Берсерк (СИ)

Впрочем, Олег не обольщался сам и не позволял расслабиться другим. Война все еще не выиграна, и враг не повержен. Так что Третья Сила, как и вальпургиевы рыцари, использовала возникшую оперативную паузу для вербовки новых членов, формирования боевых дружин и подготовкой к будущим боям. Во всяком случае, Олег продолжал трудиться, не покладая рук. Укреплял оборону взятых под защиту маноров, сельских и городских особняков и нескольких внезапно разросшихся за счет беженцев деревень. Инспектировал отряды и проводил учения. Разрабатывал с другими командирами планы на тот или иной случай. И делал многое другое. Он, как-то незаметно превратился в настоящего лидера сопротивления, - во всяком случае, во всем, что касалось ТС. Разумеется, он был не один. Сириус, Регулус и Фрэнк и некоторые другие командиры тоже занимались мобилизацией и укреплением рядов, не говоря уже о других проектах. Но другими проектами, - порталом в параллельный мир и созданием инфраструктуры для перехода на нелегальное положение, - занимались, в основном, женщины. Лили, Анника, Беллатрикс и Мод были беременны, как, впрочем, и Нарцисса Малфой, Дельфина Гринграсс, Паулина Сметвик и Алиса Лонгботтом. В связи с их положением им строго-настрого запретили вступать в бой, но зато у них появилось дело, ничуть не менее важное, чем война. Им было непросто отказаться от привычной боевки, но им предложили разрабатывать несколько крайне сложных и важных вопросов, а работать всяко лучше, чем бездельничать.
Однако у всего этого была и другая сторона. По факту ситуация с массовой беременностью лишила ТС, - пусть и временно, - большой группы первоклассных бойцов. Зато май-июнь 1981 должны были стать одним нескончаемым детским праздником. А учитывая, что то же самое произошло и в прошлом мае-июне, это будут сплошные дни рождения, но оно и к лучшему. Больше детей – больше радости, да и наследство будет кому оставить.
Не то, чтобы Олег думал об этом постоянно, но в минуты усталости и душевной смуты мысли о детях согревали душу и позволяли справиться с «нечаянной слабостью», и сейчас был как раз такой момент. Марафон под названием «вагон и маленькая тележка срочных и неотложных дел» затянулся на этот раз почти на двое суток. А, если учесть, что в предшествующие забегу на длинную дистанцию трое суток он спал всего десять-двенадцать часов, - и, увы, не подряд, а всего лишь урывками, - то понятно, что сегодня он чувствовал себя абсолютно разбитым и к тому же несчастным, хотя никакого несчастья с ним пока не случилось. Усталость, пресс ответственности и «постоянная бдительность» - плохое сочетание негативных факторов. Даже его железное здоровье, помноженное на весьма эффективные зелья, которые варил для них Северус Снейп, еще не означало, что Гилберт Сегрейв не человек из плоти и крови, а какой-нибудь сраный голем, созданный из глины Махаралем из Праги[15].
- Есть кто в доме? – спросил он, аппарировав на площадку-колодец позади Феррерс-хауса.
Раньше местом аппарации служил весь задний двор, но учитывая императивы времени, они с Мод выделили специальное пятно трансгрессии, наподобие того, что было сделано у Анники в Энгельёэн-маноре, и окружили его четырехметровой каменной стеной, напичканной всевозможными ловушками и прочим дерьмом. Однако для своих и тех, кто получил персональное разрешение, сразу же после мгновенного опознания личности аппарирующего в стене открывался проход внутрь дома. Впрочем, это было верно для всех, кроме них с Мод. Они могли аппарировать в любое место в Феррерс-хаусе, и улетали тоже из любого помещения.
- Добро пожаловать домой, хозяин Гилберт!
После скандала с трусиками Рэйчел, Торар перешел к полному официозу. Теперь Олег был для него или «господином графом» или «хозяином Гилбертом»!
- Здравствуй, Торар! – вздохнул Олег. – Есть кто в доме?
- Вы, господин граф, я и Тюра.
- Сообщи моим на Пэлл-Мэлл, что я здесь и приготовь мне ванну, - Олег сбросил теплую куртку, туда же, прямо на пол полетели снятые находу перчатки и вязаная шапочка. – Поесть что-нибудь найдется?
