Хвостатое (не)счастье для парня с Венеры (СИ)

– Как угодно? – подозрительно прищурилась Ти-Лания.
– Да, ты сможешь раскрасить их так, как сама захочешь.
Я отнекивалась от полезной каши, слишком уж она напоминала по консистенции «бурду», но Марус настоял. На вкус оказалось не так уж плохо, но это явно не станет моим любимым блюдом.
Ти-Лания заняла стол и сосредоточенно что-то лепила.
– Это из-за пиратов, да? – тихо спросила я у Маруса. Он сидел на краю постели и держал меня за руку. – Надолго мы здесь застряли?
– Пока начальство не договорится с местными службами безопасности. Не знаю, сколько времени это займёт. А пока будем лечить твою спину.
Марус чмокнул меня в кончик носа и повернулся к дочке.
– Ти-Лания, поиграешь немного с Рошаном? Он обещал, что разрешит тебе заглянуть в его чемоданчик, – предложил Марус.
– Нет, – надулась малышка, даже голову в плечи втянула.
– Хм. Тогда, может, на кухню? – не стал настаивать Марус.
– Да! – Ти-Лания вскочила и помчалась к двери.
Марус отвёл малышку «в гости», потом вернулся, отнёс меня в туалет и в ионный душ. Просканировал прибором из аптечки, отправил данные врачу и снова мучил мою спину. Сегодня было даже больнее, чем вчера, зато я не только отмахивалась хвостом, но и пыталась брыкаться. Не всерьёз, конечно, но удержаться было выше моих сил.
– Ну вот, скоро сможешь вставать, – Марус помог мне удобно устроиться на кровати, погладил кончиками пальцев по лицу. – Прости, мне очень жаль, что тебе приходится через это пройти.
Я отмахнулась. Подумаешь, спину ушибла, с кем не бывает.
Потом мы целовались. И это были самые сладкие поцелуи в моей жизни.
Перед тем, как уйти, Марус по моей просьбе вернул Ти-Ланию. Он отговаривал, обещал, что сам за ней присмотрит, чтобы я как следует отдохнула. Но я отправила его спать после дежурства, за дочкой я и сама могу посмотреть.
Малышка устроила своим игрушкам домик под столом, с разрешения Маруса футболка стала им то ли ковром, то ли одеялом. Потом Ти-Лания нашла, как включать с вирт-панели музыку, и дикие пляски были в самом разгаре, когда дверь каюты распахнулась.
Я с улыбкой обернулась, ожидая увидеть Маруса, но вместо него на пороге стояли трое незнакомых офицеров.
Хмурые, недовольные. Я даже не сразу поняла, что одна из них – женщина. Именно она объявила:
– По решению галактической системы правопорядка мы осмотрим корабль. Если ваша непричастность подтвердится, вы продолжите свой маршрут.
Под моим напряжённым взглядом они устроили обыск. Один громила остался у дверей, второй начал медленно обходить помещение со сканером. А женщина везде заглядывала, всё открывала, передвигала и крутила в руках.
– Что вы делаете?! – возмутилась я, когда она принялась щупать Ти-Ланию.
– Здесь только мужские вещи. Это не ваша каюта? Предъявите ваши документы и документы на ребёнка, – проигнорировала она мой вопрос.
Я нервно дёрнула ушами. Вот ведь!
– Когда корабль тряхнуло, меня придавило ящиком. Я здесь, потому что сейчас не могу самостоятельно ходить, а медкаюта занята, – стиснув зубы, процедила я.
Женщина отошла от Ти-Лании и принялась заглядывать во все ящики. Я вздохнула свободнее, задала команду на браслете и продемонстрировала наши с Ти-Ланией удостоверения на вирт-окне. Мужчина, который стоял у двери, впервые пошевелился, просканировал код на документах и снова застыл.
От противного писка подпрыгнули мы все.
Громила со сканером направил прибор на мою дочку, та замерла испуганной мышкой от неприятного звука.
– Ну-ка, малышка, что там у тебя в ладошке? Покажешь? – выключив сканер, громила присел перед Ти-Ланией на корточки.
Дальше одновременно прозвучали две фразы, от которых у меня остановилось сердце.
– У девочки пиратский передатчик, активированный.
– Эти двое в розыске за своевольный побег из клана.
