О, мой бомж (СИ)

Ей как ни странно, эта теория понравилась, но она тут же сгенерировала следующую, не менее бредовую.
«А прикинь, если на самом деле тот мужик был миллиардером. Просто он переоделся в бомжа, чтобы найти свою настоящую любовь - девушку, которая полюбит его не за деньги и не за статус», - прилетело от нее сообщение.
«И чего же он тогда не приехал за мной на своем лимузине? У него топографический кретинизм и он забыл дорогу?» Несколько ржущих смайликов.
«Нет. Злые родители женили его на страшной надменной женщине, чтобы объединить капиталы»
«Ого. Прямо мыльная опера»
«А потом твой сын вырастет, станет красивым парнем, и вы встретитесь с его отцом. Хэппи энд»
«Даже не представляю, где мы сможем встретиться с миллиардером. Неужели в «Пятерочке»?
«Ммм… В аэропорту. Он будет лететь на Мальдивы, вы в Зажопинск. Он увидит сына и узнает его…по глазам. Вы обниметесь, поцелуетесь. Хэппи энд»
«А жена?»
«Какая жена?»
«Ну, миллиардера. Та, что страшная»
«Она умрет, узнав о тайном сыне своего мужа»
«Тогда это не счастливый конец, а драма»
«Если умрет от счастья, то не драма»
«Кстати, а какое отчество ты дашь ребенку?»
Ее внезапный вопрос выбил меня из колеи.
«Еще не думала»
«Викторович, ну или Викторовна»
«Это почему?»
«Ну во-первых, звучит красиво. А во-вторых, по имени единственного члена, находящегося у тебя все время дома после развода. Разве он этого не заслужил?»
Глава 24
Четыре года спустя
Я люблю свою маму. Я очень люблю свою маму. Но иногда она бывает просто невыносима. Сегодня позвонила мне, как только большая стрелка встретилась с маленькой на цифре двенадцать. Так совпало, что нажав на кнопку приема звонка, я взглянул на часы над входом в мой кабинет. Удивила такая пунктуальность. Неужели специально время подгадывала?
- У тебя уже перерыв, сынок?
- Да.
Попробуй сказать, что нет. Начнет выедать плешь, что отдыхать тоже надо, что от работы кони дохнут, и всех денег не заработаешь. Потом начнет грозить гастритами и головными болями.
- Ты в столовую уже идешь?
Для мамы любой ресторан неподалеку от работы, где я обедаю, низводится до столовой.
- Пока нет, но скоро пойду.
Пусть ей будет спокойнее за мой желудок.
- Значит, я не буду отвлекать. Лучше позвоню твоей новой секретарше. Попрошу, чтобы присматривала за тобой.
- Мама!
- И не спорь. На Людочку я могла полагаться, может, и эта неплохой окажется.
- «Эта» не справляется даже с основной работой. И никак не может запомнить, что я пью кофе с одним кубиком сахара.
-Найди другую.
- Если бы это было так просто, мама.
- А я как раз по этому поводу и звоню. Есть одна хорошая девочка, которая бы идеально подошла на эту должность.
- То есть ты мне пять минут выстраивала подводку под то, чтобы пропихнуть кого-то из своих знакомых в мою компанию, - я расхохотался.
- Ничего смешного в этом нет, - обиженно заявила мама. – И я уже пообещала своей подруге, что ты возьмешь на работу ту, за кого она меня попросила.
Ну и дела! Без меня меня женили. Сказал бы такое кто-то другой, а не мама, я бы послал этого человека далеко и надолго. Но это мама. С ней нужно бережно.
- И что это за подруга? Одна из твоих противных соседок по лестничной клетке.
- Хорошая подруга. Мы с ней уже год вместе на йогу ходим. И она мне такую мазь от боли в коленях дала собственного производства, что у меня все боли прошли. Ты же помнишь, как у меня обычно крутили колени на негоду? А теперь все прекрасно. Так что я ее должница.
- Хм, должница ты, а отдавать твои долги мне.
- Да, - просто сказала она. – Ты же мне обязан.
- Чем, например?
Сейчас, наверное, скажет как все матери-манипуляторши в подобных случаях. Мол, я из-за тебя ночей не спала, не доедала, не допивала, лишь бы у тебя все было. Но мать рушит все стереотипы.
- Ну, например, прекрасной генетикой, - безапелляционно заявила она.
