Портальных Дел Мастер. Книга Вторая (СИ)

Да это же чёртовы катакомбы!
Нет… всё-таки хорошо получилось. Крысой я бы сюда не попал. Да и потом, как бы Коля пронёс в кармане крысу? С коньяком попроще — это подарок любимому дяде. Племянничек серьёзно накосячил и теперь пытается подмазаться, вот и припёр.
Всё ясно.
Всё понятно.
Так что… сам не верю, что говорю что-то подобное, но спасибо тебе, Выручай. Реально ведь выручил. И да, я уже немного потренировался. Выкинул Выручая в реку, затем поскакал сознанием между нашими телами, вернулся и подобрал его километром ниже по течению — там, где никогда не бывал прежде.
Так что абилка работала!
Всё шло по плану.
Итак…
Серафим молчал. Коля шмыгал носом. Мы спускались всё ниже и ниже. Ниже, ниже и ниже, и вот, наконец-то, двери лифта распахнулись.
По правде говоря, я ожидал увидеть пещеру злодея в стиле хай-тек, — ну хотя бы с дверями, как у покойного господина Ебугу-Сэя, — а оказался в каком-то сраном бетонном бункере. Сырые стены, тусклый свет, и вроде бы даже чёрная плесень по углам.
Больше на гаражи похоже. Только и жду, что где-то впереди вот-вот покажутся ржавые ворота, а за ними батарея закруток на зиму.
Но нет. Вместо ворот была дверь, рядом с которой сидел пухлый мужичок-охранник. Серафима Сергеевича он встречал уже вытянувшись по струнке, — видать, услышал шаги, — но раскрытый кроссворд как бы намекал…
Так…
Тут я смог рассмотреть дверь и… начал закипать пуще прежнего. Люк для еды находился на уровне колена, так чтобы пленница кланялась за еду. Не знаю, задумано ли так специально или я продолжаю себя накручивать, но…
Да какая, нахер, разница⁉
— Здравствуйте, Серафим Сергеевич! — отчеканил охранник.
— Открывай.
— Да, Серафим Сергеевич.
Пухлый метнулся к двери, на ходу снимая с пояса связку с ключами.
Замочный механизм щёлкнул, провернулся, охранник отошёл от двери, Кольцовы напротив шагнули вперёд и тут… тут я увидел её.
Рыжая, бледная и очень худая. Слабая тень той женщины, которую я видел на свадебном видео. Она стояла прямо посередь комнаты, будто встречала нас, а вокруг неё было тотальное ничего. Мягкие белые стены, прямо как в психушке. Квадратики белых ламп над головой. В одном углу — узкая односпальная кровать. В другом — стол с письменными принадлежностями. В третьем полупрозрачная перегородка, за которой угадывался сортир и душевая кабинка.
От этого жалкого зрелища мой рассудок уже совсем помутился. И лишь один момент сдерживал меня от того, чтобы наконец-то начать действовать. Просто… мама улыбалась.
— Вы пришли, мои хорошие, — тепло сказала она.
— Что⁉ — Серафимушка тоже начал улыбаться. — Что ты сказала⁉ Коля, ты слышал?
— Э-э-э… ага.
— Заговорила! Ха! — сколько радости было сейчас на лице этого ублюдка. — А ведь молчала с тех самых пор, как направила нас в рифт! Повтори, Оленька! Повторили, что ты сказала! — тут Серафим подошёл к матери чуть ли не вплотную, а она…
Она ответила.
— Пошёл, — процедила мать. — Нах*й, — и смачно так, с чувством, плюнула ему в рожу.
Ну всё.
Спасибо за отмашку, мам!
На пару секунд я вернулся в своё тело, в Дракон-Коньячный. Я быстренько открыл один портал, — вход под ногами у матери, а выход здесь, — и залпом второй со входом здесь, а выходом в комнату с белыми стенами.
— Ловлю! — заорал батя. — Ловлю!
Краем глаза я увидел, как из портала вывалилась мать, и как Роман Романович поймал её на руки, — не зря всё-таки отжимался, старый пройдоха.
Затем я услышал Лёхин рёв и… м-м-м… даже не знаю, как это назвать. Пение? Улюлюканье? Наверное, не ошибусь, если назову это «криком амазонок». Вз-з-з! Вз-з-з! Вз-з-з! Вз-з-з! Четверо вошли в портал.
Ну а я вернулся в тело Выручая, потому как просто не мог пропустить это зрелище.
— Что за дерьмо такое⁉ — орал Серафимушка Сергеевич. — Что это за тварь⁉
Под «тварью» он конечно же подразумевал Лёху. Оскалив пасть, брат медленно приближался к нему, а за его спиной стояли три темнокожие воительницы. Да-да-да! Дочки вождя лагертов не пальцем деланы!
 
