"Фантастика 2025-71". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)
… Когда они, холодно попрощавшись с Павловым, вышли из офиса Московской Управы драконов, оказалось, что с темного неба сыплет по-настоящему зимний обильный снег.
— Скоро зима, — задумчиво сказала Инари.
— До официальной зимы еще больше месяца, — клацнул зубами Авдей. — Идемте в машину, стоять холодно.
— Да, действительно, — очнулся от каких-то своих вселенских размышлений Баронет. — Идемте, Инари. Скажите, куда вас отвезти. Снова на Библиотечную улицу, в архив?
— О нет, не нужно, — улыбнулась Инари. — Там я просто назначила вам встречу. Хотя я по долгу работы часто просматриваю архивные материалы. Сейчас же мне необходимо быть при господине Синдзене, иначе я рискую пренебречь своими обязанностями.
— Так…
— Нет-нет, — снова улыбнулась Инари. — Я хочу подышать свежим воздухом и поэтому доберусь, как это говорится по-русски, своим ходом. Ступайте, пожалуйста, к машине. Всего вам доброго.
— Но Инари…
— Аудэу-сан, я свяжусь с вами по e-mail. Ну, ступайте же! — и эти слова прозвучали уже как приказ.
Баронет потащил Авдея к запорошенному снегом лимузину. Авдей покорно шел, но смотрел только на Инари. Превращающуюся в ало-золотого дракона. Дракон расправил крылья и взмыл ввысь, навстречу сыплющемуся снегу, словно рождественская ракета-шутиха…
— Впечатляющее зрелище, — проворчал Баронет, открывая дверь машины и вставляя ключ в замок зажигания.
— Что? А, да… Впечатляюще… Она не боится, что ее кто-нибудь заметит и поднимет панику? — Авдей наконец пришел в себя и уселся в машину.
— Не заметят. А и заметят — не поверят, — сказал, как отрезал, Баронет, выруливая с полигона в лес. Авдей оглянулся: никакого офиса уже не было и в помине.
— А чего ж ты хотел? — услыхал он сварливый голос тестя. — Они же крутые! Драконы! И к ним не придерешься — официальное разрешение на применение прикладной магии имеется, я по их документам проверял.
— Вы что, действительно каким-то образом взломали их базу данных?
— А то, — кивнул Баронет, разгоняя лимузин до неприличной скорости. — Но это не важно. Важно другое: Вику мы пока вернуть не можем…
— Да, — как-то очень рассеянно согласился Авдей и сунул руку в карман брюк. Там, заботливо завернутый в носовой платок, лежал алмаз Инари.
— Но мы ее все равно вернем, — продолжал Баронет. — На этот счет есть у меня кое-какие идеи…
Какие именно это идеи, Баронет пояснить не удосужился, и минут двадцать мужчины сидели в полном молчании. Потом Баронет кашлянул и сказал:
— Новости, что ль, послушать… Какую погоду передают и курс доллара… — и принялся крутить верньер настройки.
Сквозь треск эфира и гомон радиостанций прорвалась странная мелодия: печальная, завораживающая и волшебная. Женский голос и скрипка выводили ее, но порой казалось, что играет лишь скрипка, а порой — что женщина поет в одиночестве. Авдею даже дышать стало трудно: до того хороша была эта музыка, раньше он ничего подобного не слыхал…
Но музыка оборвалась, и довольно противный голос выдал в эфир:
— Вы только что прослушали новый сингл восходящей звезды вампирского этнического рока, уроженки местечка Малые Дракулы, Христины Отбрыкайте. Ее новый альбом «Вздох в пустой комнате» продолжает лидировать во всех музыкальных рейтингах нашего канала…
— Погодите, — Авдей не верил своим ушам. — Вампирского рока?! Что это за радио?
— В эфире ваше любимое «Еж-радио», и если вы сумели настроиться на нашу волну, значит, вы из тех, кто любит бывать по ту сторону…
— Это радиоканал, на котором работает твоя жена. Точнее, работала, пока не стала драконом. Его можно услышать только при наличии определенного магического потенциала. Неплохой, кстати, канал. Только ведущий там какой-то пошловатый.
