Они не люди. Книга третья (СИ)

– Для этого вы будете пускать людей в Пустошь и обменивать знания на блага?
– Вы невероятно проницательны, Гермес Аркадьевич. Но не только. Знания нужны и дивам. Но среди нас нет ученых. Мы поможем вам исследовать Пустошь, а вы поделитесь тем, что узнали о нашем мире. Я не планирую превратить Пустошь в цветущий сад, но сделаю всё, чтобы она перестала быть ледяным адом.
– У вас действительно грандиозные планы, Александр, – заметил Аверин. – Но вопрос о том, захочет ли Российская Империя принимать ваше предложение, будут решать ее величество и Совет. Я же всего лишь сыщик, далекий от политики.
Див посмотрел Аверину прямо в глаза, его зрачки сузились в щели.
– Любезный граф, – медленно проговорил он, – может быть, стоит перестать прятать голову в песок? Думаете, меня не посещали мысли завладеть вашим теплым уютным мирком вместо того, чтобы пытаться построить что-то жизнеспособное в Пустоши? Но если вы хотите изменить мир, вам придется чем-то ради этого пожертвовать. Например, своим комфортом. Я с этим смирился. И думаю, вам тоже придется. Ваш голос обязательно должен звучать, когда придет время принимать решения о взаимодействии наших миров. Это важно и для людей, и для дивов, и для меня лично. Тем более, что доставка материалов в Пустошь, если она случится, будет осуществляться через ваш коридор.
– Вы тоже считаете, – усмехнулся Аверин, – что мне придется участвовать в большой политике?
– Боюсь, это неизбежно. И теперь политика всего человечества стала «внутренней», а политика между нашими мирами – «внешней». И я рекомендую человечеству сосредоточиться как раз на этой, внешней политике.
Аверину показалось, что последние слова прозвучали угрожающе.
– Мы обсудим ваше предложение и выдвинем свои условия, – сказал он.
– Я буду ждать, – Александр улыбнулся. – И вот еще, меч. Я бы хотел получить его обратно.
Аверин не успел ответить. Раздался грохот упавшей входной двери, и Кузя, вскочив с места, бросился вперед, но тут же замер посреди гостиной. На пороге стояла Анастасия.
– Какая приятная встреча, – Александр указал на остатки трапезы, – не желаешь с нами позавтракать?
Она вошла в комнату и проговорила спокойным тоном:
– Управление и спецслужбы приведены в боевую готовность. Академия уже в пути.
– Отличная работа, – похвалил Александр, – я не зря доверял Владимиру, он меня не разочаровал.
Он внимательно присмотрелся к Анастасии.
– Или это ты? – он провел по шее указательным и большим пальцем, а потом повернулся к Аверину: – В следующий мой визит я попрошу вас сделать мне новый ошейник, Гермес Аркадьевич. Здешние дивы привыкли соблюдать правила, я это одобряю и не хочу всякий раз поднимать полстраны по тревоге. Не волнуйся, – он снова обратился к Анастасии, – я уже ухожу. Позвони и отмени боевую готовность, пока Гермес Аркадьевич проводит меня. Пусть люди и дивы спят.
Он поднялся и указал Аверину на лестницу:
– Прошу.
– Я сейчас вернусь, – сказал Аверин Анастасии и Кузе и направился в комнату вызовов.
– Я жду ответа человечества, – напомнил див, вставая на алатырь.
– Где мы встретимся в следующий раз? – спросил Аверин.
– Думаю, в вашем поместье. До встречи.
Аверин раскрутил звезду, а когда коридор закрылся, еще минуту стоял и смотрел на узор на своем полу. Всё произошедшее казалось продолжением сна.
Он спустился вниз. Анастасия ждала его в гостиной.
– Что он хотел? – спросила дива.
Аверин покачал головой и проговорил задумчиво:
– Он выдвинул людям условия и сказал, что ради изменения мира нужно жертвовать своим комфортом. Но вижу, ты и сама решила поступить так же.
– Да, – Анастасия наклонила голову, – я приняла предложение ее величества.
– Ну что же… видимо, мне тоже придется… – вздохнул Аверин.
– А может, за стол? – подал голос Кузя. – Тут вот бутерброды. И я могу еще кофе сварить. И колбасы нарезать, ее немножко осталось в холодильнике.
