Порочный святой (ЛП)

Меня покидает насмешливое недоверие. — Ты действительно только что...?
— Я дам тебе еще один шанс, Джемма.
Игривое поведение Лукаса и его манера поведения большого человека в кампусе исчезли. Теперь он смертельно серьезен и смотрит на меня.
— Или что? — Удивление от всей этой ситуации прорывается в моем голосе.
—Ты не хочешь этого знать. Ты либо с нами, либо против нас, и ты не хочешь быть против нас. Просто прими это, как и все остальные, или ты столкнешься с последствиями.
С нами или против нас. Последствия. Лукас говорит как какой-то жаждущий власти мафиози, а не как школьный квотербек.
—Ты, наверное, шутишь. Я сказала — нет, ты, ублюдок. — Мой голос повышается. —Отвали, или я вылью на тебя свой поднос с обедом! Не думаю, что пятна от соуса будут хорошо сочетаться с твоим дорогим пошивом.
Он бросает мою косу, но я не успеваю отойти, как он обхватывает мои бедра, его пальцы впиваются в мою кожу через материал.
Я сжимаю губы, чтобы сдержать гримасу.
—В чем твоя проблема? Ты не можешь просто взять и заставить меня сделать по-твоему, — ворчу я. — Ты не понимаешь, что значит «нет»? Когда-нибудь из-за этого у тебя будут проблемы с законом, когда твоя мания власти дойдет до тебя.
Лукас отшатывается назад с шокированным видом. Затем его глаза сузились до опасных щелей.
— Господи, я не насильник, ты маленькая...
Я угрожающе поднимаю свой поднос, и он прерывается.
— Оставь меня в покое, Лукас! Я не хочу иметь ничего общего ни с тобой, ни с твоими паршивыми дружками!
По комнате проносится тихий ропот. Несколько телефонов держат в руках, снимая драму, как она разворачивается. У них есть доказательства того, что я обличаю их короля.
Это будет на Snapchat и Instagram в течение нескольких минут, распространяясь по школе, как смертельный лесной пожар, без сомнения.
— Ты пожалеешь об этом, — обещает Лукас грубым, мрачным голосом.
Эти пресловутые виселицы словно защелкиваются на моей шее и запястьях, но я не преклоню колено в верности перед этим засранцем.
Кому нужен такой Лукас? Не мне, это уж точно.
— Посмотрим, будет ли мне до этого дело. Давай, закатывай истерику. — Я откидываю голову назад к своему столу. — Я буду вон там, наслаждаться своим обедом.
Прежде чем зрелище продолжится, я поворачиваюсь на каблуках, чтобы закончить разговор.
Как только я делаю шаг, Лукас обхватывает ногой мою лодыжку и, черт возьми, ставит мне подножку. Я спотыкаюсь, но не падаю. Моя бутылка с водой — единственное, что падает с моего шатающегося подноса. Я встречаюсь взглядом с несколькими людьми поблизости и чувствую жажду крови.
Никто не удовлетворен тем, что я не рухнула на пол лицом в свой обед.
Я наклоняюсь, чтобы достать бутылку с водой, а когда поднимаюсь, Лукас уже на два шага ближе, притаившись прямо за мной, как внушительная тень.
— Браво, — стреляю я через плечо. Лукас скрежещет зубами, его руки сжаты в кулаки по бокам. — Очень смело со стороны такого большого, сильного парня, как ты, ставить подножку девушке, потому что она не заинтересовалась твоим дерьмом.
Расправив плечи, я иду к своему столику у окна.
Там сидит милая девушка из учебного зала. Она одаривает меня полуулыбкой и без паузы копается в своем скудном обеде из основных групп продуктов. Полусъеденная булочка лежит рядом с ложечкой гороха, яблоком и обычным куском курицы.
Я киваю ей и опускаюсь через стол на противоположную скамью, намеренно подставляя Лукасу спину.
Это не отменяет тяжести его внимания, сосредоточенного на мне до конца урока.
 7 
 ЛУКАС 
Огонь вспыхивает в моей крови, когда Джемма поворачивается ко мне спиной.
Когда она уходит, мне требуется каждая унция самообладания, чтобы не схватить ее и не потащить к моему столу. Я отпускаю ее. Пока что.
Становится неожиданно, когда она все еще борется со мной. Я ожидал, что она упадет от страха, но она не боится.
