О, мой бомж (СИ)

- Прости меня, Кать.
- Ты показывал мои фотографии друзьям, те, что ты сделал, пока я спала.
- С чего ты взяла?
- Ты на майбахе. А значит, сумел доказать друзьям, что у тебя все получилось.
- Да я не показывал эти фотографии! Я же не конченый человек. Я показал фотку с видом из твоего окна, и ту, где ты была по уши укрыта одеялом.
- Здесь я должна сделать вид, что поверила тебе. Так?
- Нет. Не сделать вид, а поверить, потому что мне нет смысла тебя обманывать.
- Знаешь, в понедельник у нас с тобой получился не совсем конструктивный разговор. Очевидно, я чем-то обидел тебя.
- Чем-то? – горько усмехнулась я.
- Да. Я так и не понял, чем. Возможно, я не совсем правильно изъяснился. Я хотел, чтобы у нас была настоящая семья. Хотя бы ради Даньки. Он имеет право знать, что у него есть настоящий отец, а не герой-разведчик, ползающий по барханам в Африке. Если что-то показалось тебе грубым, обидным, прости меня. Я не должен был давить на тебя. Ты не обязана становиться моей женой, если ты сама того не захочешь.
Я фыркнула:
- Как великодушно с твоей стороны! Не обязана, если не захочу.
- Не обязана. Я надеюсь, что ты добровольно скажешь мне «да».
Я закрыла лицо руками и простонала:
- И что тебе не придется вырывать согласие тисками? Горский, с каждым словом ты закапываешь себя больше и больше. Лучше молчи.
Он рассмеялся:
- Тебе опять что-то не нравится. Давай тогда не будем торопиться на пути к нашей общей цели.
- Какой еще общей цели? – насторожилась я.
- Наша общая цель – счастье нашего ребенка. Будем решать проблемы поэтапно.
- Звучит уже страшно. Что ты имеешь в виду?
- Для начала нам нужно поехать в ЗАГС и подать заявление об установлении отцовства. И лучше если мы это сделаем прямо сегодня.
Глава 61
Конечно, я хотела возразить. Во мне кипела обида. Но я понимала, что так лучше для Дани. У него появился отец, который собирается участвовать в его жизни, будет помогать ему материально. А если у них сложатся теплые отношения, то это будет прекрасно. У Дани будет еще один родной человек, который всегда его поддержит.
Я бы могла встать в позу, сказать, что я не верю в возникновение на пустом месте отцовских чувств. Ставить какие-то условия для общения с ребенком. И возможно, это принесло бы мне какое-то удовлетворение. Но нет. Я всегда буду действовать в интересах своего сына, даже если для этого мне придется наступить на горло своей гордости и терпеть Горского рядом.
Мы заехали в ЗАГС, подали необходимые документы. В какой-то момент Горский попросил меня выйти из кабинета, а сам задержался минут на десять. Вышел, скривившись, мол, договориться хотел, а работники принципиальные оказались. Сказали, что забрать готовый документ можно только через неделю.
В голове промелькнула мысль, что Горский сейчас запишет вместо меня какую-нибудь Машу Пупкину и отберет Даню. Похоже, я медленно схожу с ума.
После того, как мы покинули ЗАГС, Виктор уговорил меня пообедать в кафе. Я была голодна, потому согласилась. А потом он отвез меня домой и спросил, во сколько я собираюсь ехать за Даней. Естественно, я стала отказываться, но Горский заявил, что его сыну будет удобнее в салоне майбаха, нежели в переполненном автобусе.
К слову, сегодня Горский вел себя вполне прилично. Не завез в какую-нибудь лесополосу или в промзону, как я того со страхом ожидала. Не было никаких пошлых намеков. Да и в основном он разговаривал с Данькой, а не со мной. У этих двоих, как ни странно, обнаружилось много общих тем.
На следующее утро машина Горского ждала нас прямо у подъезда. Данька с радостью устроился в детском кресле и принялся тараторить, пересказывая просмотренные вчера мультфильмы.
- Может, не стоило приезжать? Мы сами как-нибудь разберемся-доберемся, - я сходу попыталась внушить Горскому, что не нужно нас преследовать и оказывать знаки внимания.
- Холодно, зима. Зачем вам в маршрутках толкаться?
- Если ты планируешь возить нас всю зиму, то твоя фирма быстро загнется в отсутствии адекватного руководства.
