Травля (СИ)

— Джек… — прошептала она.
— Вот уж не думал, что ты боишься меня настолько, чтобы падать в обморок! — он горько усмехнулся, присаживаясь рядом на край. — Для тебя стало такой неожиданностью, что я тебя нашёл? Неужели ты в этом сомневалась?
— Нет… наверное, — также шёпотом ответила Кэрол и отвела взгляд. Она продолжала спокойно лежать на месте, словно утратила всю волю и стремление к спасению и борьбе, смирившись с неизбежностью.
— Воды дать?
Она лишь молча кивнула.
Поднявшись, Джек вышел из комнаты. Невозмутимо показался перед опешившим Патриком, который застыл на месте, широко открыв рот.
— Привет, сынок. Принеси воды, маме стало плохо.
— Пап… — выдохнул тот поражённо.
— Ага, я. Вот, соскучился по вам, решил навестить. Так ты несёшь воду, маму надо в себя привести. Она немного… удивилась.
— Да… сейчас, — кивнул мальчик и отправился на кухню с растерянным ошеломлённым видом, как будто сомневался в том, что ему не привиделось то, что он только что увидел.
А Джек вернулся в спальню. Кэрол встретила его ожившим изумлённым взглядом.
— Как ты пробрался в дом незаметным? Давно тут сидишь? — спросила она, начиная приходить в себя от потрясения.
— Зашёл с заднего хода после того, как твой… друг детства выскочил отсюда, как ошпаренный, с перекошенным лицом. Кстати, его лицо… что с ним стало? Куда исчезли шрамы?
Кэрол не услышала вопроса, жадно смотря на него во все глаза.
Сердце гулко колотилось в груди, взволнованно трепетало. Ей казалось, что она спит. Как давно она его не видела. Последний раз это было в суде, когда ей вынесли приговор. Она не верила, что когда-нибудь его увидит. Но он снова появился в её жизни, заставляя дрожать от радости и ужаса одновременно. Порыв броситься в его объятия, прижаться к его груди боролся с порывом немедленно бежать. Бежать… но куда? Да и сил в себе она больше не находила. Её загнали в угол, все, и бежать было больше некуда.
Зачем он здесь, с какой целью? Наказать, отомстить? Забрать её жизнь?
— Как ты нас нашёл? — в дверях со стаканом в руках появился Патрик. Отстранённо протянув его Кэрол, он уставился на Джека, не веря своим глазам и не определившись пока с тем, как реагировать.
Джек пожал плечами.
— Я нашёл фанатиков и заправляющую ими ведьму. А они вывели меня на вас. Вот и весь секрет. Я уже две недели за вами наблюдаю.
— Две недели? — Кэрол и Патрик потрясённо переглянулись.
— Да.
— Зачем наблюдаешь? — спросил Патрик.
— Из любопытства, — Джек хмыкнул.
— А фанатики… значит, они тоже здесь? — голос Кэрол сел от ужаса.
— Да. И тоже наблюдают. Теперь они решили действовать более осторожно. Им надоело, что ваши дружки их постоянно убивают. Они не полезут больше в открытую драку. Теперь они планируют просто вас похитить и ждут подходящего момента, строят планы.
— Тебе откуда об этом известно? — насторожилась Кэрол.
— Мне известно всё, милая, разве ты забыла? Я засунул в их ряды своего человека. Они скоро дадут о себе знать, это вопрос времени. И его осталось мало. Я боюсь, что эта ясновидящая вычислит крысу, узнает обо мне. Странно, если до сих пор не пронюхала… Но суть не в этом. Вы в большой опасности. Да и здесь, как погляжу, у вас не заладилось. Посадили вас на крючок местные бандиты… Я выяснил всё о том, кто помог вам — Вайсбарде. Крайне неприятный и опасный тип. Вы даже не представляете, куда вляпались.
— Откуда ты узнал о Вайсбарде? — не переставала удивляться Кэрол, во все глаза пялясь на него.
Джек усмехнулся, тоже не отрывая от неё взгляда.
— Я знал, что твои дружки сами не в силах такое провернуть. С побегом им помог Луи, чтобы ввезти тебя в страну и спрятать — этот местный авторитет.
— А как ты узнал о фанатиках? — спросил Патрик.
— От Луи.
В комнате воцарилась тишина.
— Ты что, сговорился с Луи? — прохрипел мальчик.
