Измена в новогоднюю ночь (СИ)

Мне кажется, со мной случилось нечто похожее, только в эмоциональном плане. Причём дважды.
Измена Игоря и предательство подруги меня больно ранили, но вот история с Гордеем просто добила, как контрольный в голову. Это было вполне сравнимо с мощным ударом моих романтических ожиданий в стену суровой реальности. И теперь моя покалеченная, истекающая кровью душа едва жива.
Мне даже дышать тяжело. Слёз уже нет, они все выплаканы, влажная подушка валяется рядом с кроватью.
Лежать без подушки неудобно, но достать другую сил нет. Да и зачем?
Мне хочется одного – исчезнуть из этой реальности. Я ощущаю себя никчёмной букашкой, настолько жалкой, бесхребетной и слабой, что хочется удавить саму себя.
Танька часто подкалывала в школе, что со мной могут дружить только учебники. Конечно, пухленькая ботаничка никогда не входила в шумные тусовки, надо мной часто смеялись. Похоже, с годами мало что изменилось. Я всё ещё доверчивая идиотка!
В школе, будучи подростками, мы с Танюхой враждовали, а подружились уже после выпускного, когда выяснили, что поступили в один вуз.
Это было удобно, ведь мы с ней родом из одного посёлка за двести километров отсюда, да и мы обе, как мне казалось, сильно изменились, повзрослели. Я перестала быть пухляшкой, а Таня перестала язвить. Да, мы были разными, но этим, как мне казалось, дополняли друг друга. Я помогала Тане по учёбе, а она учила меня быть более раскрепощённой, смелой общительной.
Подруга заряжала меня своим оптимизмом, драйвом, чувством юмора.
А теперь я как погасшая свеча. Всё, что раньше вызывало радость, теперь предстаёт в новом свете и вызывает боль.
Проваливаюсь в поверхностный беспокойный сон. Но там мой воспалённый переживаниями мозг снова уничтожает меня, окуная в мой личный адский котёл. Перед глазами картинка, где Игорь плавными движениями овладевает моей подругой, но когда я подхожу ближе, то вижу, что это Гордей, а под ним не Таня, а я сама лежу в развратной позе, и мне так больно, так противно. Но я – это уже не я, а жена Гордея.
Слышу их злорадный смех… Они все смеются надо мной всё громче и громче.
Вскакиваю с криком. Звук не прекращается.
Затуманенным после кошмара сознанием понимаю, что это звонок в дверь.
Я никого не жду и не хочу видеть, но звук не прекращается. Кто-то там пришёл очень настойчивый.
Выхожу из спальни, накинув тёплый халат поверх пижамы. Устало смотрю в глазок, но гостя моего не видно. Только красные розы. Ну что же, тут вариантов немного. Гордей, слава богу, не знает моего адреса, да и не до меня ему сейчас. Значит, Игорь.
Сердце тревожно вздрагивает. Что ему нужно?
Звонок снова трезвонит. Чёрт! Я не хочу его видеть! Никого не хочу! Отстаньте от меня все!
Но гость мой не унимается.
Внутри поднимается злость. Открываю дверь, в надежде, что это всего лишь курьер.
Но сталкиваюсь с улыбающимся во все тридцать два Игорем.
– Малышка, ты дома, – смотрит на меня таким тёплым, родным взглядом, что меня тут же обваривает кипятком. – Ты почему в таком виде? – хмурится. – Ты заболела? Что у тебя с телефоном?
Пытается сделать шаг вперёд, чтобы пройти в квартиру, но я не пускаю.
– Оригинально, – зло усмехаюсь. – Ты откуда взялся?
– Ань, ты чего? – смотрит на меня с искренним удивлением.
И мне становится даже интересно проверить его актёрские качества. В груди рождается злость. Хищно смотрю на букет в руках Игоря, представляя, как отхлещу сейчас его по роже. Отступаю, пропуская гостя внутрь.
– Это мне? – выдавливаю ехидную улыбку, указывая на букет.
– Да, – настороженно кивает Игорь.
Принимаю розы. Хм, увесистый букет. И шипастый. Сейчас я почти верю, что Игорь всё ещё в счастливом неведении по поводу их с Танькой прокола. Иначе не купил бы мне такие опасные розы.
– Это всё, или есть ещё что-то? Ты, вообще-то, оставил меня без праздника. Чем компенсируешь? – прищуриваюсь.
– Э, Ань, ты из-за Нового года злишься? Ну я же объяснял, так получилось.