 
- И из миллиардера я превращусь в миллионера. А если стану вас возить еще и весной, то опущусь до бомжа. Так? Значит, поселюсь в вашем подъезде и буду каждый день ходить к вам в гости, -он подмигнул Даньке в зеркало заднего вида.
- Не поселишься. У нас злые жильцы, - буркнула я.
- Мама, ты сама говолила, что взлослым надо говолить «вы». Почему ты говолишь Викасепанычу «ты»? Это не культульно.
- А почему ты говоришь Виктору Степановичу «ты»? - строго спросила я.
- А патамушта мы длузья! – недолго думая, выпалил сын.
- И мы с твоей мамой друзья, - встрял в наш воспитательный диалог Горский. Меня аж передернуло от такого заявления.
- Ула! Вы подлужились! А когда мы пойдем к тебе в гости? Ты же у нас был, тепель наша очеледь!
- Да хоть завтра. Но лучше в выходной день.
- Сынок, Виктор Степанович очень далеко живет. Мы не сможем к нему приехать, - как можно печальнее произнесла я.
- Да ладно, далеко. Скажешь тоже. Не в Африке же!
В сумке пиликнул телефон. Пришло уведомление о поступлении на счет. Точно. Сегодня же день зарплаты. Только сумма была намного больше, чем моя обычная зарплата.
- Что это? – спросила я у Горского, показывая ему экран телефона с сообщением.
- Уведомление от твоего банка, - как дуре сказал он.
- Почему так много перевели. Твоя бухгалтерия ошиблась.
- Нет. Сумма верная. Это с премией.
- Какой еще премией? Мне не за что было ее давать.
- Это уже не тебе решать. Кстати, как твой бронхит? На поправку идешь, смотрю. За два дня так ни разу не кашлянула.
- А мама и не кашляет! – радостно сообщил Даня. – Она только плачет все влемя.
Ну, спасибо, сыночек! Сдал мать со всеми потрохами.
Горский посмотрел на меня так, что у меня все внутри перевернулось.
- Это от соринок, - буркнула я.
И имя этим соринкам Виктор Степанович Горский.
- Если мама еще раз заплачет, расскажешь мне. Я все улажу, - повернувшись к сыну, выдал Виктор.
- Обязательно ласкажу!
Назад я ехала ожидаемо с Горским.
- Может, ты не будешь нас возить? Представляешь, что о нас будут думать люди? На шторы не сдает, зато на майбахе ездит.
- На шторы? – Горский скептически поднял бровь. – Скажи номер группы, я вызову дизайнеров по интерьеру, пусть сделают замеры.
- Да я образно. Сдаю я на шторы, - щеки покраснели. Еще подумает, что я та самая мать из чата, которая никогда ни на что не сдает.
- Может, Даню в частный садик определить? Подыскать какой-нибудь ближе к дому.
- Нет, не стоит, у Дани здесь друзья. Воспитатели хорошие. Нравятся ему.
Всю дорогу до дома мы говорили о каких-то пустяках. Я все ждала, когда он начнет выдвигать какие-то требования насчет Дани, но он не затрагивал эту тему. Спросил только, что нужно Даньке купить.
Войдя в квартиру, перезвонила Ленке, которая названивала мне, пока я была с Горским. Благо телефон стоял на беззвучном режиме.
- Ты чего трубки не берешь? – напустилась она на меня.
- Не слышала.
- И не видела?
- Ну чего ты такая подозрительная? Не одна была.
- А с кем? С Бомжом своим? Пришел к тебе с рулеткой и бутылкой перемерять результаты для повышения рейтинга?
- Он каждый день возит нас с Даней в садик.
- Зачем? Он, что, долбанулся? Нет, конечно, это романтично. И если б я хотела лучше узнать ребенка, я б тоже так делала. Но это такой гемор. Проснись рано, забери-отвези-привези, потом занимайся своими делами, и снова забери-привези-отвези. Весь день в жопу. Дал бы денег на такси и не парился. Все равно бы плюсик в карму заработал.
- Вчера мы заявление в ЗАГС подали…
- Вот это круто, - закричала Ленка, не дослушав. – Какие же вы молодцы! Как быстро все решили!
- Об установлении отцовства.
- Ну, тоже неплохо, - радость в Ленкином голосе поубавилась. – Какой он все-таки молодец. И тебе финансовая гарантия. Это тебе не сантехник Вася с серой зарплатой. С такими алиментами тебе и работать не надо. Слушай, а у него холостых дружков-миллиардеров нет?