Где начинается радуга? Часть 3 (СИ)

— Хорошо, подумаю, — прокряхтела я, вставая.
В кабинет со стуком вошла миловидная женщина в форме клининга с желтой махровой тряпкой и красным закрытым ведром. Она внимательно оглядела помещение, ища место происшествие, и остановила взгляд на мне. Мне пришлось пальцем указать на пятно и выйти, чтобы не мешать.
«Ксения?»
— Да, Кванджон. Я тщательно подумаю о твоем предложении. Когда ты приедешь, мы с тобой еще раз поговорим об этом. Удачной поездки, — прошептала я.
— Откуда ты? — послышался голос Дениса из коридора, когда я блокировала экран телефона. — Подожди ты и есть тот самый мастер? Вот это да…
Я повернулась к секретарше, желая перепроверить увиденное. Но Евгения невозмутимо печатала на компьютере и не обращала на меня внимание. В эту секунду мне даже померещилась мысль, что сама сошла с ума.
В телефоне появилось уведомление от начальника безопасности Матвея. Он получил вчера фотографии счетов и приступил к поиску информации. В ответ я попросила его, чтобы он сегодня проследил за моей секретаршей Авдеевой. Ее данные я ему отправляла для проверки прошлого. Также прояснила, что у нее свидание с моим ненадежным партнером. Начбез без раздумий ответил согласием. Он будет ждать девушку у выхода агентства и затем проследит до ее дома.
— Проблемы? — учтиво спросила Евгения.
— Никаких, — улыбнулась ей и прошла к выходу приемной. — Пойду проверю, кого не ожидал увидеть Денис.
Вышла в коридор, направляясь в сторону комнаты отдыха, откуда слышались голоса Дениса и Марины. Фотограф что-то рассказывал, прерываясь иногда на смех, а Рубин злостно шипела комментарии. Видимо шутка была про нее.
Я уверенно шла по коридору собственного агентства. Даже если мои чувства немного растрепанны и находились в беспорядке. Возможно кто-то рядом плел вокруг меня паучью паутину.
Но я камень, — сжала сильнее кулаки. — И я не сдамся быстро.
Я рывком открыла матовую дверь и замерла на пороге. Денис с Мариной стояли ко мне спиной и вновь сочно переругивались. Но меня заинтересовали не они, а тот, кто стоял перед ними.
Я не могла отвести взгляда. Он словно приклеился и теперь оторвать его можно только с корнем. Ведь передо мной стояла более мужественная, более взрослая версия Глеба. Но он не перестал быть притягательным для меня.
Он чуть смущенно улыбался, когда слушал рассказы Дениса и ворчание Марины, но затем замер. Он поднял голову, словно почувствовал мое присутствие, и мир вновь исчез.
С нашей первой встречи ничего не изменилось. Мир отказывался подчиняться нашему притяжению. Он сразу отправлялся в путешествие, оставляя лишь нас. Но кое-что все же изменилось. Время не стояло на месте, а прошлое не исчезло за столько лет. Как и мой нехороший поступок.
— Ксюша…., — исступленно проговорил Глеб и даже протянул руку.
Я молча отвела взгляд. А затем постыдно сбежала из комнаты отдыха, спустилась по лестнице и вон выбежала из агентства. Оказалось мне не под силу смотреть ему в глаза. По крайней мере пока не под силу.
  
Глава 6
 
Для чего Глеб снова появился на моем пути?
В эмоциональном мироощущении он остался для меня особенным. Всю ночь мне снились его серые глаза и мерцающие солнечные блики в них. За прошедшие годы его плечи стали шире и крепче. А еще даже с того расстояния, с которого я рассматривала Глеба, заметен его поджарый торс, скрытый под рубашкой.
Ведь уже в те года я предполагала, что он станет потрясающим мужчиной, как и внешней, так и внутренне. Он скорей всего до сих пор порядочный, честный и сильный человек, который восхищал. Но, чтоб мне провалиться, одно дело предполагать, а совсем другое убедиться в старых предположениях спустя годы тоски по нему.
Сколько лет я прокручивала события прошлого. Представляла, как мы общались в школе или во время прогулки. А еще я выдумывала другую ветвь событий, в которой поступала иначе. Мне сложно вспомнить ни единого денечка в кочевой модельной жизни, где я бы не думала о нем или о нас.
А сколько раз мне казалось, что я видела его. Знакомая футболка или очертания фигуры заставляли мое сердце волнительно трепетать с надеждой, что сейчас, именно сейчас смогу увидеть его. Но каждый раз я обманывалась и испытывала опустошающее разочарования. Я подбегала к незнакомцу, а затем рассерженная на саму себя уходила прочь. Потому что на меня глядели не знакомые серые глаза с крапинками любви и заботы, а незнакомые, которые пылали похотью или восхищением общей поверхностной красоты.
 
