Защитить свою собственность (ЛП)

Завёрнутые в полотенца, Бет и домашняя команда сидели на креслах в патио.
— Аластер, рада тебя видеть, — Бет улыбнулась ему, прежде чем повернуться к Нолану. — У меня не было возможности сказать тебе. Зет попросил его осмотреть рану на спине Коннора.
— Здесь? Почему не в клинике?
— Зет сказал, что дети будут чувствовать себя комфортнее не в больничной обстановке. — Заметив настороженные взгляды мальчиков, Аластер сел на кресло рядом с Бет и поставил сумку.
  
— Зачем здесь этот коп? — прошептал Грант Бет, глядя на Макса. — Он заберёт нас?
— Неа. Я не за вами пришел. У меня даже оружия нет, — Макс кивнул на Аластера. — Док мой кузен. После того, как он осмотрит вас, мы пойдём на пляж поужинать.
Когда он опустился в кресло, мальчики расслабились. — У тебя отличный дом, Кинг. Мне нравится озеро.
Нолан прислонился плечом к колонне.
— Мне тоже. Здесь тихо, а именно это ценишь после дня на стройке.
— Готов поспорить.
— Нолан — мен строит дома, — объявил Коннор. — Большие.
— Я слышал, — Макс поднял бровь. — Нолан — мен? Как Айрон — мен, Железный человек?
Коннор уверенно кивнул.
— Он спасает людей.
— И он лучше Железного человека, потому что ему не нужен костюм. — Грант качался в своём кресле, очевидно готовый к тому, что Нолан начнёт совершать невероятные подвиги по спасению людей.
Иисусе.
Пока мальчики рассказывали Бет и Аластеру свои любимые сцены из «Железного человека», Нолан обратился к Максу: — Они достаточно скоро поймут, что я не супергерой.
Уголок рта Макса приподнялся.
— Возможно. Однако я до сих пор уверен, что мой отец в близком родстве с Суперменом. — Смех в его глазах погас. — В этом году у него обнаружили рак. Всех нас потрясло, что он на самом деле может быть смертным. Но когда придёт время, я полагаю, он покажет мне, как уйти изящно и стильно.
— Мой такой же. — Вообще — то, когда обзавёлся семьёй, он надеялся стать таким же образцом для подражания, каким был его отец. — Хотя меня не очень впечатлял его стиль, когда он дубасил меня по заднице.
— У меня также. — Искренний смех Макса привлёк внимание мальчиков, и он сказал: — Я так понял, что вы плавали. Рыжая хорошо с вами обращается?
Лицо Коннора исказилось от негодования.
— Она не рыжая. Она Беф.
— Ох, — коп сдержал смех. — Я исправлюсь. Меня зовут Макс. — Он кивнул на своего кузена. — А это доктор Драго.
Аластер улыбнулся мальчикам.
— Я детский доктор. Я слышал, что Коннор ударился?
Грант напрягся.
— Что вы собираетесь делать?
— Я не узнаю, пока не увижу проблему, — Аластер жестом подозвал Бет. — Можете с Коннором подойти сюда?
Умно. Лучше, если большой доктор останется сидеть. Поскольку Коннор будет стоять, он не почувствует себя загнанным в угол. И Бет будет рядом.
Когда Бет взяла Коннора за руку и как ни в чем не бывало вытащила его из кресла, он послушно последовал за ней. Этот мальчишка, вероятно, последует за Бет прямо в ад, если понадобится. Нолан, черт возьми, точно последует.
— Давай сделаем это так. — Она прижала мальчика к себе и стянула с него полотенце, обнажая спину перед доком.
— Ой, — мягко сказал Аластер. — У тебя приличная рана и синяки, Коннор, но всё заживает. — Он посмотрел на Бет. — Признаков инфекции нет. Плавать можно, но понемногу. Если остаться в воде надолго, то болячка размякнет и оторвётся. — Он поймал взгляд Коннора через плечо, пока вытаскивал из сумки стетоскоп. — Я принёс доказательство того, что я доктор. Могу я послушать твоё сердечко, если разрешу тебе послушать также сердце Гранта?
Коннор изучил устройство, понял, что там нет игл, и улыбнулся.
— Ладно.
— Отлично. Сделай глубокий вдох.
Доктор отлично справлялся с детьми, и осмотр — обоих мальчиков — проходил гладко. Грант даже ответил на вопросы, пока Аластер осматривал его ушибленное лицо.
Когда док убрал медицинские инструменты, Нолан понял, что до их прихода Бет специально пошла плавать с мальчиками. На них были только шорты, и их изувеченные тела было легко разглядеть. Множество жёлтых и фиолетовых синяков были ярким свидетельством того, как они жили.
