Порочный святой (ЛП)

Несмотря на небольшую разницу в возрасте, он на пару дюймов выше меня. Но я выигрываю благодаря своему мускулистому телосложению.
Он стройнее, все его конечности крепкие, что дает ему смертельную скорость на футбольном поле. Я почти жалею, что не пытался уговорить его попробовать себя в футболе, хотя новый парень чертовски быстр. У Девлина всегда был природный талант во всем, что бы он ни делал. Не то чтобы он так уж сильно переживал из-за спорта, да и вообще на все, кроме своих драгоценных машин, насколько я могу судить..
Девлин оправдывает свою беспечную репутацию дьявола. Он играет только потому, что его лучший друг — капитан команды.
— Лукас!
Хор людей ликует, когда мы подходим к бочонку. Кто-то сует мне в руки свежее пиво, и Марисса прижимается ко мне сбоку. Пустое отчаяние пронзает меня в грудь.
Марисса Хилл — милашка с пухлыми губками и подтянутой попкой. Должен знать, так как я был глубоко в ней. Она боролась за место главной чирлидерши с первого года обучения. Теперь, когда его получила, она вбила себе в голову, что мы с ней будем править школой как наш королевский двор.
Большую часть вечера я избегаю свою девушку, с которой я не расстаюсь. Я быстро осматриваю людей поблизости, надеясь найти какой-нибудь предлог, чтобы ускользнуть от нее.
Она прижимает свои сиськи к моему бицепсу и хлопает густыми накладными ресницами. Ее каштановые волосы собраны в высокий хвост с одним из ее огромных вечнозеленых и белых бантов группы поддержки SLHS.
— Где ты был всю ночь, малыш? — Марисса проводит своими наманикюренными ногтями по моему предплечью. Голос у нее низкий и соблазнительный. — Я пыталась привлечь тебя к себе. Хочу сделать тебе особенный подарок на день рождения.
Марисса — девушка-койот. Так мы называем поклонниц, которые околачиваются вокруг футболистов.
Она была первой девушкой, которую я поцеловал, и первой, с которой переспал. С тех пор она забираетсяко мне в постель и висит на моей руке, как будто я принадлежу ей.
— Мой день рождения. Сегодня все хотят кусочек меня, — я громко смеюсь и хлопаю своей чашкой о чашку одного из моих товарищей по команде, когда он произносит тост за меня. — Я просто распространяю любовь.
Блестящие розовые губы Мариссы искривляются.
— Ты не должен игнорировать меня.
— Рисс, — с трудом защищаясь, я прижимаю ее к себе. Я ищу выход из этого разговора. — Мы договорились о перерыве в прошлом месяце. Это была твоя идея.
— Это было раньше, — Марисса дергает меня за плечо. — Я скучаю по тебе.
Мой взгляд скользит по ее телу от ее карамельных глаз к обтягивающему белому укороченному свитеру, обнажающему ее плоский загорелый живот. Нельзя отрицать, что она чертовски сексуальна. Но сколько бы ностальгических воспоминаний ни было у меня о первой девушке, которую, как мне казалось, я любил, сейчас я не могу вызвать к ней никакого желания.
— Бишоп! Иди сюда! — Девлин кричит своему лучшему другу.
Это слабое отвлечение, но я переключаю свое внимание на Бишопа вместо того, чтобы ответить Мариссе. Она жалуется себе под нос и трется обо мне, как гребаная кошка во время течки.
Моя челюсть сжимается от раздражения. Иисус.
Бишоп оставляет группу за кухонным столом и направляется в нашу сторону.
Он еще один младший, но ему разрешено тусоваться, потому что он друг Девлина. Бишоп также является сыном директора и имеет озорную жилку шириной в милю, поэтому его удобно иметь в нашей группе. Он приподнимается боком, засунув руки в карманы своего футбольного капитана, застегнутого на молнию.
Бишоп осматривает горстку людей, сгрудившихся вокруг бочонка, и прищуривается.
— Нет, нет, нет, — он поднимает ладони. — Этого не будет. Сегодня день рождения Лукаса Сэйнта, — Бишоп улыбается нам и указывает на меня. — Необходимо сделать на восемьсот процентов больше. Специально для тебя, Святой.
Возгласы и крики следуют предложению Бишопа. Он и Девлин исчезают на несколько минут, затем возвращаются с бутылкой Jack Daniels и станами.