Я столько раз плакала, скрывшись ото всех в ванной. Ведь в который раз велась на собственную иллюзию и начинала надеяться, а после убивалась от ее разрушения под ядрами реальности.
И вот снова. Мой Глеб стоял в комнате отдыха модельного агентства. Он смотрел прямо на меня. В его взгляде заметны узнавание, восторг, а еще нежность, которая не должна быть. Ведь он должен смотреть на меня с яростной болью, с безнадежной жестокостью. Именно так, чтобы я осталась антигероиней в его жизненной истории, которую он ненавидел много лет. Тогда я смогу пережить нашу встречу и остаться холодной и равнодушной. Ведь он не может по-прежнему быть добрым ко мне, в то время как я снова и снова буду предавать его.
Я открыла глаза, упираясь взглядом в потолок. Темнота ночи окутала комнату, и только свет ночника чуть разбавлял ее из дальнего угла. Я судорожно схватила край одеяла и откинула прочь от себя, затем приподнялась на локтях, чувствуя липкий пот на теле, и глубоко задумалась.
Это сон или игра воображения?
Что мне приснилось, а что я видела в действительности?
Про себя я по порядку начала перечислять события прошлого дня. Ночь с Кванджоном. Утро в агентстве. Звонок Кванджона. Голос Дениса. А потом….
Глеб… Глеб… Глеб…
Его имя зазвучало эхом в голове, ускоряя вереницу прошедших событий. Мне захотелось вытеснить голоса, которые выкрикивали имя и которые напоминали мне о некогда поутихшей тоске. Но в след за всем этим проснулась мерзкая вина, протухшая, словно рыба забытая в мусоре.
Телефон безостановочно мигал из-за непрочитанных сообщений. Вчера, когда прибежала домой, я, не раздеваясь, рухнула в кровать и отключилась от мира. Я поступила так глупо; сбежала как маленькая от собственноручно созданных проблем. Неужели я настолько наивная, раз надеялась, что у меня есть шанс сбежать от них.
Прошлое всегда настигнет провинившегося отступника. Оно нападет и выстрелит пулями нерешенных проблем. Они как раз любят попадать в цель тогда, когда ты счастлив и готов начать новый путь.
Я просмотрела все сообщения, и все они пришли от Марины. От спокойных: «Где ты?», до истеричных: «Совсем чокнулась так убегать от спеца!».
Значит мне не померещилось. И этот парень не был всего лишь копией Глеба. Это действительно он, мой Глеб. Нет, не мой. Давно уже не мой.
Три часа ночи. Я одна в огромной квартире. Жуть подкралась неожиданно, но с ней бороться легко. Всего-то нужно включить главный свет. В шкафу на самой верхней полке я нашла потрескавшийся от частых перелетов чемодан, а в нем потускневший и помятый блокнот. В него я когда-то излила все свои чувства Глебу и спрятала вместе с нашими фотографиями.
Не выдержав, я закричала и швырнула блокнот подальше от себя. Фото и некоторые вырванные листки выскочили из него, и в свободном бумажном полете опустились на пол. В то время как сам блокнот отскочил от стены и глухо рухнул.
Ненавижу. Ненавижу себя, свое сердце и испытанные чувства.
Моя ненависть так велика, что она резко перекинулась на других. На Глеба, что когда-то появился в моей жизни. На Марину, которая вернула его. На агентство и на человека, что подставлял меня. На весь мир. На всех людей.
— Не-на-ви-жу…, — прошипела я, а боль в сердце дала течь.
Горькие слезы потекли по щекам, а всхлипы сорвались с сухих губ.
— А-а, — простонала я, качаясь всем телом и обнимая себя руками.
Как же больно в груди. Как же хотелось вырвать собственное сердце, чтобы оно перестало болеть; чтобы чувство вины исчезло; чтобы я обрела истинную свободу.