Поймать жену, или Секретарь под прикрытием (СИ)
Магия тут помочь не могла. Точнее, может в бытовом ее подвиде и были какие-то заклинания, которые помогали библиотекарям, архивариусам и тому подобным работникам вести картотеки и справляться с бюрократией. Но это был явно не мой профиль.
Бегать за упырями по могильникам было проще.
Я взвыла как тот самый упырь, раненый ледяным копьем, и уронила голову на скрещенные руки. Подавляя желание заодно побиться лбом о столешницу.
- Что, спеклась уже? - ехидно поинтересовались из-под стола. Арчик вылез из корзинки на мои завывания как пчела на мед. - Побежишь сдаваться на милость мужа? Главное, заходи с козырей. Голая и с бантом поперек груди.
- Хрен тебе. И мужу тоже, - буркнула я и упрямо придвинула к себе канцелярский талмуд.
К трем часам ночи я поняла, что если прямо сейчас не выпью кофе, просто взорву этот отчет, желательно вместе с тем умником из министерства, которому зачем-то жизненно необходимо знать есть ли высшее образование у конюхов академии.
Арчибальд уже давно бессовестно дрых в корзинке под столом, уютно свернувшись калачиком и накрыв морду пушистым хвостом.
Завистливо бросив взгляд на мейнкуна, я поколебалась и, прихватив из шкафа пачку зерен, решительно поднялась, направляясь на кухню.
Если я сейчас же не выпью чашку кофе, а лучше три, мне самой понадобится некромант. Причем кофе должен быть правильно обжарен, смолот и, главное, заварен по всем правилам кофейного искусства.
Кухня ожидаемо была пуста. Три ночи - одновременно слишком позднее и слишком раннее время для кухонной жизни. Посуда уже вымыта и убрана после ужина, а для растопки печей к завтраку еще слишком рано.
Отыскать турку труда не составило - она висела среди маленьких ковшей и кокотниц, а вот кофемолку упрятали куда-то так далеко и надежно, что пришлось перетряхнуть один за другим три шкафчика. И в итоге почти нырнуть в него с головой, заметив ручку кофемолки у самой дальней стенки посудного ящика.
Похоже этим приспособлением тут пользовались крайней редко и по праздникам. Праздником, видимо, считался любой повод смолоть и сварить кофе. То есть, никогда.
Внезапный шум и голоса застали меня врасплох. То есть там же под столом.
- Из-за этой чокнутой секретарши приходится по-ночам шоркаться по собственной кухне, - раздраженно бросил смутно знакомый голос. - Кто, кстати, свет не выключил?
- Фосс его знает… И вообще, лучше перебдеть, а то вдруг эта придурошная реально начнет за нами следить. Ну, сколько там сегодня вышло?
Захлопали дверцы ящиков где-то у входа, что-то зашуршало, а после мужской довольный голос сообщил:
- Нормально так, пять килограмм мяса, кило масла и копченостей почти десяток. А вот, кстати, и каперсы с оливками
- Ага, - довольно хихикнул другой, видимо, вспомнив, дневной разговор. - Давай, сумки сюда.
Голоса удалились, все стихло и я вылезла из шкафа, пытаясь переварить услышанное. А спустя десять минут обнаружила себя в приемной с туркой наперевес. Похоже, я так впечатлилась, что даже не заметила, как смолола зерна, сварила кофе и вернулась обратно.
Сомнений в том, что я только что слышала, не было. Кухонные ворюги одинаковы везде. Мясо в котлетах заменить батоном, для завтрака залить в котел молоко, но не пятнадцать литров, а десять, а то и пять, а про сливочное масло или дорогое оливковое, я вообще молчу.
Так каждый повар может ежедневно унести пару литров молока, крупу, сахар, килограмм мяса разных видов, хлеб с батоном, а уж лук, морковь, картофель - сколько не лень нести. Ну и два-три раза в неделю бутылку дорогого масла, сыр, творог, рыба и фрукты с дорогими сладостями.
Отбрехаться можно всегда - ужарилось, подмерзло или поставка плохого качества - много отходов-обрезков. Так у шеф-повара за месяц, например, легко “осядет” сорок килограмм хека из заказанных ста. Хотя я знала точно, что реальный процент отходов при обработке рыбы десять процентов.
Понятно, столовая Академии - это не частная таверна вроде “Золотого единорога”. При государственной кормушке все воруют, но не до такой же степени, чтобы превратить солянку в несъедобную баланду.
