Настоящая ведьма (ЛП)

Парень на автобусной остановке даже не поднял глаз, когда я подошла. Я до сих пор не узнала его — может быть, он младше или старше, и я как-то не замечала его раньше. На нём были наушники, он что-то бормотал и яростно строчил в блокноте. В невнятном бормотании можно было разобрать нечто похожее на «холодная пачка масла», что казалось совсем уж невероятным, если только он не пытался вспомнить свой список покупок. Я уже дошла до остановки, прежде чем он поднял глаза и посмотрел сквозь меня. Он продолжил что-то тихо напевать себе под нос, снова опустив взгляд.
Я не очень тщеславна, но должна признать, что тогда почувствовала себя немного обиженной. То есть, я хочу сказать, он довольно высок, и, возможно, даже выше меня, что было мило, хотя и несколько необычно. И ладно, он симпатичный. Но не в моём вкусе. Он выглядит как участник молодёжной музыкальной группы: милое лицо и небрежно уложенные светлые волосы. Мне же нравятся мрачные и задумчивые парни, такие как охотник на демонов Золак, который носит кожаные штаны, сплошь покрытые молниями.
Появился автобус. Если бы я достала свой лист с заданиями по алгебре, то успела бы вызубрить его в автобусе за десять минут.
Но затем я увидела, как маленькая жёлтая молния пронеслась по тротуару и свернула вправо над моей головой. Щегол.
За ним неслось горящее перо.
Ведьма, как и обещала, отпустила щегла. Но она не удосужилась поймать перо.
Щегол со свистом рассекал воздух вокруг нас, затем свернул вправо практически перед самым лицом парня-музыканта, из-за чего он даже посмотрел на птицу. Парень вытащил наушники и поискал взглядом ушедшую в пике молнию.
Мне нужно было поймать перо. Птица снова пронеслась мимо нас, опускаясь вниз и маневрируя. Я протянула руку, но промахнулась.
— Твоя птица? — спросил он. — Тебе помочь её поймать?
— Не совсем, — ответила я, пытаясь вновь схватить перо.
— Что… подожди, птицу что-то преследует?
Я сделала ещё один рывок и на этот раз поймала перо. Повернувшись спиной к парню, несколько раз плюнула на перо, пока пламя не угасло. «Потушила», — подумала я и засунула его в задний карман джинсов. Затем обернулась и натолкнулась на удивлённый взгляд парня.
— Это было похоже на горящее пёрышко, — сказал он.
— Нет, не похоже, — возразила я. — Это был шмель. И я не хотела, чтобы он ужалил птичку. Я противница подобного отношения.
Когда находишься в рабстве у злой ведьмы, приходится быстро соображать, чтобы сохранить в секрете все таинственные колдовские штучки. Не всегда качественно и быстро, зато быстро.
— Смотри, разве это не наш автобус?
Я быстро прошагала мимо блондина к двери, которую водитель автобуса Оливер уже открывал для нас. Оливер поприветствовал меня, когда я поставила ногу на ступеньку. Он хороший парень. Он ждёт меня, если видит, что я бегу за автобусом, а я приношу ему раствор для очистки ветрового стекла от мокрого снега, приготовленный по секретной ведьмовской формуле. (Уксус с тремя каплями молока дракона. Он всегда говорит, что это средство волшебное, хотя и не знает его состав). Мне нравится Оливер, к тому же, мне кажется, что следует быть особенно милой с некоторыми людьми, если планируешь проносить козью кровь, панцири черепах и живых петухов в их отличный автобус.
— Привет, Оливер, — помахала ему в ответ.
— Обернись, Кэм, — ответил он. — Думаю, тот парень пытается привлечь твоё внимание.
Я обернулась и увидела, как парень-музыкант отчаянно размахивает руками, указывая на область моей пятой точки.
— Прошу прощения?
А затем я поняла, что пониже спины стало довольно горячо. Из моего заднего кармана вился дымок.
Перо.
Вот чёрт! Я отчаянно замахала руками рядом со своей пятой точкой, но дымок только усилился.