— Нет. Он попросил найти эту ведьму, где прячется эта секта. Рассказал, что они охотятся на вас, хотят убить. Что из-за благословенных он сам против них бессилен. Правда, он попытался меня обмануть, уверяя, что вы находитесь с ним, но я не поверил. Я нашёл фанатиков, но ему сообщать не стал, как он хотел, а поступил по-своему.
 
— А ты знаешь, что из себя представляет Луи… на самом деле? — прошептала Кэрол.
Джек посмотрел на неё спокойным, но печальным взглядом.
— Я надеялся, что вы мне об этом расскажете.
— Ты зря с ним связался, а тем более, настроил против себя. Это монстр. В его подчинении миллионы проклятых. Он прихлопнет тебя, если захочет, как муху.
— Уже многие пытались. Только я же не муха, разве ты забыла?
— Ты не понимаешь, с кем… с чем имеешь дело на этот раз. Луи не человек.
— Вот как? А кто?
— Мам, — Патрик предостерегающе схватил её за руку. — Молчи. Он всё равно не поверит. Опять скажет, что ты сумасшедшая. Что мы оба сумасшедшие, — в голосе его неприязнь смешалась с обидой, он испепелял отца горящим взглядом, потом в замешательстве посмотрел на руку Кэрол в своей ладони. — Мам… ты чего так трясёшься? Успокойся. Его, что ли, боишься?
Он снова посмотрел на отца, и лицо его исказилось, а пальцы крепче сжали кисть мамы.
— Сегодня что, день предателей? Один нарисовался, теперь второй… Ты чего припёрся? Снова отправить маму за решётку, на казнь?
Кровь отхлынула от лица Джека, отчего оно приобрело бледный, с серым оттенок. Но он не пошевелился, не отрывая взгляда от сына, который смотрел на него с такой непримиримой ненавистью.
— Нет, — едва слышно ответил от сиплым, охрипшим от боли голосом. — Наоборот, я приехал сообщить, что приговор отменён. Точнее, изменён. Смертная казнь была заменена на лечение в госпитале. Вы можете вернуться. Мама полежит в госпитале некоторое время, потом выйдет и будет жить спокойно. А я позабочусь о вашей безопасности. Никакие фанатики или проклятые до вас не доберутся.
— Отменили приговор? Вот так просто? С чего бы? И мы должны поверить?
— Но это правда. Я занялся этим, как только вышел из тюрьмы… Доказал, что на суде была предоставлена сфальсифицированная психиатрическая экспертиза. Развалил все остальные обвинения в других убийствах, кроме Деборы Свон — там нет никаких доказательств вообще. Нет доказательств даже, что Свон убила она. Мы можем возвращаться хоть сейчас.
Патрик повернулся к Кэрол, но она потупилась, уткнувшись взглядом в пуговицу на своей рубашке.
— Ты врёшь. Этого не может быть. Смертные приговоры не отменяют вот так запросто. Ты опять сдашь маму полиции, и её казнят. Ты же сам отправил её в тюрьму, зачем бы тебе потом надрываться, чтобы её освободить от обвинений? Мы тебе не верим. Никому не верим. Только друг другу. Все предатели. Все хотят, чтобы моя мама умерла. Только я вам не позволю, никому. Уходи отсюда. И никогда больше не приходи. Мы больше не твоя семья, заведи себе другую. А мне ты больше не папа. Такой отец мне не нужен.
Джек молчал, и сердце Кэрол перестало биться. Она украдкой бросила на него опасливый взгляд.
И только сейчас заметила, как похудело и осунулось его лицо, как потух взгляд. В нём больше не было прежнего огня. Она представила, как бы загорелись его глаза раньше, если бы он такое услышал, как забурлила бы в нём ярость. Джек всегда походил на опасный вулкан, обманчиво спящий и спокойный, но готовый взорваться в любой момент лишь при толчке… Но сейчас она этого вулкана в нём не увидела. Он потух. Но этого не может быть. Он просто притворяется. Опять притворяется, как умел делать это превосходно. Неужели он рассчитывает, что она ему снова поверит, доверчиво пойдёт за ним, вернётся в страну, которая хотела её смерти, поверив, что её каким-то чудом помиловали?
Нет, пусть её сто раз убьют фанатики или проклятые, или бандиты — кто угодно, но она ни за что не вернется в камеру смертников. Даже если произошло сразу два таких невероятных чуда — одно, что её и правда помиловали, и второе — что Джек, наконец-то, говорит правду и не врёт — даже тогда она не готова была рискнуть и поверить в это… Но Патрик…