И ведь не поспоришь.
- Тем более я не так часто у тебя что-то прошу.
Это правда. Мама всегда отказывается, когда я предлагаю ей путевку на курорт или оплатить обследование в элитной клинике. Зато с удовольствием пользуется сомнительными мазями от поклонниц Малахова.
 
- Ну и что за у тебя кандидатура, что ты решила за нее вписаться? – лениво поинтересовался.
- Вписаться? – переспросила мама.
- Попросить…
- Славина Екатерина Сергеевна, 28 лет, работала помощником руководителя.
Странно, что она собирается устраиваться на место обычного секретаря.
- Есть ребенок три года, - добавляет мама.
А вот тут мне становится все понятно. Мадам вышла из декрета, перестала соответствовать занимаемой должности и ее уволили.
- Мама, а вот это уже чересчур. Ты знаешь что такое маленький ребенок? Это постоянные больничные. Она станет отпрашиваться на всякие утренники. Работать кто будет за нее? Ты? Или твоя подружка с мазями? Ты вообще помнишь, как называется моя компания?
- Конечно, помню. Я пока деменцией не страдаю. У твоей компании дурацкое название «Ситибилдинг».
- Да! Именно! Дурацкий «Ситибилдинг», а не «Бюро добрых дел»!
- Там очень вовлеченная бабушка. Так что не переживай насчет больничных и всего остального.
- А ты прямо уже и справки о ее семье навела?
- Конечно. Я бы не стала тебя просить за абы кого. Семья у девушки хорошая, достойная. Только судьба у нее не сладкая.
- Ну давай мы сейчас всех хороших девушек с тяжелой судьбой начнем спасать. У меня компания тогда просто развалится, если я буду подбирать не отличных спецов, а сирых и убогих. В бизнесе нет места жалости.
- И любви места нет, - всхлипнула мать. – Совсем ты меня не любишь.
О, в ход пошла тяжелая артиллерия. Женские слезы. Наобещала с три короба подружке, а теперь в грязь лицом ударить перед ней не хочется. Моя мама – манипулятор-рецидивист. Сейчас начнет задыхаться и поминать корвалол.
- Ты разбиваешь мне сердце, - простонала она и добавила полным горечи голосом, - а оно у меня больное.
- Главное, что теперь колени здоровые, - проворчал я.
- Что ты сказал, сынок? У меня уже в глазах мутнеет, в ушах звенит. Не слышу ничего.
- Сказал пусть девочка твоя завтра приходит. Испытательный срок две недели. Не будет справляться, вылетит как пробка.
- Два месяца ты сказал? – голос мамы стал сразу бодрее. Да я прямо-таки могу исцелять словом.
- Месяц.
- Месяц? Ну и хорошо. Всегда знала, что у тебя доброе сердце. Витюш, ты только в столовую не забудь сходить. И жиденькое обязательное возьми, чтобы гастрита не было. Ну все, целую тебя.
Вечером сказал Тоне, замещавшей вероломно свинтившую в декрет Людочку, что с завтрашнего дня она возвращается в свой отдел. Сначала хотел, чтобы она передала дела новенькой, но Тоня вряд ли смогла бы ее чему-то научить, потому что сама ни хрена не знала.
Претендентка на должность, по крайней мере, обладала пунктуальностью. Когда я вошел в приемную, она уже была там. Стояла лицом к окну, так что мне открывался чудесный вид на ее точеную талию, плавно переходящую в аппетитную задницу, обтянутую узкой юбкой. Светлые волосы заколоты в скромный пучок.
Она обернулась на звук открывающейся двери. И я на миг растерялся, едва не уронив отвисшую челюсть на пол. Мать подложила мне самую настоящую свинью. Передо мной стояла любительница экстремального секса с бомжами.
Глава 25
Беременность проходила относительно легко. Это в первом триместре я познала все «прелести» токсикоза и даже в больнице умудрилась полежать две недели, а потом я летала вплоть до родов. Ну как летала? Как перекормленная жирная утка. Но я ходила на работу до самого «дня икс».
Из роддома нас с Данечкой встречали мама с дядей Герой, Ленка, Иван Никифорович, Ковалева и Антоныч.
После того, как мы сфотографировались с синим конвертом, перевязанным пышным бантом на ступеньках, мы отправились ко мне домой.