"Фантастика 2025-71". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)
— Когда перезагрузила машину и недосчиталась некоторых крайне важных и секретных документов. Они исчезли. Бесследно. И при этом, — Дарья помедлила, раздумывая, сообщать ли Хелии об уговоре с Рэмом, — я получила сообщение от магистра ложи Рэма Тедена, что этой ночью была взломана их база и те же самые документы исчезли.
— Dii, talem avertite casum! — воскликнула Хелия, а Дарья, в последнее время заморенная латынью и изучением прочих не менее мертвых языков, автоматически перевела: «Боги, отвратите такое бедствие! » — Я и не подозревала, госпожа, что вы состоите в таких тесных отношениях с магистром ложи, чтобы обмениваться секретными документами!
— Увы, — сказала Дарья, — сама не рада.
— Дарья, — взгляд Хелии стал цепким и колючим, — могу я знать, в чем состояла суть исчезнувших документов?
Госпожа Ведьм подумала и решила, что недоговаривать — это куда хуже, чем не говорить вообще.
— Можете, — сказала она Хелии.
Хелия слушала рассказ Дарьи с классически бесстрастным лицом. Когда Госпожа Ведьм закончила, Хелия спросила:
— Позволительно мне высказать мое мнение по данной проблеме?
— Само собой, — усмехнулась Дарья. — Боюсь, что оно будет не самым утешительным…
— Вы верно… боитесь, — позволила себе скупую улыбку Хелия. — Дарья, я считаю, что вы попали в историю, которая чревата для вас крупнейшими неприятностями.
— А именно?
— Вы взяли на себя бремя, которое не сможете понести.
Дарья вспыхнула:
— Это еще почему? Хелия вздохнула:
— Дарья, расследовать убийства, даже убийства при помощи так называемой Наведенной Смерти, — не входит в обязанности Госпожи Ведьм. Ваша должность…
— Хелия, я взялась за это не потому, что меня к этому обязывает или не обязывает моя должность! И — предвижу и такое подозрение — не потому, что нахожусь в приятельских отношениях с магистром Рэмом Теденом! А потому, что некто, обладающий мощной магией, убивает детей! И этого «некто» надо остановить! Магия не должна служить грязным делам, и именно я, как Госпожа Ведьм, обязана предотвратить…
— А для чего тогда в Ложе Магистриан-магов существует Особый отдел? — горячо перебила Дарью Хелия. — Это их прямые обязанности — расследование преступлений, совершаемых посредством магии! Магистр Теден просто использовал вас, Дарья, простите за выражение. Он заставил вас дать слово ведьмы, хотя вы совершенно не должны…
— Хелия, — тихо спросила Даша Белинская, — а вам не жаль этих убитых детей? Девочек, по неизвестной причине попавших под колеса Наведенной Смерти?
— Простите, Дарья… Конечно, жаль.
— То-то и оно. Мне плевать на обязанности, на то. что я должна, а что нет. Просто мне самой когда-то было пятнадцать лет — это был чудесный возраст, — горячо сказала Дарья, забыв, как в пятнадцать лет му-чилась от бесконечных прыщиков и опеки родителей. — И я…
— Я вас поняла, Дарья, — склонила голову секретарь. — Но сейчас даже судьба оказалась против вас — материалы исчезли, а значит, расследовать дело невозможно. Вы ведь не можете вернуться в тот вечер, когда произошла, скажем так, потеря секретных документов.
Дарья странно посмотрела на секретаря.
— Вернуться в тот же вечер? — повторила она чересчур ровным голосом.
— Дарья, вам, как Госпоже Ведьм, должно быть известно, что магия времени является запрещенной и тот, , кто решится ее использовать, подвергает себя чрезвычайной опасности, — не менее ровным голосом ответила Хелия. — Не только потому, что сами заклятия этой магии могут разрушить жизнь заклинателя, но и потому, что если о совершении ритуала узнает Особый отдел Ложи Магистриан-магов… Особый отдел ложи не знает пощады к нарушителям законов.
— Благодарю вас за столь ценную информацию, Хелия, — сказала девушка, не позволяя ни единому мускулу дрогнуть на своем прелестном личике.
— Настоящая ведьма никогда не подвергнет себя ненужной опасности и риску. — Голос Хелии был отполирован, как поверхность лазерного диска.
— Безусловно, — кивнула Дарья. — . Ведь если подумать, один только ритуал Песочных Часов…
— Да, именно этот ритуал крайне опасен, — подтвердила Хелия. — Ни одна здравомыслящая ведьма не пойдет на его совершение, не исполнив предварительно заклятий Пурпурной Свечи.
— Разве Пурпурной? — нахмурила брови Дарья. — А не Лиловой?
— Совершенно точно, что Пурпурной, — твердо сказала Хелия и посмотрела на Госпожу Ведьм долгим невинным взглядом. — И сделанной вручную из жира летучих мышей…
— Разве из жира? А обычная парафиновая?..