– Забавно получилось. И?
– И я соскучился, – настороженно раскрывает объятия. – А ещё нас отец ждёт на ужин, ты же помнишь?
 
– А-а-а, отец? – усмехаюсь я. – А ты в качестве кого меня представишь, можно узнать?
– Ань, – мнётся Игорь, – я не совсем понимаю твоё настроение, и да, я хотел сделать это в торжественной обстановке, но…, – улыбается, достаёт из кармана красную коробочку. – Вот, – протягивает мне.
– Интересно, – принимаю с наигранной улыбкой подарок, нажимаю на маленькую кнопочку, коробочка открывается. И…
Это совсем другое кольцо… Не то, что я видела раньше. Значительно попроще.
Меня разбирает нервный смех.
– Какой ты щедрый, – мелко дрожат мои плечи.
– Да перестань, – отмахивается Игорь, не уловив в моих словах иронии. – Это сапфир, он очень подходит к твоим глазам. Надень, вдруг я не угадал с размером.
– Да нет, Игорешь, не буду, – возвращаю кольцо.
– Что? – непонимающе замирает Игорь.
– Ты его подари в пару к другому. Которое с белым бриллиантом и побольше. У Тани аж десять пальцев, она найдёт на какой нацепить.
– Что? Ань, ты что несёшь такое?
– Ты правда ничего не знаешь или так умело прикидываешься? – всё же решаю уточнить.
– Малышка моя, ты что? – бледнеет Игорь.
– Дай-ка свой телефон на минутку, – прошу я.
– Зачем?
– Не бойся, я по запретным чатам лазить не буду. Открой-ка нашу с тобой переписку.
Послушно открывает, показывает. Ну точно, моего сообщения нет, а куча посланий от Игоря висят непрочитанными.
– Ну что ж, поздравляю, – возвращаю ему телефон. – Не только ты поимел Таньку, но и она тебя! Не стоит бросать телефон без присмотра.
– Аня, я не пойму, о чём ты?
Устало вздыхаю. И вдруг в первый раз смотрю на Игоря новым взглядом. Чёрт! А ведь я его не люблю, – вдруг чётко понимаю я. Всё! Нет больше трепета в душе, только пустота.
И к сожалению, надо признать, что причина этого открытия таится вовсе не в измене Игоря, а в Гордее.
После взрыва чувственных эмоций, который устроил мне этот более зрелый и опытный предатель, Игорь меркнет во всех отношениях.
И такая злость меня берёт на всех. На Гордея, Игоря и всех мужиков вместе взятых. И боль поднимается снова.
– Таня специально заманила тебя в лесной домик, – рассказываю с болезненной усмешкой. – Она знала, что туда приеду я, ведь это был мой тебе сюрприз. И да, именно в ту ночь я ждала от тебя кольцо. Не это. Другое, – качаю разочарованно головой, наблюдая, как меняется лицо Игоря. Он бледнеет, потом покрывается красными пятнами, челюсти сжимаются. А вот глаза виновато опускаются.
– Ты что…? – помертвевшим голосом спрашивает Игорь, ища на моём лице ответ своим подозрениям.
– Да, – усмехаюсь, вытирая слезу. – Я видела вас с ней в самый непристойный момент в кровати, украшенной лепестками роз для нас. Тебе было слишком хорошо, видимо, поэтому ты не заметил меня.
– Ань, – растерянно шепчет Игорь.
– Тихо, молчи! Это лучше слов продемонстрировало твои истинные чувства ко мне. С Танькой в постели вы выглядели премерзко, зато… Спасибо подруге, я прозрела.
Первый раз вижу Игоря настолько растерянным. Он никогда не лез за словом в карман, а сейчас не знает, что сказать, как рыба ловит воздух.
– Уходи, – устало прошу я.
Сейчас даже злость испаряется. Я так хотела отходить его этими розами, а теперь…
– Забери, – небрежно выбрасываю букет в открытую входную дверь на площадку. – Таньке подаришь. Уходи, и больше никогда не появляйся.
– Ань, – хрипло выдавливает Игорь. – Это была ошибка…
– Прекрати…, – зажмуриваюсь, потому что опять подкатывает обида колючим комом. Я не хочу при нём рыдать. – Забудь обо мне навсегда!
Выталкиваю его за дверь, закрываюсь на все замки.
Чёрт! Как же больно всё-таки… И чёртовы слёзы льются опять…
 Глава 17.