Друидка (СИ)

  
Друидка
   
ЧАСТЬ 1. НЕВЕРИЕ В ЧУДО. ГЛАВА 1. НАДЕЖДА ИЗ СКАЗКИ
 
А кто не верит страстно, Тот умрёт напрасно,
Кто не верит в сказки, Кто не верит в сказки.
© Обе-Рек — Сказки
Хандо — столица королевства Тревинор.
В трактире “Обожжённый свин” нынче было многолюдно. Это заведение и в обычные дни привлекало немало посетителей. Но сегодня дошло до того, что многие, кто хотел пройти внутрь, стояли у входа и по несколько часов ждали, когда освободиться хоть какой-нибудь столик. Они бы могли пойти и в другое питейное заведение — благо, в столице их было полно. Если бы не одно но: в других пабах и трактирах творилось такое же столпотворение. В Хандо ещё с ночи начали прибывать люди из ближайших городов и деревень, а к полудню поток желающих посетить столицу королевства Тревинор многократно возрос. Причиной такого наплыва послужил десятый день рождения сына наследного принца Балдера, принца Амира. Несведущие в истории Тревинора люди могли бы, конечно, спросить: почему простой люд с таким размахом празднует дни рождения королевских особ? Ответ на этот вопрос кроется в их родословной.
Род Селисов, что правит восточными землями Заварского континента уже больше сотни лет, чтят и уважают, как доблестных и честных правителей. Дед принца Балдера, король Сархан, прославился тем, что отстоял северные границы королевства с армией в два раза меньшей, чем у его тогдашних врагов — королевства Ганумар, самого большого на Заварском континенте. А отец принца, король Жангир, прозванный в народе всадником мира, смог предотвратить крупный конфликт между двумя своими вассалами, что воевали меж собой за территории многие десятилетия — герцогствами Шипэльт и Бангурв. Когда обстановка между ними накалилась до того, что на границе собрались многотысячные армии, готовые разорвать друг друга на части, король Жангир прибыл на поле битвы на белом коне, в сопровождении лишь своей стражи, и меньше чем за час смог примирить своих союзников.
Именно из-за этих великих людей жители королевства и празднуют дни рождения рода Селис, как великие праздники, прославляя их мужество и мудрость. По такому случаю во всех трактирах города сегодня подавали жареных на вертеле свиней, уток и баранов, фаршированных травами и овощами. На закуску подавали печёный картофель, супы и другие блюда, отличавшиеся своим восхитительным вкусом и запахом. Но самым главным, ради чего люди могли часами ждать у трактиров, в надежде, что там появится местечко, была выпивка, специально доставленная во все трактиры столицы из личных погребов королевской семьи. Танкарский эль, гунамирский бренди и ликёр, шамурский ром, ланкарская огненная вода, а также медовуха, привезённая с островов Нахит-Пирас.
В трактире “Обожжённый свин”, как и во многих других в этот день, люди пили и веселились, танцевали под песни басовитого барда, ну и, конечно, иногда дрались. Но так, забавы ради, а не чтобы кого-то убить или покалечить. Среди шумной толпы были и те, кто просто наслаждался атмосферой, вкусной едой и хорошей выпивкой, которую в обычные дни трудно достать. Сир Стрэйб, капитан королевской гвардии, и его оруженосец, юный Арий, были одними из тех, кто просто отдыхал после тяжёлой недели. Они сидели недалеко от барной стойки, поэтому миловидные девушки официантки, одетые в неприлично короткие юбки и кружевные блузки, часто посещали их столик, поднося то еду, то кувшины с выпивкой.
— А почему вы не празднуете с его высочеством? — спросил у капитана Арий, когда расправился со своим фазаном.
— Терпеть не могу это высшее общество, — пригубив мёда, ответил А́тон. — Да к тому же празднование будет только вечером, — он выпил ещё и скривился. — В замке уже не продохнуть от графов и герцогов, а к вечеру вообще шагу ступить будет нельзя без поклона и высокопарных фраз.
— Я думал, что сын его высочества вас любит и уважает, и что он будет очень рад видеть вас среди гостей, — робко отозвался оруженосец.
 