— Ни в коем случае. Использование парафиновой либо восковой пурпурной свечи в ритуале Песочных Часов как раз является типичнейшей ошибкой, приводящей к роковым и даже трагическим последствиям.
— Хелия, вы не представляете себе, как я вам благодарна.
— Не за что, Госпожа Ведьм.
— Есть-есть за что. Кстати, что у нас сегодня еще по расписанию? Мне кажется, этот длинный день никогда не закончится. Кстати, неплохо было бы перекусить.
— Через четверть часа вы принимаете делегацию вудуисток из Анголы, — сообщила верная Хелия. — Полагаю, что в связи с этим вы пожелаете перенести ланч.
— Вы правы, — хмыкнула Дарья. — Я как-то запамятовала, что до встречи с вудуистками не следует наполнять желудок, иначе есть риск поневоле расстаться с его содержимым… А вудуистки обидятся, если меня на них стошнит.
— Совершенно верно. Они и так считают себя ущемленными в правах по сравнению с остальными представительницами Ремесла.
— Ладно, — сказала Дарья. — Будем ждать вудуисток на пустой желудок.
Следует отметить, что вудуистки не заставили себя долго ждать. Эти неординарные представительницы далекой жаркой Анголы оповестили о своем появле-нии Дворец Ремесла грохотом ритуальных тамтамов и усталым ревом нескольких пассажирских слонов.
— Пропал дворец! — в комическом отчаянии воздела руки Хелия. — Сейчас их слоны напакостят на клумбах перед парадным входом, а ручные аллигаторы натопчут на коврах и мраморных лестницах…
— Велите им оставить аллигаторов во дворе, — поежилась Дарья, отправляясь в приемный зал. — В прошлый раз какой-то из этих наглых пресмыкающихся допресмыкался до того, что чуть не сжевал мне ногу. А они утверждали, что крокодильчик ручной, мухи не обидит!
— Все равно не оставят, — покачала головой Хелия. — У них крокодилы считаются носителями душ умерших предков. Представьте, какое это непочтение к душам предков — оставить их топтать лужайки вокруг дворца и пугать фазанов!
Дарья вздохнула:
— По крайней мере, пусть не подпускают их ко мне близко. Да, Хелия, и еще: распорядитесь, чтоб в приемной зале включили кондиционеры. А то мои заклятия не справляются со специфическим ароматом, исходящим от вудуистской делегации.
— Будет сделано, — поклонилась Хелия. Делегация вудуисток, вопреки всем требованиям регламента, проторчала на приеме у Госпожи Ведьм на полтора часа дольше, чем полагалось. За это время они ухитрились исполнить пять ритуальных танцев, спеть восемнадцать ангольских народных частушек на тему положительной силы вудуизма. Замороченная ангольским вудуистским фольклором, ошалевшая от мошной палитры ароматов делегации (даже кондиционеры не справлялись), Дарья практически не глядя подписала пакет новых налоговых льгот для владель-цев зомби, договор о поставке из России в Анголу «жертвенного сырья» (для тех, кто не в курсе, это всего-навсего кролики и лабораторные крысы, которые в природных условиях Анголы размножаться не хотели, а для проведения вудуистских церемоний требовались в буквальном смысле до зарезу)… Также Дарья пообещала, что на Праздник Хозяина Кладбища, что состоится в октябре будущего года, она прибудет в Анголу для совместного торжества. Да, и еще вудуистки вручили Дарье подарок: ручного аллигатора, который, как невнятно объяснили Дарьтельницы в пальмовых юбках, совершенно безобиден и предназначен исключительно для мирных развлечений Госпожи Ведьм. Мало ли, может быть, Госпожа Ведьм захочет с этим аллигатором поохотиться на уток в здешнем пруду… Вудуистки наконец отбыли, их слоны напоследок обглодали аллейку редчайших новокастильских кипарисов (главный садовник, узнав об этом, наверняка сведет счеты с жизнью при помощи газонокосилки); мощный тропический аромат устранился усилиями трех кондиционеров, гудящих от перегрузки… А Дарья смогла отправиться в дворцовую столовую и понудить себя насладиться обедом. Наслаждаться следовало, выражая всем своим видом безмолвный благоговейный восторг от вкушения каждого блюда, поскольку шеф-повар Дворца Ремесла был существом (а именно драконом) чрезвычайно ранимым и нервным во всем, что касалось его кулинарного искусства. И если за обедом либо ужином кто-то не выражал беспредельного восхищения слоеным пирогом с мясным ассорти, лососиной в сыре под соусом «Принц Рокамболь» либо паштетом из зайчатины, подаваемым под коричный ликер, то повар-дракон впадал в приступ жестокой меланхолии, сопровождавшийся тем, что несколько последующих дней обитатели дворца питались попкорном, овсяными хлопьями и консервами (кто что мог найти в обширных дворцовых кладовых), а где-то в районе Каталонских гор кружил здоровенный дракон в поварском колпаке и оглашал окрестности скорбным ревом.