Анастасия и Аверин переглянулись и негромко рассмеялись. Приятно было видеть, что что-то в этом мире осталось неизменным.
 
Эпилог
Автомобиль затормозил, и дверца распахнулась. Аверин вышел, кивком поблагодарил Кузю и оглядел служебную парковку. Казенный «Меркурий» последней модели остановился у самого крыльца центрального здания, видимо, здесь было парковочное место главы учреждения. Но и вся остальная парковка была заполнена служебными машинами, сотрудники уже были на местах. Он перевел взгляд на Владимира, ожидавшего на крыльце, последний раз глубоко вдохнул воздух свободы и направился к ступеням.
В полукруглом холле собрались все сотрудники Управления: и колдуны, и дивы, и чародеи, и прочий персонал. Когда Аверин вошел, раздались оглушительные аплодисменты. Вперед вышел Мончинский и, краснея и стесняясь, произнес приветственную речь. Не готовый, что официальные обязанности начнутся так скоро, Аверин тем не менее от души поблагодарил всех собравшихся и тоже произнес небольшую речь, пообещав не посрамить вверенное ведомство. Он понимал, что в действительности далеко не все присутствующие разделяют энтузиазм молодого коллеги: госслужащие, а тем более таких закрытых и элитных учреждений, как Управление, не любят, когда на высокий пост приходит кто-то со стороны. Но выказывать недовольство открыто никто не станет – после бойни, устроенной дивами в Шлиссельбурге, кадров катастрофически не хватало. Ветеранам Управления придется смириться и с новым главой, и с совсем молодыми колдунами, которых он планировал набрать в штат.
Когда с официальной частью было покончено, Владимир проводил Аверина на второй этаж, в его новый рабочий кабинет.
Кабинет сиял. Дивы, вероятно по приказу Владимира, перед приходом нового главы натерли его чуть ли не до блеска. Аверин подумал, что мебель неплохо бы заменить: вкус его несколько разнился с имперским вкусом князя Булгакова.
– Желаете чай или кофе? – спросил Владимир.
– Чай, – ответил Аверин.
Див исчез. И вскоре появился с дымящейся чашкой и поставил ее на стол. Аверин осмотрелся.
Внутри кабинета имелось еще три двери. Колдун подошел к одной из них и раскрыл ее. За ней оказался небольшой кабинетик, явно оборудованный для работы.
– Это кабинет главного дива, – пояснил Владимир.
– Хмм… – Аверин оглядел кабинетик, – совсем не так роскошно, как было у тебя во дворце, – заметил он.
После того, как князь Булгаков отбыл в столицу, забрав с собой Иннокентия, назначение Владимира на должность главного дива Управления стало вопросом времени, причем весьма короткого, насчет этой кандидатуры сомнений не было ни у кого. Но как сам Владимир относился к своему «понижению», Аверин не знал. Впрочем, у колдуна имелась одна интересная задумка на этот счет.
– Я не стремлюсь к роскоши, – равнодушно ответил Владимир и указал на вторую дверь: – Вот здесь – ваша личная уборная. В ней имеется душ. Уборные и душевые для колдунов есть также на втором и на первом этаже.
– А для дивов? – удивленно спросил Аверин, прежде не думавший о подобном разделении.
– Для дивов – в общежитии, – пояснил Владимир. – Колдуны обедают в ведомственной столовой. Во время обеда хозяина диву также предоставляется полчаса. Утром в общежитии все дивы получают обеденный паёк. Обед для главы Управления будет подан в ваш кабинет.
Интересно, что за паёк. Аверин уже решил, что на ужин Владимир будет приходить к нему домой. Еще надо будет подумать, кто станет отвозить новоиспеченного главу на службу: не хотелось бы, чтобы из-за такой мелочи возник конфликт между Владимиром и Кузей. Но это можно сделать позднее. Аверин посмотрел на третью дверь:
– А это что?
– Сейф, – ответил Владимир, – вернее, камера хранения. В ней хранятся наиболее ценные документы и вещдоки. Защищена и от людей, и от дивов.
– Хорошо, – Аверин подошел к окну, посмотрел на пустынный двор, несколько служебных корпусов Управления и видневшееся за ними здание общежития, тихонько вздохнул, после чего решительно отвернулся от окна и сел за стол.