Где начинается радуга? Часть 3 (СИ)
Краем уха я услышал, как Матвей быстро перевёл ситуацию корейцу, который заметил сгустившуюся напряженность после звонков. Пока я внутренне самоуничтожался, Кван набрал номер и на корейском приказным тоном что-то сказал. Он оглядел всю комнату и предложил свой план.
— Я отправляюсь в Эфиопию. У меня остались координаты деревни. Нужно убедиться, что Ксения, — он замедлился, когда произносил её имя, но затем сурово закончил. — В безопасности. Марина, вы останетесь в агентстве, потому что вдруг она вернется. Вдруг консьерж ошибся. Хотя мне только что сообщили, что Ксения действительно полетела в Аддис-Абебу через Дубай. Но ситуации могли сложиться разные. Возможно в Дубае произошла задержка или ещё что-нибудь. Мои люди как раз проверяют этот случай. Матвей….
— Я остаюсь в Москве, — быстро перебил его на английском Марков, оглядывая нас. — Мне нужно вытащить из приюта сына Ксюхи.
— Адыль? — Переспросил кореец, случайно перейдя на родной язык, но секунду спустя уточнил уже на английском. — У неё есть сын?
И почти мимолетный взгляд на меня. Неужели он решил, что я причина неожиданного появления сына у Ксюши? Хмыкнув, я проигнорировал его и, посмотрев на остальных, проговорил на русском.
— Я полечу с ним.
Марина переглянулась с Матвеем, а Денис что-то пробубнил себе под нос. Но отговаривать меня никто не стал, поэтому Марков перевёл корейцу мои слова. Кван согласно кивнул и встал, сказав, что пора отправляться за вещами, а затем в аэропорт.
Я тоже встал, но никуда не пошёл. Уставившись на Маркова, я понимал, что мне придется кое о чём его попросить. Потому что как бы он меня не раздражал, но он единственный человек в Москве, которого я знал больше года.
— Матвей, — осторожно начал я, от чего тот поперхнулся. — Присмотри за моей сестрой и дочерью. Только….
Марков от неожиданности встал и с распахнутыми глазами глупо заулыбался. Мне пришлось угрожающее зарычать и ткнуть в него пальцем, но Матвей в ответ только махнул рукой и смиренно добавил:
— Не волнуйся, Глеб. Я присмотрю за ними, как за собственной семьей.
С возрастающим сомнением мне пришлось отступить. Нужно спешить на самолёт, а Матвей хоть и поганец, но намеренно не станет обижать моих девочек. И хоть Люся бесспорно способна постоять за себя и за Ксютку, но я продолжал волноваться о них. Вдруг кто-то связанный с делом ОПГ захочет навредить им. Уж от этого Марков в состоянии обеспечить их защитой.
Мы с корейцем молча спустились на лифте. Внизу нас уже ждал мини-лимузин. Шофёр открыл для Квана дверь, а я быстро обошёл с задней стороны и сел сам. Я набрал в картах смартфона свой адрес и передал его корейцу.
Лимузин завелся, и мы отправились сначала к моему дому. Там я собрал минимум одежды и забрал загранпаспорт. По дороге до дома я узнал, что Эфиопскую визу можно сделать в самом аэропорту Аддис-Абебы. Так что беспокоиться, что меня не впустят в страну оказалось лишним.
Затем автомобиль отправился в отель, где зарегистрировался Кван. Там к нам сел, уже дожидающийся нас, ассистент с собранным чемоданом. И только после этого мы приехали в Московский аэропорт, подъехав непосредственно к трапу частного самолёта.
Я в принципе редко летал, а уж в такой роскоши подавно. Она меня мало интересовала. Хотя, конечно, я стремился к постоянным деньгам в необходимом для хорошей жизни размере. В том смысле я всегда радовался мелочам и не стремился к золотым вершинам, где дорожка выкладывалась бы драгоценными камнями. В детстве я мечтал о стабильной жизни, где можно купить качественные продукты и в том объеме, в котором хотелось. Сейчас меня радовало, что я могу дать дочери и сестре чувство безопасности в завтрашнем дне.
И мне казалось, что этого достаточно.
