Двенадцать дней любви (СИ)
На работе нам дали рождественские каникулы, поэтому я с чистой совестью выспалась, и не спеша приняла начало этого дня. Неспешно умылась, привела себя в порядок, накормила кота… Подсознание подмигнуло мне и хитро заметило, что я специально запоминаю каждое действие, чтобы не концентрироваться на дальнейшем. А что я? Я не отрицала этого, и не собираюсь. Шушер всё время крутился у меня в ногах, словно чувствуя моё взволнованное состояние. И поэтому несколько раз я прерывалась и гладила кота, немного успокаивая себя.
Уже с утра мне успела позвонить Памела, которая хотела прогуляться на ярмарке как в прошлый раз. На мой отказ она не обиделась, хотя её голос был немного недовольным. Успеем ещё, подруга, нагуляться. Времени будет достаточно впереди.
Надев подготовленную накануне одежду, я осталась довольной образом. Классический белый свитер, синие джинсы, удобные замшевые сапоги без каблуков. Вместо пуховика я выбрала очень тёплое зимнее пальто, в котором было чуть прохладно, но терпимо. Шапка. Рюкзак. Я готова покорять вершины разбитых отношений.
До нужной площади я добралась пешком и достаточно быстро. Я там не бывала, поэтому появиться здесь было второй целью. Прекрасное место, пронизанное тёплой атмосферой. Палатки расположены наподобие тех, которые были в том году на ярмарке. Но людей здесь больше, а музыка громче. Атмосфера царила очень приятная. Все люди радовались, ходили от палатки к палатке, разговаривали, пили, ели, слушали музыку, даже танцевали некоторые. У меня же… внутренний противный голосок всё-таки вылез наружу и начал подъедать мои нервы, наблюдая за всеми этими сладостями вокруг. Сердце противно ёкало об грудную клетку, ища способы миновать будущие события.
Глядя на семейные пары, проходя в толпе мимо них, я начала думать, что когда-то я буду счастлива как они. Наверное. Только не с тем, кто сейчас плотно сидит в моем сердце. Может я просто приму этого человека, найдя компромисс. А Дэрил будет счастлив с кем-то другой. Я не тот вариант. Потому что решила поиграть с его чувствами, а заодно со своими. И за это получу свою "награду".
Отбросив грустные мысли я привычно прошлась по рядам. Я смотрела на яркие цвета, вдыхала ароматы выпечки, слушала весёлую музыку, но не могла чувствовать это до конца. Мысли крутились вокруг Дэрила. Я гадала, во сколько он придёт. Даже мелькнула мысль о том, а вдруг Эванс не появится? Вдруг он сорвался к родителям? А я прохожу здесь зря, и неизвестно, какими последствиями мне это будет грозить.
Но судьба умнее нас. Прошло минут десять или пятнадцать, когда из толпы раздался слишком знакомый и такой родной голос. Я сначала не поверила и решила дать своему сердцу успокоиться и поверить в эту сладкую правду.
– С Рождеством, моя любимая, – и тут же Дэрил закрыл мои глаза своими руками. Как же он может без перчаток…
– Кто же это может быть? – я подхватила его игру специально, не узнавая. Дэрил без лишних слов повернул меня к себе.
– Самый прекрасный человек в мире, надеюсь. Как заказывали, подарок на Рождество в виде меня, – улыбнулся мне мужчина. Дэрил, какого фига ты без шапки… Но я не успела ничего сказать, как он закружил меня в своих объятьях. Из моего горла вырвался радостный смех. Разум мигом откинул грустные мысли, и я забыла о том, что нам предстоит дальше.
– Самый лучший подарок, – продолжала смеяться я, находясь в объятьях мужчины, – Дэр, прекрати, у меня голова закружилась. Упаду же…
Дэрил тут же поставил меня на землю. Я взглянула в его глаза, приводя в порядок дыхание и быстро бьющееся сердце. Когда Эванс был счастлив, его прекрасные зеленые глаза светились волшебным светом. И сейчас они излучали столько тепла и любви, что сердце трепетало от дикого восторга. Я сама заразились его счастьем. Не верится, что я столько для него значу…
– Я очень счастлив, что увидел тебя именно сегодня. В такой волшебный день. Прекрасный и добрый. Как знал, что никуда ехать не надо. Хотя родители предлагали утром по телефону, – начал рассказывать Дэрил, не отпуская меня из своих рук, – И не ошибся. Пойдём погуляем? Я всё тебе здесь покажу и расскажу, если ты, конечно, не бывала здесь раньше, – беззаботно начал Дэрил. Я улыбнулась и просто вложила свою руку в его.