— Я поздравил этого сорванца с первыми лучами, — хмыкнул Атон. — Подарил ему меч, что выковали для меня по специальному заказу, только вот его матери этот подарок по душе не пришёлся.
— Она не любит мечи?
— Она не любит насилие, — пожал плечами Стрэйб, — и надеется вырастить из своего сына правителя, который будет править только словом.
— Но разве это плохо? — откусив от жирной свиной ноги, спросил Арий.
— Понимаешь, мой друг, — откинувшись на стуле и скрестив под столом ноги, протянул Атон. — Король должен быть достаточно мудрым, чтобы избегать ненужного кровопролития, но при этом он должен быть и достаточно сильным, чтобы в случае большой нужды взяться за меч. И во главе войска защищать свой дом, родных и подданных. Словами летящие стрелы не остановишь, как и нож, воткнутый в спину.
Пока капитан и его оруженосец разговаривали, в центре зала вновь завязалась драка. Маленький, но крепкий мужчина что-то не поделил со здоровяком, сидевшим в компании трёх дам, которые явно придерживались не самого строгого поведения. Слово за слово — и вот уже посыпались удары, а толпа, что обступила двух дерущихся, принялась воинственными возгласами выражать поддержку то одному, то другому. Драка продлилась недолго: крепкий коротышка, конечно, бил быстро и ловко, только вот, пропустив две затрещины от здоровяка, поплыл, а после третьей и вовсе свалился на пол без чувств. Толпа радостно взревела, приветствуя победителя, в то время как двое крепких ребят поволокли побеждённого куда-то в угол.
Когда на столе сира Стрэйба в очередной раз закончилась выпивка, он поймал взгляд Верны — официантки, что весь день пялилась на него с неподдельным интересом, и, помахав ей пустым кувшином, попросил добавки. Девушка, неохотно оторвав взгляд от капитана, ушла на кухню, а вернулась оттуда, неся три кувшина, полных медовухи с островов Нахит-Пирас. Пока она шла — смотрела только на Атона, буквально раздевая его глазами. Да и не заметила компанию молодых парней, стоявших у стойки — влетела прямиком в них, щедро облив медом, который так ждал капитан.
Обескураженная Верна вскрикнула и в придачу к вылитому мёду уронила кувшины, которые разлетелись на множество осколков. Четверо парней, которые теперь выглядели, как мокрые тряпки, наконец осознали, что произошло. С бешенством во взглядах они воззрились на неуклюжую официантку.
— Ты что, дура, слепая? — рявкнул рыжеволосый парень, отчего шум в трактире резко затих и все взгляды устремились на него.
— Какого хрена ты творишь, сука? — это подал голос еще один, самый крепкий из четвёрки — с жуткой мордой, лысой башкой и странной сыпью на шее.
— Простите, — пискнула официантка. — Я вас не заметила…
— Мы что, на карликов похожи? — вновь зарычал первый. — Ты нам всю одежду испохабила, безмозглая.
— Простите, — со слезами на глазах продолжала пищать Верна. — Я сейчас же схожу за полотенцами и всё…
Девушка уже было хотела развернуться и уйти, но лысый бугай бесцеремонно схватил её за руку, да с такой силой, что она вскрикнула.
— Пустите! — закричала испуганная девушка. — Мне больно!
— Полотенца не исправят нам испорченный вечер, — прорычал он, а после жадно оглядел её, — а вот ты вполне с этим справишься.
— Нет! — с ужасом в глазах вскинула Верна, пытаясь вырвать руку, но безуспешно. — Отпустите или я…
— Протрёшь нас своими полотенцами досуха? — загоготал первый и схватил её за вторую руку. — Знаешь, это липкий мёд пролился мне на штаны. Думаю, стоит снять их в какой-нибудь комнате наверху, чтобы ты очень тщательно всё там вытерла.
Атон наблюдал за происходящим, до последнего надеясь, что кто-нибудь другой вмешается и поможет девушке. Но посетители лишь с интересом наблюдали за разгорающейся руганью, которая с минуту на минуту грозила перейти в надругательство над невнимательной дурочкой. Тяжело вздохнув, Стрэйб отстегнул от пояса меч, который носил почти всегда — даже когда заходил куда-нибудь выпить, и передал оруженосцу.