Несовместимость (СИ)

- И всё-таки? Даже убийце позволяют ознакомиться с обвинением, предъявляют доказательства и разрешают защищаться. Ты же заочно вынес приговор, назначил наказание и немедленно его привёл в исполнение! Скажи, чем я заслужила такое отношение? Мы женаты пять лет, я хоть раз тебя обманывала?
- Анна, - ей показалось, что Горин не просто выдохнул сквозь сжатые зубы, но и взгляд отвёл.
Словно она стояла рядом, и ему было больно на неё смотреть.
Или стыдно?
Хотя… Нет, он ни капли не сомневался в своей правоте, просто ему неприятен сам разговор, вот и всё.
- Хорошо, раз ты настаиваешь, я расскажу… Мама очень переживала из-за выкидышей, - произнес Егор. – А когда был поставлен диагноз, то по своим каналам она узнала всё возможное об этом явлении. И начала на меня давить, требуя развода. Ответил ей, что дети у меня будут только от жены. А если ты не сможешь зачать и выносить, значит мы останемся бездетной парой. Я же не Наполеон, надо мной не довлеет долг перед империей! Поэтому никто и ничто не вынудит меня бросить свою Жозефину.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - А потом я забеременела, - прошептала Аня.
- Да. Я думал, что после этого мама успокоится. И внешне так и было – она перестала придираться к тебе, перестала требовать у меня развода. Но продолжила капать на мозги. Мол, несовместимость – не грипп, она не лечится и самостоятельно пройти тоже не может. Если два организма на генетическом уровне друг с другом не сочетаются, то это навсегда.
- То есть Римма Евгеньевна обвинила меня в измене, потому что где-то прочитала о необратимости нашей проблемы? – ошарашено пробормотала Аня. – Но ведь наш случай не единичный! Посмотри, сколько историй, когда бездетные пары, уже потеряв надежду, вдруг становились родителями?
- Я рассуждал также, пока не получил результаты ДНК, – голос супруга снова стал твёрдым. – Я так тебе верил, Анна! Даже пока ты была беременна, хотел сделать этот чёртов тест, чтобы мама наконец успокоилась и отстала! Узнал, что определить отцовство можно и до рождения ребёнка – по крови матери и предполагаемого отца. Ты регулярно сдавала разные анализы, можно было заодно и это проверить. Мне не хотелось, чтобы ты знала о подозрениях свекрови. Ограждал и защищал, как мог.
Егор усмехнулся.
- Хотел, но не сделал. Почему? – еле слышно прошептала Аня. – Зачем тянул до родов?
- Потому что мама сказала, что точный результат можно получить только после рождения ребёнка. И сразу заявила, что проверку по крови не признает.
Аня молчала, переваривая услышанное.
- Когда Миша родился, я на седьмом небе был, а мама снова начала талдычить про ДНК. И я сделал его, но только для того, чтобы заткнуть ей рот! Вместо этого открыл себе глаза…
- Но у меня никого не было! – почти простонала. – Почему ты мне не веришь?
- Три независимые друг от друга лаборатории не могут ошибаться, - с горечью произнёс Горин. – Потом, про никого ты лукавишь.
- Это было в институте, несколько лет назад и до встречи с тобой! Я не скрывала, ты всё знаешь про Дивина.
- Всё ли? В начале октября мама видела вас вместе, - глухо уронил Егор. – Тебя и… твоего любовника. Она сфотографировала вас, по своим каналам выяснила имя и то, что вы учились в одном институте. Я не знал, она рассказала мне только сейчас.
- Это была случайная встреча! Да мы и минуты рядом не провели, я его ненавижу! Мы плохо расстались, я же рассказывала тебе! Дивин меня унизил, растоптал, предал, я из-за него институт на четвёртом курсе бросила!
- Его же Миша зовут, верно? – не отреагировав на её слова, будто пропустив их мимо ушей, продолжал Горин. – Удивительное совпадение…
- Но ведь это ты предложил назвать сына Михаилом! – Ане казалось, что она спит и видит страшный сон.
- А ты не отказалась. Согласись – будь всё так, как говоришь, стала бы ты называть ребёнка именем своего врага? Почему, Анна? – с трудом, почти с надрывом.
- Что – почему? – прошелестела она.