Но я никогда не задумывался, а что для Ксюши являлось нормальной жизнью? Мы вообще одинаково смотрели на список необходимых нужд или я обманывался на этот счет. Может быть Ксюша на самом деле всю жизнь стремилась и до сих пор жаждет получить вот такую жизнь? Где нет границ для желаний, а прихоть равнозначна мечте. Потому что Кван способен исполнить всё, ради довольного вида Ксюши.
Сев на свободное место, я задумался о мрачном. Мысли спутывались, образовывая комок из нервов и переживаний. Неожиданно напротив меня уселся кореец. Он выглядел холодным и степенным в превосходно сшитом у личного портного костюме. (По крайне мене я так думаю, что на него работает личный портной). Кван казался тем, кто всегда получал желаемое.
Вот только я во всяком случае считал, что это ложь. Выдуманная сказка, чтобы возвеличить богатых, и тем самым выстроить прочные границы между ними и бедными. Поэтому я не завидовал богатству знакомых, хотя иногда меня посещало отчаяние и злость из-за денег.
Ведь если так подумать, то никто не может гарантировать, что кто-то всегда будет получать желаемое. А деньги не всегда решение всех проблем, хотя с ними действительно проще смотреть на сложившуюся ситуацию. Вот только иногда жизнь способна столкнуть нас в яму с таким количеством дерьма…. Что как бы ты не прыгал, как бы не старался, — нельзя из дерьма взбить сметану и выпрыгнуть из горшка. Приходится искать другие пути, не всегда желаемые или красивые.
К нам подошла миловидная стюардесса-кореянка. Она принесла нам напитки и что-то с поклоном прощебетала на корейском. Кван кивнул ей и взмахом руки отправил восвояси. После чего снова уставился на меня, как тогда в агентстве Ксюши. Он будто задался каким-то вопросом и пытался найти во мне ответ.
— Ты говоришь по-английски? — Наконец-то спросил меня кореец. Но я опять проигнорировал его вопрос. В мои планы не входил душевный разговор с возможным будущим мужем Ксюши. Мне претила сама мысль слушать, как они счастливы. Хотелось побыть невоспитанным эгоистом и обезопасить своё сердца от вероятных страданий. — Вижу, что да, — продолжил кореец, каким-то образом догадавшись про мой обман. — Ты другой. Ты отличался от них. Они волновались за Ксению, но как друзья. А ты…. Я чувствую, что ты и есть та самая причина. Неизвестный показатель. Из-за тебя Ксения прилетела ко мне в Корею. Ты и есть причина, почему она отказала мне. Ты мой соперник. Но я признаю только честную борьбу. Только чистую победу. Ксения должна показать, что действительно любит тебя, что другой для неё не существует. Либо принять тот факт, что я не отступаю от ухаживаний после первого отказа.
На этом он замолчал и закрыл глаза, откинувшись на кресле.
Я же отвернулся к окну, пытаясь скрыть широченную улыбку.
Ксюша отказала ему. Она. Ему. Отказала.
Огромная волна облегчения прокатилась во мне, а следом за ней меня накрыла вина. Как я только посмел подумать о ревности, о соперничестве и любовном выборе, когда на кону безопасность Ксюши.
Затем я не заметил, как закрыл глаза и проспал до посадки в аэропорту Аддис-Абебы.
Глава 19
POVКсения
Звук оглушил меня.
Я, истошно крича, упала на колени и прижала руки к ушам. Новый взрыв сильнее вдавил меня в землю. Я чувствовала, как вместо крови по моим венам побежал страх. Инстинкты орали спасаться. Все мои чувства велели мне встать и бежать. Неважно куда, но подальше от этого места. Вот только я не могла. Я закрыла глаза и заткнула уши, чтобы не видеть убийцу и не слышать автоматную очередь.
Впервые в жизни я отказывалась смело смотреть вперёд.
Впервые я трусливо сжалась на земле, боясь поднять голову.
Стрельба продолжалась. Запах гари неукоснительно пробирался в нос. А зажмуренные глаза, будто продолжали видеть всё то, что я не хотела. Вдруг раздался боевой клич. Вздрогнув всем телом, я сильнее зажмурилась. Где-то рядом повторялись боевые вопли племени. Выкрики сопровождались с мощными ударами кулака о плоть.
Набравшись немного смелости я подняла голову. Сознание до сих пор туманилось, звуки казались искаженными, а свет будто стал чуть мутнее, чем должен быть. Но кое-что я всё же успела заметить. Последний удар с победным криком и последующий предсмертный вздох.