, иначе знала бы об этом! Так говорила Медной горы Хозяйка: пусть кровь того, кто служит закону человеческому, и того, кто служит завету колдовскому, прольется на черный камень и оживит сердце Аркаима. Вы обе подходите просто идеально: ты, Татьяна, служишь человеческому закону, ну а Вика…
— Погоди, — я встала с кресла и взяла с полки ближайшего стеллажа бронзовую статуэтку кошки с бирюзой вместо глаз. Тяжелая статуэтка. — А как тогда понять слова о том, что тебе и твоему Аркаиму следует бояться той, что собирает мыто, дань и пошлину, то есть налоги? Насколько я помню текст политического завещания Хозяйки Медной горы, полномочия, имеющиеся у моей мамы, разрушат все твои властолюбивые планы.
— Она ничего не успеет разрушить! — в голосе Анастасии звучало торжество. — Алтарь уже воздвигнут, и мы накопили столько магической силы, что никто не сможет противостоять тому, что я задумала! Великая Черная воцарится и будет выше всех властей и царств человеческих…
— Великая Черная… — я задумчиво поглаживала бронзовую кошку. — Ты, значит, считаешь себя превыше любой ведьмы и мага… А ведь у тебя даже Имени нет! Только… подпольная кличка. Великая Черная старуха. Великая Черная дура!
И я швырнула кошкой в голову тетке. Естественно, она испепелила статуэтку одним взглядом, когда та еще была в полете.