Лицо Макса стало таким безжизненным, что Грант бросал на него обеспокоенные взгляды.
Нолан прочистил горло, привлекая внимание копа, и кивнул в сторону мальчиков.
Уловив намек, Макс на секунду уставился себе под ноги, а когда поднял глаза, весь его гнев испарился.
Расслабившись, Грант вернул внимание к тому, как Аластер и Коннор играли в игру «Посчитай пальцы».
— Есть информация о Друзилле? — тихо спросил Нолан у копа.
— Немного. Нашли её бойфренда. По словам его самого и соседей, она принимала метамфетамин с тех пор, как покинула приют.
— Мы слышали, что она до сих пор в коме, — сказал Нолан.
— Да. Врачи не дают никаких прогнозов. Может, она еще поправится, а может, и нет. Ей всего двадцать семь, и она вполне может умереть от инсульта, — губы Макса скривились. — Ненавижу эти гребаные наркотики.
— Да. — Двадцать семь. Поговорив с Грантом, он понял, что до смерти их отца она была хорошей матерью, но потом пристрастилась к метамфетамину. Теперь её сыновья будут жить с ужасными воспоминаниями о её зависимости до конца своих дней. Проклятье.
— Моё профессиональное мнение, что оба мальчика здоровы, — Аластер встал и взял свою сумку.
— Приятно слышать, — сказал Нолан.
Аластер кивнул.
— Им нужно как можно скорее сходить к стоматологу. И их иммунная система, вероятно, работает не на должном уровне, так что можно ожидать больше обычных детских болезней.
Бет встала и улыбнулась ему.
— Мы очень благодарны, что вы приехали на дом, Док.
Он посмотрел на нее сверху вниз, в его взгляде читались нежность и беспокойство.
— Ты все еще выглядишь уставшей, милая. Не заставляй меня снова читать тебе нотации. Тебе следует баловать себя так же, как и своих мужчин.
Она улыбнулась.
— Баловать себя? Какой Дом может такое сказать?
— Это просто совет.
Какого хрена? Чувствуя себя более чем неловко, Нолан нахмурился и положил руку на плечо Бет в нарочитом требовательном жесте. Его голос прозвучал холодно.
— И где вы оба занимались этим… чтением нотаций?
Нахмурившись, Макс перевел взгляд с одного на другого, затем вернулся к детям. Секунду спустя к хихиканью Коннора присоединился более тихий смех Гранта.
Озадаченный взгляд Аластера обратился к Бет.
— Мы разговаривали, когда она была у меня дома.
У него дома? Нолан напрягся.
— Когда это было, Бет?
— На следующий день после твоего приезда из Африки. Я говорила тебе, что встречалась с ним. — Бет прищурилась в раздумье. — Я помню, что ты был полусонный, когда я говорила. Возможно, ты пропустил это?
— Пропустил что?
— Я занимаюсь благоустройством его придомовой территории.
Вот чёрт.
— Клиент. — Новый, к которому она поехала на раннюю встречу.
Она хихикнула.
— Именно так.
— Бет, — выражение лица Аластера было неодобрительным. — Он спросил про нотации.
У Нолана внутри все сжалось, когда Бет покраснела. Но она просто вздохнула.
— В тот день, когда я встретила его, я была… несчастна. Я планировала подождать, пока ты не почувствуешь себя лучше, прежде чем рассказать тебе… о своём лете… но он взял с меня обещание не откладывать. — Лицо Бет покраснело еще больше. — Это неважно; ты в любом случае вытянул у меня всю информацию.
Губы Нолана изогнулись. Еще в начале их отношений он понял, что секс с ней действует лучше, чем любая сыворотка правды. И он был идиотом.
— Я понял. Тогда ладно, — он встретил прямой взгляд другого Дома. — Я ценю твою заботу о моей сабе.
  
На смуглом лице Аластера беснула улыбка.
— Поскольку ты не знал, что она наш ландшафтный дизайнер, я понимаю твоё беспокойство. Я уважаю, как ты немедленно разрешил этот вопрос.
Когда они проводили кузенов за дверь, Нолан покачал головой. К чёрту беспокойство — он слишком остро отреагировал, потому что его первая жена была лгуньей и изменщицей. Очевидно, Бет была не единственной, у кого проблемы, унаследованные от бывшего супруга.