— Ты осилишь восемнадцать рюмок, или ты нас бросишь? — Бишоп преподносит мне пластиковый стаканчик и размахивает виски.
 
— Да пошел ты, чертов садист.
Я хватаю чашку, пока Бишоп хихикает. Он наливает шоты для всех.
— Хочешь сделать снимок, детка?
Марисса смотрит на меня из-под накладных ресниц. Она делает вид, что приподнимает повыше низ своего короткого свитера, словно хочет показать грудь. Я думаю, что она стремится быть кокетливой, но она промахивается на много миль и твердо попадает под определение «распутная».
Я открываю рот, но мой мозг сбивается, прежде чем я нахожу ответ. Черт возьми, перерыв был ее идеей, а меня тошнит от этих игр.
— За нашего золотого мальчика, Сэйнт, — произносит тост Девлин, спасая меня от общения с Мариссой. Я бросаю на него благодарный взгляд, и он приподнимает бровь. — И вам, пенсионерам, свалить на хуй после этого года.
Девлин пригибается с безудержным весельем, когда я ударяю его.
— Давай наебемся! — Бишоп воет, как койот, и делает глоток.
Остальные отвечают на его боевой клич и допивают напитки.
Марисса делает вид, что виски выливается из уголков ее надутого рта, а янтарные струйки стекают по ее шее.
— Упс, — бормочет она, снова прижимаясь к моему телу. — Я вся перепачкалась. Слижи это для меня, малыш, — она приподнимается на цыпочках и шепчет мне на ухо. — А потом мы можем пойти в твою комнату, и я вылижу тебя.
Не веря своим глазам, я наблюдаю за ней краем глаза.
Часть меня просто хочет, чтобы я сдался. Даже если я покончил с ее чушью, моя жизнь обретает больше смысла, когда я делаю то, что от меня ожидают. Играю на позиции квотербека, встречаюсь с главной чирлидершей, живу американской мечтой.
Легче отключиться и придерживаться статус-кво.
Но я не могу.
— Марисса, ну же…
Я нежно толкаю ее в спину и костяшками пальцев вытираю след виски с ее шеи и окидываю взглядом вечеринку, ища еще один тонкий как бумага предлог, чтобы улизнуть.
— Елена пытается позвать тебя на танец, — я ободряюще толкаю Мариссу. — Иди развлекайся. Я, наверное, выйду покурить.
К счастью, Марисса попалась на удочку. Ее бедра качаются в преувеличенных движениях, когда она отходит от меня. Как только она оказывается со своими друзьями, она низко приседает и высовывает свою попку, соблазнительно покачивая ею.
— Господи, — бормочу я.
Девлин хлопает меня по плечу.
— Надо было просто позволить ей сосать твой член. Потом ей надоест, и она оставит тебя одного на всю оставшуюся ночь.
— Перерыв был ее идеей.
— Это всегда их идея, когда цыпочки хотят освободиться от привязанностей.
Я хмурюсь.
— Летом ее родители отвозили ее в Монако.
Девлин низко присвистнул.
— Ага. Она точно пыталась урвать какой-нибудь отпускной член без чувства вины, — на лице Девлина появляется задумчивое выражение. — Или киску.
— Мне все равно. Я все равно с ней покончил.
— Что ж, тебе придется доказать это перед всеми.
— Я искал всю ночь, но никто не привлек моего внимания.
— А что насчет той?
— Нет.
Он сканирует всех вокруг нас и тонко указывает на другую красивую девушку.
— Эта?
Я вздыхаю.
— Нет.
Наше движение вперед и назад продолжается по мере того, как мы оцениваем потенциальные варианты. В другом конце комнаты я замечаю девушку, на которую я могу рассчитывать, что она избавит меня от моей нынешней бывшей на ночь. Она моя старая верная.
— Вот. Хизер идеально подходит для этого.
Когда я пересекаю комнату, меня охватывает смесь облегчения и жара, преодолевая расстояние за четыре шага.
Она разговаривает с Алеком, новым парнем, которого мы назначили нашим приемником. Ее светло-медовые волосы падают на плечи мягкими волнами, которые так и просят, чтобы пальцы погрузились в них и потянули. Они короче, чем когда я видел в школе. Должно быть, она подстриглась.
Мое внимание переключается на ее задницу, и я облизываю губы.