– Нет, я здесь первый раз, – призналась я. Сердце кольнуло тонкой грустью будущего расставания. Но кто сказал, что нельзя насладиться радостью перед горькой разлукой?
Дэрил провёл меня буквально по всей площади, заглядывая в каждую лавочку, рассказывая и показывая самое интересное. В одной из них он купил мне тёплые носочки и комплект шапка плюс варежки, а в другом мы выпили по восхитительному глинтвейну. Прогулка сменилась на горки, на которые Дэрил затащил меня с детской радостью. Я сначала отпиралась, хотя и любила их с детства, но потом позволила себе насладиться этим моментом. Мой смех раздавался, наверное, по всей площади. Такого чувства свободы я давно не испытывала. А во второй свой заход я сама затащила Дэрила на горку, более высокую. И мы вместе с громким криком восторга, словно дети, спустились на всех парах. Что подумали об этом люди – нам было всё равно.
Когда мы накатались, я проверила нашу одежду – она наверняка теперь истертая до дыр. На удивление, пальто ни моё, ни его почти не испачкались и не повредились.
Потом Дэрил прокатил меня на санях с оленями, устроив настоящую рождественскую сказку. Мы были только вдвоём, исключая извозчика, конечно. Эванс меня прижимал так крепко, а глаза светились такой любовью, что сердце замирало. Оно проходило мурашками по всему телу, вызывая тёплое, ни с чем не сравнимое чувство. Я как можно крепче прижалась к груди Эванса, чтобы не потерять ни частички из этих ощущений и эмоций. Момент приближался со страшной скоростью. И именно мне его начинать, разрубая то крепкое чувство, которое родилось в этом году. И в нём же и исчезнет навсегда…
После прекрасной прогулки на санях, которую мне чертовски не хотелось прерывать, Дэрил снова направил меня к палаткам, в этот раз купив какую-то сладкую плюшку и крепкий чай с бергамотом. Сам же он взял просто какао с маршмеллоу. Мы шли по тропинке, заполненной людьми, которых здесь прибавлялось всё больше и больше, несмотря на то, что погода начала портиться. Небо стало серым, и с неба на нас медленно падали снежинки. Наши шаги были неспешными, мы просто наслаждались спокойной прогулкой. Выпив свои напитки, мы незаметно вышли на тропинку, которая была рядом с шоссе. Я пыталась найти внутри себя хоть крупицу силы, чтоб начать тяжёлый разговор, но все слова казались глупыми и звучали как отговорки.
Мой поток мыслей прервал Дэрил, начав разговор.
– Самое прекрасное Рождество в моей жизни, – произнес он вслух таким радостным и спокойным голосом, – Наверное, с детства не был так счастлив как сейчас, – на этих словах его взгляд стал более задумчивым.
– В моей тоже, – тихо ответила я, опуская взгляд. Мне хотелось поделиться сладкими воспоминаниями из детства, но слова застряли в горле. Эванс резко остановился и посмотрел на меня. Он понял, что со мной что-то не так.
– Что случилось? – в его глазах я заметила сильное беспокойство за меня.
– В какой-то степени, Дэрил, – прошептала я снова кратко. Эванс подошёл на шаг ближе и осторожно приподнял рукой мой подбородок, смотря прямо в мои глаза. Его же приобрели цвет насыщенного изумруда, я даже не думала, что они могут быть такими.
– В чём дело? С самого начала встречи я заметил в твоих глазах печаль. Будто тебя реально что-то беспокоит и гложет изнутри. И всеми вот этими радостями хотел вырвать её из твоего сердца. Но, похоже, всё намного серьёзнее. Что случилось, Роуз? – прямо спросил меня Дэрил. Его слова звучали требовательно, не принимая отказа или лжи.
Я собралась с мыслями и на глубоком вдохе начала говорить как можно быстрее, чтобы не отступить от цели, – Помнишь, я говорила тебе недавно, что ради нашей встречи, я была готова абсолютно на всё? На всё, чтобы ты встретил меня, чтобы был со мной, обрёл своё счастье и любовь. Так вот, Дэрил, ты был в моей жизни, – я старалась подбирать слова, но даже правда казалась каким-то вымыслом, – Эти двенадцать встреч, которые мы провели в этом году были благодаря мне. Но сегодня последняя из них, Дэрил, как бы мне ни хотелось обратного. После неё мы с тобой больше не увидимся, потому что это невозможно…