  
- Бекон, сыр, яйца, - быстро ответила Тюра, поскольку Торар поспешил выполнить первое задание, и она заняла место мужа. – Белый хлеб и масло. Овощей нет. Из фруктов только яблоки, но в погребе, у нас не только вина. Есть соки, если пожелаете.
Соков Олег не желал, и без фруктов мог легко обойтись. Ему нужны были еда, кофеин и, наверное, алкоголь.
- Хорошо, - Олег уже миновал лестницу и шел по коридору, направляясь к спальне. – Сделай мне яичницу-глазунью на четыре яйца с жареным беконом. Поджарь тосты, подашь их с сыром… Чеддер есть?
- Есть, - коротко ответила старушка Ниссе, старавшаяся не нарываться. Прошлого конфликта ей, видимо, хватило за глаза.
- Тогда, чеддер. Пинту[16] сидра и что-нибудь сладкое.
- Бисквиты? Шоколад? Джем?
- Все, что назвала, - решил Олег, начиная раздеваться прямо в спальне. – Джем малиновый.
Он подумал с минуту, остановившись у открытой двери в ванную комнату.
- Сидр отменяется, - сказал, несколько скорректировав свои планы. - Приготовь бутылку с минеральной водой и много черного кофе. Так будет лучше.
- Торар, - продолжил сибаритствовать Олег, когда вошел в ванную комнату. – Бокал виски и сигару, пожалуйста.
Он стянул с себя трусы и спустился в бассейн с горячей, пахнущей какими-то полевыми цветами водой. Вода была обжигающе горячей, цветочный аромат тонким.
- Благодать!
- Ваш виски, господин граф!
«Боги! – покачал Олег головой, даже не пытаясь скрыть своих чувств. - Ну, сколько можно? Вот ведь упертые создания!»
- Еще пара таких выступлений, Торар, - сказал он вслух, - и я разорву контракт. Местные домовые эльфы, конечно, мерзота, но они не устраивают демонстраций и не подставляют своих хозяев. Пошел вон!
Торар бросил на него печальный взгляд и испарился, но на подносе, поставленном рядом с краем ванны, беззвучно появились хрустальный стакан типа олд фэшн, наполовину наполненный старым виски золотисто-янтарного цвета, пепельница, гильотинка и сама сигара в алюминиевой тубе-футляре.
«Так-то лучше!»
Олег развинтил тубу и достал из нее сигару. Она была невероятно ароматной, длинной и толстой, то есть такой, какую кубинцы называют corona grande[17]. Правда, Олег не собирался курить ее полтора часа, - как обещал производитель, - но полчасика он вполне мог себе позволить. Время не поджимало, и поэтому неторопливо раскурив сигару, он пригубил виски, смакуя вкус и запах, и бросил рассеянный взгляд на панно с видами подводного мира. И, как это часто случается с творческими людьми, какая-то левая ассоциация, промелькнувшая вдруг в голове Олега, «высветила» проблему Гарри Поттера, показав ее совсем в другом свете и с другой стороны. Олег вспомнил, наконец, о чем он мельком подумал, когда говорил с Лили и Джеймсом. Тогда ему показалось, что ответ на вопрос, что не так со всей этой историей, находится где-то рядом. Но ничего конкретного в тот раз не вспомнилось и у Олега не появилось никаких новых идей. И сейчас бросил взгляд на абстрактное панно, и вот он ответ, хотя, видят боги, ничто на этом панно, казалось бы, никак не связано с проблемой, которую он подспудно все время обдумывал.
Когда-то уже давольно давно, в первый год их учебы в Хогвартсе, Олег наткнулся в библиотеке на книгу с весьма необычным названием «Прогностическая арифмантика и Герменевтика[18] Предсказаний и Пророчеств». Он тогда всего лишь пролистал эту книгу, но тема интерпретации предсказаний, самореализующихся пророчеств и прочей галиматьи его не заинтересовала, и он вернул книгу на полку. Однако сейчас он вспомнил не только саму эту книгу за авторством Гекатея из Норбонны, но и другие книги, стоявшие на той же полке.
«Контекст!» - согласился Олег с ходом своих рассуждений, и начал кропотливо восстанавливать картинку, зрительный образ тех корешков, которые он тогда увидел и неосознанно запомнил. Не в подробностях, но в достаточной мере, чтобы его подсознание «сделало некоторые выводы».