Порочный святой (ЛП)

Раньше эта игра была забавной, когда я перебрасывал мяч на пляже у озера со своими друзьями. Я играл, потому что мне было хорошо. Груз растущих предположений о том, что я должен продолжать побеждать — стремиться произвести впечатление на скаутов и стать профессионалом — медленно раздавливает меня во влажную траву под моими бутсами.
Никого не волнует, чего я хочу. Они видят мой потенциал только потому, что я хорош в игре. Это высасывает из меня все удовольствие, когда на меня давят, требуя сделать карьеру.
Что говорит обо мне то, что я иногда желал, чтобы серьезная травма вывела меня из игры, чтобы я не играл навсегда? Но судьба была ко мне доброй сволочью, оставив решение в моих руках. Я просто должен быть достаточно сильным.
Я прислоняюсь к ограждению, а Картер стоит рядом со мной, заигрывая с девочками-койотами, воркующими над нами на трибунах.
— Помаши болельщикам. — Картер подталкивает меня. — Смотри, какие они обожатели. Легкая добыча для послематчевого минета. Намочи свой член, чувак, ты сейчас похож на гребаного мрачного жнеца.
Я прячу гримасу и полусерьезно машу девушкам, просто чтобы Картер отвязался от моей задницы. Джемма снова заполняет мою голову. Я окидываю взглядом трибуны, хотя знаю, что это бессмысленно. Ее здесь нет.
— Ты уже потрогал этот сладкий кусок задницы? Мм, она такая хорошенькая.
— Почти. — Я прикрываю свой натянутый тон наглым смехом. — Я заставил ее стонать от удовольствия.
— Так где же товар? Собери доказательства, пока кто-нибудь другой не влез и не отобрал у тебя банк. — Картер вздергивает брови и откидывает потные волосы с головы. Он загорается и хватает мою майку, чтобы притянуть меня ближе, как будто у него есть секрет. — О! У меня есть отличный способ спрятать твой телефон, чтобы ты мог записывать, пока трахаешь ее. Я опробовал его на прошлых выходных, работает как шарм. Напомни мне показать тебе его после того, как мы сегодня выиграем. — Он сверкает непристойно ухмылкой и у меня сводит живот. — Клянусь, эта цыпочка обрызгала весь мой член.
Я искренне в этом сомневаюсь, на собственном опыте убедился, каков Картер с девушками.
— Да, чувак. Круто.
Мы охотились за лягушками на берегу озера, перепрыгивали камни и скребли коленки на тропинках. Где-то по пути я моргнул, и Картер превратился в того парня, с которым я подружился в средней школе.
— В чем дело? Ты теряешь хватку. Обычно ты бы отлупил ее и закончил в течение недели. Я слышал, как Марисса жаловалась Елене. Она начинает волноваться, что ты все еще избегаешь ее.
Я понятия не имею, какое отношение к этому имеет Марисса.
Картер наклоняется ближе. — Каков твой следующий план, как сбить спесь с этой цыпочки?
Я колеблюсь, ища ответ, которого у меня нет. Других планов нет. Я уже давно не думал о пари, которое начал, слишком поглощенный Джеммой. Меня больше не волнует ее уничтожение. Я просто хочу ее.
Я смотрю на Алека, сидящего на скамейке, сжимаю зубы и терплю, как чувство вины перекатывается в моей груди. Я чувствую себя немного дерьмово, говоря о его сестре с ним рядом. Надеюсь, он нас не слышит.
— Я не тороплюсь с ней. Заставляю ее влюбиться в меня.
Картер захихикал. — Больной, брат. Ты безжалостен. Ты не просто сломаешь эту ханжу, ты уничтожишь ее. Она больше никогда не подумает дважды о том, чтобы переступить через тебя.
Тень сомнения ударяет меня в живот. Я все это начал. Это я виноват в том, что натравил на нее своих друзей.
Но я не могу сожалеть об этом.
Не тогда, когда это привело Джемму в мои объятия.
Теперь она моя, и я ее не отпущу.
Тьма глубоко сидит во мне. Это не просто желание обладать ею. Это нечто большее.
Хочу постоянно держать ее при себе. Я не шутил, когда признался ей, что фантазировал о том, как наблюдаю за ней через окно ее спальни.
— Да... — Моя челюсть работает, и я отталкиваюсь от забора. — Пойдем, давай разберем с тренером следующую игру, пока не закончился перерыв.