Или до такой?..
- Добрый день, - вдруг донеслось вежливое приветствие от двери. - Точнее ночь.
Я торопливо подняла голову, отрываясь от кофе и бумажек. У двери стоял высокий красивый мужчина лет тридцати. Сероглазый улыбчивый посетитель с удивительно приятными ямочками на щеках и русыми волосами, уложенными в стильную прическу.
- А я заметил горящее окно в приемной и удивился, кто здесь в такой поздний час, - вновь улыбнулся мужчина.
- Господин Ваймс уже уехал, - я устало повела отекшими плечами, - а у меня, к сожалению, срочная работа. Пришлось задержаться.
- О-о-о, - протянул посетитель и все так же не переставая белозубо улыбаться, артистично поднял брови и искренне удивился:
- В таком случае у меня только один вопрос. С каких пор жена Инквизитора, Его Светлости герцога Ар-Ронто, работает у нас в Академии секретарем?
Видимо мое замешательство было слишком явным, потому что мужчина, поднял ладони в успокоительном жесте и торопливо объяснился:
- О, не стоит так волноваться, леди. Скорее всего вы меня не помните, но я был в Риверконе на вашей с Даром свадьбе.
Назвать Его Светлость герцога Дайрена Ар-Ронто, Инквизитора Марриды, просто Даром могли не многие. Я вновь внимательно оглядела незваного ночного гостя. Стильный костюм из фаэрунской шерсти, явно отшитый у портного на заказ по индивидуальным меркам, очень дорогие туфли из кожи молодой виверны, а еще золотой преподавательский жетон Академии.
- Амелия, ведь так? Я же не ошибся? - со спокойной улыбкой на губах уточнил блондин. - Старшая дочь графа фон Леруа, Амелия Мелиссандра?
- Мелисса, - торопливо поправила я. - Предпочитаю использовать второе имя.
- Не знал, - кивнул мужчина. - Приму к сведению.
- А вы?..
- Ах да, прошу извинить. Еще моя покойная бабуля вычитывала мою гувернантку за то, что она так и не смогла мне привить хорошие манеры, - отшутился незваный гость и, наконец, представился. - Энтони Грант, декан факультета светлой магии, магистр первой степени. Но для вас можно просто Тони.
- Рада знакомству, мистер Грант, - проигнорировала я предложение и намекнула в лоб. - Но на нашу свадьбу с Дайреном вряд ли приглашали весь профессорский состав Тиронской Академии.
- Мы с Даром бывшие однокурсники, - пояснил Энтони. - Во время учебы были лучшими друзьями. Но у вашего супруга всегда были амбиции и цели, ну и дар архимага, что уж тут скрывать. Не удивительно, что после окончания Академии наши пути разошлись. Дайрен занял должность Инквизитора, я же закончил магистратуру и остался преподавать. Но приглашение на свадьбу мне все же прислали.
- Вы преуменьшаете свои заслуги, Энтони. Должность декана светлого факультета в столичной Академии - это впечатляющий карьерный рост.
- Приятно слышать такие слова из уст очаровательной леди, - улыбнулся. - И все же, что вы делаете в три ночи в приемной ректора?
- Работаю, - развела я руками, демонстрируя из папок и личных дел работников. - Мне нужно закончить отчет в Министерство.
- Неужели у Дара так плохо идут дела, что его жена вынуждена подрабатывать секретарем? - искренне удивился декан. - Мне казалось, что помимо жалованья Инквизитора, его виноградники и поместья в Лозале приносят на меньше ста тысяч фунтов в год.
А если быть точным, то насколько я помнила, за прошлый год вышло почти двести тысяч и это не считая еще трех грузовых кораблей и серебряного рудника в горах Малагии. Что и говорить, герцог Ар-Ронто мог позволить себе не думать о деньгах. Точнее о тратах.
- С финансовыми делами все хорошо, - торопливо подтвердила я, одновременно пытаясь придумать полуправду, чтобы не выставлять себя и мужа совсем уж в странном свете.
Если меня не поддержали даже Таша и Арчик, то что уж говорить о постороннем мужчине, да еще бывшем однокашнике Дайрена. А любые мои откровения будут восприняты лишь как женская истеричность и невроз. У целителей даже стало стало модным лечить “бешенство матки” стихийной магией электричества. Даже не хочу это представлять, если честно…