Измена в новогоднюю ночь (СИ)

– Если ты мне соврала, молись! Я тебе не завидую!
Отбираю её телефон.
– Ключи от квартиры дала быстро!
Вытаскивает из сумочки дрожащими руками комплект ключей, второй забираю из ящика комода в прихожей.
– Только рыпнись куда-то… Ты под арестом, пока я не решил, что с тобой делать!
Закрываю её в квартире и иду к машине…
В голове и груди снова взрываются боеголовки. Что это такое, блять?! Как?!
Ты же не могла, Снегурка, переметнуться так быстро к этому утырку? Ты же не такая?
Или всё же такая, м?
Закрываю глаза, перед глазами встаёт юное ещё лицо Наташки моей ромашки, и вот то, во что она превратилась сейчас. Неужели Аня прошла ту же эволюцию так быстро? Не хочу верить в это.
Тошно! И больно.
Но… Я не буду выносить вердикт прямо сейчас.
Я дам нам шанс и подышу ещё немного. Я хочу посмотреть в твои глаза и прочитать ответ в них. Найти какое-то самое дебильное оправдание, чтобы образ моей светлой девочки не очернился.
Я ведь поверил тебе, Ань, в душу пустил, в сердце… Не добивай меня, прошу…
Еду в чёртов “Адмирал” – самый пафосный ресторан города. Туда простые смертные не вхожи. Но… Я знаю универсальные пути прохода.
Дресс-код у меня весьма сомнительный, поэтому на входе меня тормозят. Приходится потратить пару минут, чтобы договориться с охраной. Парни несговорчивые, но пара крупных купюр меняет дело. Один из них снимает со своего плеча пиджак, отдаёт мне.
– Ладно, хрен с тобой, если тебе так легче! – надеваю прямо поверх водолазки.
Вхожу в зал. Нужную компанию нахожу сразу. У окна, за одним из самых козырных столиков.
Аня и упырь ко мне вполоборота. Она сидит в шикарном вечернем платье, такая ослепительно красивая и чужая.
У меня стынет всё в груди, когда я вижу, как гадёныш собственническим жестом кладёт руку на её талию. Аня мило улыбается, кивает, отвечает на вопросы возрастного мужика напротив.
Подхожу ближе, до меня долетают голоса:
– Рад, что Игорь нашёл верную и такую очаровательную спутницу жизни. Признаюсь, у меня были немного другие планы, но… Раз уж вмешалась любовь, я не могу этому противостоять.
Ах, сука, любовь?! – хочется заорать мне.
Но я стою, слушаю дальше, сжав зубы до хруста.
– Свадьбу сыграем летом, – продолжает вещать мужик. – А пока, можете жить в нашем доме. Я всё равно уезжаю надолго, а дому нужна хозяйка.
Хозяйка?! Охуеть! Вот это ты решила жилищный вопрос, Снегурка… Круто, чё!
Меня переворачивает так, что хочется просто сдохнуть вот тут, прямо у её прекрасных ног.
Хочется орать в голос и всё крушить, но я стою, шокированно и цинично скалясь.
Мне кажется, я каменею. Во мне атрофируется всё человеческое, и я превращаюсь в бездушный, ледяной камень.
Хотя… почему тогда так пульсирует внутри?
Челюсти смыкает, кулаки сжимаются, и дышу я через раз. Особенно когда Игорь берёт Аню за руку и подносит к губам. На её пальчике замечаю сверкающее колечко.
Его тебе не хватало, Снегурка? Так всё у нас было бы…
Какая же ты ушлая и резкая девочка, оказывается. Так быстро переобулась в воздухе, да? При первой же реальной трудности? Даже не поговорив со мной? А может, ты заодно была с мамашей?
Чёрт! Нужно уйти. Иначе я начну убивать. А это чревато слишком хреновыми последствиями…
Уже хочу развернуться и уйти, но тут Аня поворачивается ко мне, встречаемся взглядами. Застывает на секунду, бледнеет.
Чего ж ты так испугалась, Снегурка? Что испорчу тебе “безоблачное счастье”?
Горько усмехаюсь, посылая ей полный презрения взгляд. Разворачиваюсь, ухожу.
Нет, такое “счастье” я ломать не стану! Ты ведь этого хотела? Бери! Вы с Игорьком, оказывается, стоите друг друга! Так будьте счастливы!
Выхожу на свежий воздух, но вдохнуть не получается. В груди как будто всё разворочено и продолжает взрываться.