Картер следует вплотную за мной, раздражаясь на мое нарастающее возбуждение.
 
Мне нужно, чтобы все отвалили к черту.
Что еще важнее, мне нужна Джемма. Я неспокоен, как черт, и она — единственное, что может это вылечить. Она как мой наркотик, и я принимаю удар за ударом, не контролируя себя.
Это немного пугает, как глубоко она забралась под мою кожу и стала моей навязчивой идеей. Я думал, что знаю, где прохожу черту. Когда дело доходит до Джеммы, я переступаю через все, чтобы добраться до нее.
Я бросаюсь в оставшуюся часть игры, чтобы выкинуть Джемму из головы.
 20 
 ДЖЕММА 
Шины хрустят по гравию, когда я подъезжаю к дому Лукаса. Отчетливая волна дежавю заставляет меня остановиться рядом с жемчужно-белым Escalade. Сцена такая же, как и раньше: люди высыпают на участок из каждой щели дома — с палубы, с крыльца, спускаются к причалу.
На этот раз никаких отважных (сумасшедших) любителей понырять, над Риджвью прочно поселилась осенняя прохлада.
Всю эту неделю то и дело шел дождь. Когда я выхожу из машины, земля мокрая, сырость задерживается в воздухе, как гнетущий туман. Влажный холод пробирает до костей, обволакивая меня, как неотвратимые нити льда.
Кажется, что дождь может усилиться в любую секунду, небо зловещее и затянуто тучами, звезд не видно.
Несмотря на то, что я часто чувствую себя крутой в своей кожаной куртке, сегодня она была не самым подходящим вариантом верхней одежды. Дрожа, я обнимаю свое тело.
 Спасибо, что заставил меня вылезти из моих уютных треников, придурок. 
Это уже вторая вечеринка, на которую меня отправляют, чтобы я могла дотащить Алека до дома.
Я с нетерпением жду тошнотворного бульканья в животе, но оно не такое сильное, как в первый раз, когда я была здесь. Интересно, имеет ли это какое-то отношение к прогулке на лодке с Лукасом, которая не дает мне покоя с тех пор, как это случилось.
Пробираться сквозь толпу пьяных посетителей вечеринки все еще нелегко, расстройство желудка или нет. Я быстро осматриваю палубу и ничего не обнаруживаю в : « Операции: Возращение Алека».
Все празднуют трехдневные выходные.
Елена играет в пивной понг с тем же футболистом, его руки на ее бедрах, он подпрыгивает под хип-хоп ритм, звучащий из звуковой системы. Она убивает это. Бросок, который она отбивает, чертовски приятен.
— Джемма! — Елена замечает меня и бежит ко мне, оставив игру. — Джексон, это все ты, детка!
Футболист машет рукой. — Я справлюсь.
— Я так рада, что ты пришла!
— Не заводись. Я здесь, чтобы забрать Алека, вот и все.
Елена драматично надувается. Это не заставит меня передумать.
— Ты его не видела?
— Внутри, я думаю. Или проверь крыльцо, он недавно сблизился с Сашей Пирс.
Я думаю, так зовут девушку, которая сидела у него на коленях, когда мы все тусовались в доке Лукаса на прошлой неделе. Та, вокруг которой он кружит каждый раз, когда я его вижу.
— Круто. Увидимся позже. Удачи в игре.
Елена держит руки высоко в воздухе, как в позе поддержки. — Джекс и я правим безраздельно. — Она ударяет себя в грудь и произносит глубоким голосом, похожим на голос пижона. — Непобедимы.
Я фыркаю и даю ей пять, прежде чем отправиться в дом на поиски Алека.
На этот раз я нахожу его в гостиной, танцующим между двумя девушками — одной из них, той самой чирлидершей, Мариссой. Она перекинута через его спину, ее наманикюренные ногти блуждают по его груди, а он смотрит на сводчатый потолок стеклянными глазами. Я не вижу рядом Сашу, но лицо Алека искажается в кислом выражении. Он сильно раскачивается из стороны в сторону, не в такт музыке.
— Ты пьян? — Обвинительные слова вылетают из меня прежде, чем я успеваю осознать то, что вижу.
Он еще хуже, чем я когда-либо видела. Я не пила после ночи с Мэттом, не желая терять бдительность, но Алек никогда не был так неряшлив.