Вот и всё. Интересно, нам дадут выбор между храмом на родной планете и космической тюрьмой? А я ведь даже не знаю, представители какой галактики перед нами и действует ли у них казнь!
Марус
 
Корабль ГСП, галактической службы правопорядка, вынырнул из гипер-прыжка прямо перед нами, датчики предупреждающе мигнули красным, поймав волну отдачи от их гашения.
К чести ГСП, они извинились, а потом два часа вели переговоры удалённо. Шаттл с командой обыска уже отделился от их корабля, пристыковался к нашему, то и дело начали возникать окна с запросом допуска к разным помещениям, куда представители ГСП решили заглянуть с обыском и осмотром, а мы с кэпом всё продолжали изображать вежливых роботов и поддерживали разговор с соседним кораблём.
Я думал о том, не отвлекают ли нас таким образом, чтобы мы не могли дать команду членам экипажа припрятать что-нибудь важное, но отмёл эту мысль. У нас было достаточно времени, чтобы избавиться от улик, если бы они были.
В очередной раз я не глядя дал доступ в помещение, выслушал сетования чужого капитана о том, сколько пиратов развелось. И совершенно не понял, почему вдруг опасно ёкнуло внутри. Попытался разобраться, что не даёт мне покоя, нахмурился, невежливо развернулся боком к вирт-экрану и вывел себе на панель историю последних запросов.
– Кэп, разве по протоколу жилые помещения осматривают не в присутствии жильца? – обернулся я к своему капитану.
– Верно, в ГСП с этим строго, мы действуем по правилам, – вместо него ответил представитель безопасников.
– Тогда почему в моей каюте проходит обыск без моего участия?
– Быть может, там есть кто-то ещё из жильцов? Тогда нарушений нет, – пожал плечами безопасник.
Мог бы шипеть, как Ли-Синия, зашипел бы. Вместо этого я официально попросил у кэпа разрешения покинуть рубку, медленно, чеканя шаг, вышел в коридор. И только там побежал, поминая на ходу космический шлак и чёрные дыры.
Дверь каюты открылась беззвучно, и я чуть не врезался в спину представителя ГСП. Из-за его плеча я видел, как сжалась на кровати Ли-Синия. Её уши поникли, хвост безвольным шнурком свисал из-под одеяла. Ти-Лания тоже прижала ушки к голове, и протягивала шар для голо-связи мужчине в форме.
– Что здесь происходит?! – рявкнул я так, что спина передо мной дёрнулась.
– Это ваша каюта? – невозмутимо бросила на меня короткий взгляд женщина, продолжая проверять содержимое ящиков.
– Да, это моя каюта. И я хочу знать, почему вы здесь действуете без моего присутствия? – наконец-то меня пропустили внутрь.
– Значит, вы знали, что эта женщина связывалась с пиратским кораблём и находится в розыске? – поинтересовался мужчина, который снова заслонил вход.
Ли-Синия
Марус появился в тот момент, когда громила со сканером пытался выяснить, где Ти-Лания взяла передатчик. Знала бы я, что это за шар, давно бы бросила в утилизатор!
На короткий миг мне показалось, что Маруса не пустят к нам. Но он приложил ладонь к панели на стене, датчик мигнул зелёным, подтверждая, что это его каюта, и громила у входа посторонился.
Марус тут же взял Ти-Ланию на руки, шепнул что-то на ухо, отчего дочка заулыбалась, и усадил малышку ко мне на кровать. Сам присел на краешек, сжал мою ладонь, и посмотрел на незваных гостей так, что даже мне захотелось поёжиться.
Фразу о том, что мы с малышкой в розыске и якобы как-то связаны с пиратами, Марус будто не услышал. Зато огорошил всех новостью:
– Вы нарушили покой венерианки и её дочери. Эта женщина как моя супруга попадает под юрисдикцию Положения 37Д-К1. Моя раса и родная планета указаны в документах, которые вам высылались два дня назад, среди документов прочих членов экипажа. Подтверждение моей активации можете запросить у корабельного врача, – сухо произнёс Марус.
Лица присутствующих нужно было видеть! Женщина словно закаменела, громила у входа поморщился и посмотрел на Маруса с сочувствием, а тот, который со сканером, равнодушно пожал плечами.