На автопилоте иду к машине, ещё до конца не осознавая, что это всё! Пиздец!
Как пережить это, я не представляю. Опять в лес – бухать?! Но и там всё будет напоминать о ней!
Рывком открываю дверь машины, тут слышу сзади громкий крик:
 
– Гордей!
Оборачиваюсь. Анька. Раздетая, по морозу прямо в своих изящных туфельках несётся ко мне.
– Подожди! Прошу тебя!
– Отошла от меня на хрен, – рычу я не своим голосом. – И больше никогда не подходи, иначе я тебе шею сверну! Кстати, желаю счастья! Теперь я знаю, что для тебя значит это слово!
Захлопываю дверь и бью по педали газа, срывая машину с диким рёвом мотора.
 Глава 42. 
Оглушённо смотрю вслед удаляющемуся автомобилю.
Мне дико больно и горько от слов Гордея, но… Ещё больнее мне от его взгляда. Разочарованного, не верящего, полного агонии…
Я даже не слишком уловила смысл его злых слов, только сочащийся яд…
Да, я чувствую себя виноватой, потому что зверь мой сейчас ранен, поэтому рычит и кусается. И хочется догнать его и что-то доказать.
Но станет ли он меня слушать?
Я как будто сама себе поставила шах и мат.
Да, не стоило, наверное, помогать Игорю. Это было глупо, рискованно, сомнительно… Но…
В тот момент, когда я дала согласие, я пребывала в полной растерянности, а эта ситуация как будто ненадолго дала мне причину почувствовать себя нужной и перенаправить свои душевные метания на помощь. Да, я поверила Игорю. Несмотря на все его косяки, мне хотелось бы, чтобы хоть кто-то из нас был счастлив.
Глупо? Безусловно. Но теперь уже не отмотать.
Судорожно вздыхаю, обнимаю свои озябшие плечи.
А может, и не стоит ничего объяснять Гордею? Лучше отпустить, и пусть считает меня меркантильной предательницей? Может, так ему будет легче принять правильное решение и не разрываться больше между беременной женой и мною?
Я не знаю, как правильно поступить, но прямо сейчас мне хочется сесть вот здесь, в грязный сугроб, и замёрзнуть, чтобы больше не чувствовать эту тянущую душу тоску.
На плечи мне ложится пуховик. Оборачиваюсь – Игорь.
– Ань, это был он? Твой мужчина? – смотрит пытливо.
– Похоже, уже не мой…
– Прости меня, – виновато сводит брови.
– Ты не виноват. Это я дура.
– Поехали, догоним его, – решительно тянет меня Игорь к машине.
– Нет, – торможу я. – Не поможет, – кручу отрицательно головой.
– Я ему всё объясню, – запальчиво.
– Не нужно. Не сейчас.
Вытираю ползущую по щеке слезу.
– А когда? Ну он же неправ, Ань!
– Нам всё равно вместе не быть. Нельзя, – обречённо пожимаю плечами. – Независимо от этой ситуации.
– Мантекки и Капулетти? – хмурится.
– Хуже. Но давай не будем об этом.
– Ладно. Всё равно, пойдём в машину. Я для папы придумал историю, почему ты так резко убежала, и почему нам срочно нужно уехать. Так что возвращаться не нужно, пойдём, отвезу тебя домой.
Позволяю увести себя в машину. И просто сижу пустая, растерянная, с дырой в груди.
Мне кажется, я распадаюсь на молекулы. И никак не могу собрать свою развалившуюся жизнь. Что делать, я не знаю.
Игорь поворачивает к дому моей матери. Я представляю, что сейчас встречусь с Эвелиной, и она снова зальёт меня своим ядом. Передёргивает.
Но идти мне больше некуда.
Машина останавливается на светофоре. Дальше глухая пробка.
– Ань, – трогает меня за плечо Игорь. – Что мне сделать, чтобы ты улыбнулась?
– Сейчас это нереально.
– Скажи, вы с матерью не слишком дружны, да?
– Это мягко сказано, – усмехаюсь горько.
– Ты не хочешь возвращаться к ней, верно?
– Мне больше некуда, – пожимаю плечами.
– Держи, – открывает бардачок, достаёт оттуда ключи, кладёт на мои колени.
– Что это?
– Это от корпоративной квартиры. Я тебя отвезу. Она всё равно пустует сейчас.
– Правда?
– Да. Поживёшь пока там. А дальше что-нибудь придумаем.
– Господи. Послезавтра ведь мне на работу, – вспоминаю с ужасом.