Стоит отдать должное, Кольцов сильный маг, но-о-о-о… Куда ему? Он выкрутил свои способности на максимум и пытался поливать Лёху ледяным штормом, да только хрен там. Альва работала на усиление Лёхи, Астрид дебаффала Кольцова, а Ингрид вдогонку рассеивала его магия, и в итоге вместо шторма получался какой-то невнятный морозный пук.
— Какого чёрта происходит⁉
— Прости, дядя! — тут до Коленьки наконец-то дошло, что же он натворил.
Да, это подстава. Но мне насрать. В конце концов, я и так играл в пацифиста нереально долго. Ну невозможно в этом мире не замарать рук кровью, ну просто невозможно. Попробовать можно, но закончится это крайне хреново. Всё ведь просто: либо ты жрёшь, либо тебя жрут, вот и всё.
Ну а такую мразь, как Серафим Сергеевич, хочется уничтожить хотя бы из человеколюбия.
— Это твоих рук дело⁉
— Прости, дядя! Прости!
В комнату на шум забежал пузатый охранник. Как забежал, так и потух сразу же. Астрид надавила на него своей силой, и он упал в обморок, — поскольку у неодарённых нет рун, которые можно было бы загасить, то дебаф на них действует именно так.
Ну а затем… Затем Лёха наконец-то добрался до Кольцова. От первого же удара Серафим отлетел в мягкую стену, сполз по ней и попытался встать, но у брата уже сорвало планку.
Жуткое зрелище — наблюдать, как дикое животное рвёт человека на куски.
Однако я любовался.
Кровь обильно растекалась по полу и забрызгивала стены, тут же впитываясь в них бурыми пятнами. Коля вжался в угол и разревелся. Жёны Лёхи бесстрастно наблюдали за тем, как их муж заканчивает начатое.
А закончилось оно нереально быстро. Спустя секунд десять, может быть пятнадцать…
Напоследок Лёха утёр кулаком кровь с морды, подошёл к Коле, рыкнул на него и протянул руку. Но нет, не с целью помочь встать. Он протянул руку, чтобы забрать меня… ну то есть Выручая.
Я уж начал бояться, что Лёха в приступе ярости порвёт ещё и младшенького Кольцова, однако тот быстро сообразил, чего от него хотят и передал бутылку. Я же в свою очередь вернулся в своё тело и открыл ребятам портал на выход.
Стряхнув с себя напряжение от пребывания в теле бутылки, я встал с бревна и тут же стал свидетелем душераздирающей картины.
Мать молча стояла, улыбалась и смотрела на моих сестёр, а отец в свою очередь плакал и на скорость расцеловывал её. Рандомно, куда только мог попасть — в губы, в щёки, в лоб, в глаза, в шею.
Я видел, что Соню с Шизой тоже распирает от эмоций, но они до сих пор так и не подошли к матери. Как-то подсознательно избегали тактильности, наверное, и-и-и-и… я могу их понять. Мать хоть и была матерью, но вместе с тем оставалась совершенно незнакомым человеком, которого мы видели впервые в жизни.
Лёха вышел из портала за моей спиной и как был в зверином облике, так и застыл, не в силах обернуться.
Над Дракон-Коньячным стояла тишина.
— Отпусти, Ромочка, — первые слова матери после освобождения. — Отпусти. У нас теперь много времени…
  
Глава 15
 
Про родительскую хитрость… или нет
 
Караваны не разграблены, родовые предприятия не горят в огне, и почти все живы. Победа без единого выстрела — мой прощальный подарок Серафимочке Сергеевичу. Я размышляю так: ни семья, ни тем более работники не виноваты в садистских причудах своего патриарха.
Ну а правильно я размышляю или неправильно — пока не понятно. Покажет время.
Но!
Во-первых, ответного удара я не жду. Глубоко в семью Кольцовых я не копал, но думается мне, что у нового главы рода найдутся новые дела, и искать «того, не знаю кого» он если и станет, то только для галочки. Чтобы уж совсем безразличным не показаться.
Во-вторых, мою историю можно сворачивать прямо сейчас. Ну… Не всю историю, само собой. Помирать я пока что не собираюсь. Но вот ту её часть, которая связана с моим новым родным миром — наверняка. Меня там больше ничего не держит.