- Почему ты не сказала мне сразу? Зачем эта ложь? Я бы понял, правда! Ты мечтала стать матерью, я не мог дать тебе это счастье. Встретила первую любовь и не устояла. Мы могли мирно разойтись, ты бы создала семью с отцом Миши, а я… Я как-нибудь переболел бы. Справился. Это было бы честно! А теперь…
 
Горин замолчал, словно переводил дух или переживал приступ острой боли.
- Что ты брал у Миши?
- Немного волос. Не ищи, к чему придраться – я срезал их собственноручно!
- Он твой! Слышишь? Твой! – всхлипнула Аня. – Не понимаю, почему результат отрицательный, но точно знаю, что ни с кем, кроме тебя, не была. А уж Дивин – последний мужчина в мире, которому я позволила бы к себе приблизиться. Я не верю!
- Ты будешь смеяться, но я тоже не верил до последнего. Вместе с бумагами на развод Леонид привезёт тебе копии результата исследования ДНК. Три отрицательных и один положительный.
- Постой! Один положительный? И его наличие не заставило тебя усомниться в достоверности остальных?
- Как раз он-то и был последним контрольным. Я больше не хочу тебя видеть, Анна. Надеюсь, оно того стоило и ты не пожалеешь.
И Егор отключился.
Ей понадобилось несколько минут, чтобы снова научиться дышать.
Воздух комком встал в лёгких, от несправедливых обвинений кружилась голова. Но долго рефлексировать не позволил сын. Аня вышла из санузла и сразу услышала, что малыш ворочается и кряхтит.
- Что такое, Мишенька?
- Уа-уа!
Коварство свекрови, предательство мужа и брошенные ей в лицо нелепые обвинения тут же вылетели из головы. Анна взяла малыша на руки и принялась ходить с ним по номеру, поглаживая по спинке и напевая.
- Уа-уа! – надрывался мальчик, подтягивая ножки к животику.
Колики… Опять!
По ощущениям прошло не меньше полутора часов, прежде чем Миша наконец перестал выгибаться и заснул. Невовремя, ведь через полчаса-сорок минут следующее кормление, но не будить же малыша! Он и так намучился, пусть поспит. Да и у неё руки отдохнут, совсем затекли.
В дверь осторожно постучали.
- Анна Сергеевна, это я, Леонид, - донеслось из коридора.
Аня оглянулась на спящего ребёнка и распахнула створку.
- Заходите, только тихо.
- Вот вещи, Галина и девочки всё уложили, - пробормотал Леонид, втаскивая по очереди в номер три больших чемодана. – А здесь бумаги.
Мужчина виновато посмотрел на молодую мать.
- Егор Андреевич говорил, что вы в курсе.
- Да, он мне звонил. Где я должна подписать?
Внутри бушевала буря, но внешне Аня оставалась спокойной. Даже голос не дрожал.
- Вот. Да. И здесь.
Аня поставила подписи, Леонид собрал бумаги и протянул ей другую папку. – Тут документы… Увидите сами.
Кивнув, она молча её забрала.
- Что-то ещё?
- Егор Андреевич передал, что вы можете пользоваться картами, пока на них не закончатся средства. Блокировать карточки он не будет, но также не будет и пополнять. То есть, как только счёт обнулится, можете смело их выбрасывать, - продолжил гонец. – Так же Егор Андреевич велел мне вам передать, что одновременно с заявлением на расторжение брака он подаёт в суд на оспаривание отцовства.
В принципе, своё отношение к Мише Егор высказал достаточно прозрачно, она была к этому готова.
Но отчего так больно?!
- А мой паспорт? – Анна вспомнила о насущной проблеме и поспешила сменить тему.
- Ваш паспорт пока остался у Егора Андреевича, как и свидетельство о рождении ребёнка, - развёл руками Леонид. – Горин сказал, что они ему ещё нужны, вы получите их попозже. Но я привёз ксерокопии! Одну уже отдал на ресепшен. Девушка хоть и поморщилась, но приняла.
- Хорошо, - от недосыпа и не поддающегося осмыслению театра абсурда, в котором она оказалась, у Анны снова заломило висок.
– Спасибо вам за доставку! Мне нужно покормить Мишу, - она сделала шаг в направлении выхода.
- Да, да, уже ухожу, - мужчина вымученно вздохнул и снова замер. – Может быть, Егор Андреевич ещё опомнится?