Если Джемма не боится меня, я не могу ее контролировать. Если я не могу контролировать ее, значит, я не на вершине. Этого я не выдержу. Сначала это была моя гора, и она не сбросит меня с нее своим вопиющим пренебрежением к тому, как здесь все устроено.
 
Я варюсь до конца обеда, мой взгляд прожигает дыры в затылке этой гордой сучки.
Что-то в ней выводит меня из себя. Не знаю, то ли ее наглое заявление о том, что я насильник, из-за момента ошибочной идентификации и поцелуя, то ли то, что она продолжает создавать проблемы. Мало того, что я все еще хочу получить ее, теперь я хочу сбить спесь с этой ханжи.
Я могу убить двух зайцев одним выстрелом.
Мой рот кривится, но я не чувствую никакого удовольствия.
Я краду у Девлина картошку фри, а он ворчит себе под нос и тычет в меня острым локтем.
— Купи себе сам, придурок.
— Если бы я покупал свою, я бы не получал кайфа от того, что краду твою.
Девлин фыркает и пихает в меня свой поднос. Его полуприкрытый взгляд переходит на стол Джеммы, и уголки его рта напрягаются.
Я молча соглашаюсь с ним. Джемма Тернер думает, что она лучше меня, что она может просто приехать сюда откуда угодно и обойтись без правил.
Эта школа находится под моим контролем. Никто не бросает мне вызов.
Мне всегда было легко владеть вниманием окружающих. Учителя и тренер Гарсия называют это лидерскими качествами. Люди падают из кожи вон, чтобы послушать, что я скажу.
Они ждут, что я буду играть роль их бога, поэтому я не могу оставаться в стороне, пока она бегает без дела. Мои правила распространяются и на нее.
Гнев, распаляющий мои вены, становится все сильнее.
Я уничтожу ее.
Слегка изменив позу, все глаза за столом устремляются на меня. — Слушайте сюда.
Картер опирается на предплечья, по его лицу расползается дикая ухмылка. — Как дела, брат?
Я повторяю его выражение и киваю в сторону стола Джеммы с двумя грустными девчонками.
— Открываем гребаный сезон.
Горстка членов футбольной команды аплодирует и начинает болтать. Девлин вскидывает бровь и смотрит между мной и Джеммой.
— Мы собираемся сыграть в игру. — Я роюсь в бумажнике и кладу полтинник. — Делайте ваши ставки сейчас.
— Что за игра? — спрашивает один из наших громоздких игроков защитной линии.
Я выжидаю немного, наклоняю голову и ухмыляюсь. — Сломай скромницу. Все, что угодно. — Я указываю через обеденный зал. — Первый, кто добудет Джемму Тернер — с доказательствами — выиграет банк. — Я опираюсь локтями на стол и кладу подбородок на сцепленные пальцы. — Уничтожьте ее. Никакой пощады.
Раздается смех, и я откидываюсь назад, чтобы осмотреть то, что я привел в движение. Картер издает вой и барабанит ладонями по столу. Они действуют как стая шакалов, выпущенных на охоту. Деньги выложены, и делаются большие заявления о том, кто выиграет.
Но я уже знаю, кто победит.
Это буду я.
Я собираюсь сломить Джемму Тернер, сделав ее своей.
 8 
 ДЖЕММА 
Эта школа сошла с ума за считанные дни.
Однажды утром Картер Бернс следовал за мной от моей машины, подглядывая за мной все время. Подойдя к своему шкафчику, я обнаружила маленький почтовый ящик, приклеенный к нему суперклеем, под табличкой с надписью «Запросы на минет в Пик-Пойнт, с/о Джемма Тернер». Картер дал другому парню пять раз и сказал, что ему нравится, когда его член сосут очень небрежно.
Люди подглядывали за мной и называли меня «Девочкой-Койотом» — что бы это ни было, когда я переходила из класса в класс, их усмешки следовали за мной, когда я закатывала глаза.
Вчера симпатичная девушка на втором уроке села на мою парту и показала мне свой пост в Instagram. Это был снимок, сделанный на видео моего поцелуя с Лукасом, только вместо Лукаса она отфотошопила его так, что я целовала ее. Она точно подобрала освещение. В подписи был указан мой реальный номер телефона и надпись Джемме Тёрнер нужно хорошо провести время, с множеством дерзких эмодзи. В течение нескольких минут фотография набрала более 250 лайков и несколько комментариев. Мой телефон зажужжал в сумке, и меня пронзил ужас.