Авдей тут вспомнил о визите демона:
— Я забыл сказать. Ко мне приходил Викин коллега. Он демон. Требовал, чтоб Вика немедля появилась на работе…
— Ну, мало ли кто чего требует. Ты объяснил ситуацию?
— Да.
— Вот и ладненько. А теперь дай новости послушать.
Авдей особенно не вслушивался в то, что нес ведущий оккультного канала. Казалось, что в среде ведьм и нелюдей существовали те же проблемы, интриги и сплетни, что были присущи обычному людскому роду. Но вдруг Баронет повернул ручку громкости до отказа, и в салоне машины загремел противный нечеловеческий голос:
— Необъяснимая эпидемия распространилась среди заключенных и персонала одной из женских колоний строгого режима. Из достоверных источников нам стало известно, что в результате этой эпидемии обитатели колонии превратились в полуоборотней-полузомби. Местное население и власти об этом не подозревают, колония находится в карантинной зоне, но есть предположение, что появление нерегулируемой популяции оборотней повлечет за собой нарушение экологического баланса данного региона…
— Странно, — сказал Баронет и убрал громкость. — Оборотни в женской колонии… А, чепуха. Скорее всего, очередная сплетня.
(Следует заметить, что это был единственный раз, когда Баронет ошибся в оценке услышанной им информации.)
Лимузин бесшумно подкатил к подъезду дома, где жили Белинские. Баронет подмигнул Авдею изумрудным глазом:
— Все, зятек. Приехали.
* * *
Я всего лишь рядовой боец, но рядовой боец великой армии.
— Приехали! — громовой голос разорвал непрочный сон как ветхую тряпку. — Кирпичный, на выход! Руки за голову!
Заросший бомж, он же полковник Дрон Петрович Кирпичный, охая от боли в затекшем, измотанном холодом, голодом и моральными потрясениями теле, торопливо подымался с грязного пола вагонной подсобки и как крот щурился от яркого света фонарика, бьющего прямо в глаза.
— Руки за голову! Выходи! Живо! — опять рявкнул голос. Голос, хоть и громовой, принадлежал все-таки человеку и, как успел разглядеть полковник, человеку в камуфляже. Форма, какой бы она ни была, с давних времен внушала полковнику доверие.
— Командир, — хрипло выдавил Кирпичный, сцепляя пальцы замком на затылке. — Мне в Москву надо, слышь…
— Куда тебе надо, ты уже добрался, — уверил его тип в камуфляже и маске-чулке на голове и ткнул полковника стволом автомата под ребра. — Выходи, кому сказано!
Только тут окончательно проснувшийся от тяжелого неровного сна полковник понял, что поезд стоит. Дрон Петрович под конвоем вышел в тамбур и вгляделся в затуманенное дверное окошко. Но за окном никакой Москвы не наблюдалось, была там сплошная чернота глубокой ночи.
Конвоир каким-то кривым гвоздем ковырнул запор на тамбурной двери, толкнул ее, открывая, перехватил поудобней автомат и скомандовал Кирпичному:
— Прыгай!
С человеком в форме да еще и при оружии спорить особо не получается. Кирпичный это хорошо знал по своей прошлой, теперь уже казавшейся страшным сном, жизни. Он прыгнул, ударился коленями о подмерзшую, но довольно рыхлую землю, кое-как встал и увидел, что его конвоир уже стоит рядом. И что поезд с дерганьем и натужным скрипом движется дальше, оставляя полковника Кирпичного один на один с неизвестностью.
— Руки можешь опустить, — как-то не по уставу сказал тип в камуфляже. — Но если вздумаешь дурить — пристрелю. Пошли к машине.
И они двинулись к чернеющему на фоне неба перелеску. Тут как раз из-за облака ненадолго появился узенький серпик луны, освещая мертвенным скупым светом местность, которую полковник не узнавал, да и не пытался узнать. Он покорно дошел до зарослей, в которых, как оказалось, скрывался темный джип с тонированными стеклами, уселся в этот самый джип на заднее сиденье (рядом пристроился конвоир) и даже не удивился тому, что за рулем сидит солидных размеров крыса в малиновом пиджачке.
— Поехали, — приказал конвоир уже не громовым голосом, стащил с головы маску-чулок и оказался пышноволосой блондинкой стервозно-голливудского типа.