— Извини, — пробормотал парень-музыкант.
Открыв свою бутылку с водой, он выплеснул её содержимое на мои джинсы сзади. Вода промочила штаны до самых лодыжек. Я онемела от изумления.
Парень посмотрел на меня, и в его взгляде отразились надежда и извинение. С таким же выражением смотрит на меня щенок оборотня Вулфи, когда пытается принести газету, по дороге разрывая её в клочья.
 
Обычно остроумие довольно редко покидает меня полностью, но тот момент стал исключением. Какие слова можно подобрать, когда кто-то только что вылил воду на твою пятую точку, чтобы спасти тебя от магического пламени? Ну, «спасибо», полагаю я. Это «спасибо» у меня вышло очень писклявым. Я проковыляла мимо Оливера, который до сих пор сидел с широко раскрытыми глазами, и села на предпоследнее место с левой стороны автобуса. Внутри меня боролись унижение и злость на ведьму. Как я смогу сохранить в секрете мою странную жизнь, связанную с домом, если ведьма и дальше будет отправлять летающие пылающие перья на автобусную остановку?
К сожалению, последнее свободное место в автобусе было рядом со мной. И парень-музыкант занял именно его. Он с опаской посмотрел на меня сверху вниз, словно не был уверен, рада я ему или нет.
И я решила выдать глупость:
— В это время года очень горячие шмели. Они могут загореться в любую минуту.
Парень посмотрел на меня. И я, честно, не могла понять, то ли он, как и я, не нашёл ответа, то ли просто подумал, что я самая ненормальная из всех, кого он когда-либо встречал. Ну а что бы вы сказали в ответ на это?
Он медленно поднял наушники и надел их.
Меня с головой накрыло смущение, и всю оставшуюся дорогу до школы я пялилась в окно. И даже не вспомнила про свой мокрый листок с заданиями по алгебре.
*   *   *
Джена нашла меня в раздевалке для девочек. Я сушила свой зад под сушилкой для рук и судорожно листала учебник по алгебре.
— Ой, детка, — сказала она, устремляясь ко мне.
Она моя лучшая подруга и соседка по шкафчику. Джена могла бы стать моей задушевной подругой, если бы мне было позволено иметь такую. Джена — маленькая опрятная китаянка в третьем поколении. Её родители считают себя мятежными личностями, типа панк-рокеров, и полностью поощряют её стремление к самовыражению, означает ли это накладные цветные пряди в волосах или одержимость аурами, которые, по словам Джены, она видит около каждого. Она говорит, что ауры помогают ей настроиться на Вселенную — конечно, почему бы и нет. Мне ли её судить, когда в моём гараже живёт дракон?
Сегодня на Джене чёрно-розовый наряд и браслеты. У неё чёрные волосы с накладной розовой прядью и ассиметричная стрижка с выбритым виском. Она так шикарно выглядит, так по-своему, что это не может не задевать. Мои волосы почти цвета мускатного ореха, глаза почти синие, а нос и вовсе бесформенный. А вот Джена выглядит явным воплощением Джены, настолько совершенно, что ей нет равных. Она одна из тех девушек, которых все уже знают, хотя мы всего лишь в десятом классе. У Джены никогда бы не было мокрых джинсов, и не важно, ведьма она или нет. Она конфисковала мини-фен у новенькой из сборной по плаванию, включила его и направила поток горячего воздуха пониже моей спины.
— Продолжай накладывать румяна, — приказала она новенькой. — У меня есть новости, — перекрикивая фен, обратилась она ко мне.
— Да? Выкладывай.
— С радостью, — заявила Джена. — Как только ты поделишься со мной информацией. — Она отбросила назад розовую прядь. — Какого цвета покрывало на кровати тётушки Сармин?
Уже семь лет мы с ней лучшие подруги, но Джена ещё ни разу не была у меня дома и не видела ведьму. Я говорила всем, что живу с тётей, потому что так было намного проще, чем рассказывать правду о том, как ведьма обманом забрала меня, совсем маленькую, у любящих родителей. Однажды, когда мне было восемь, я нашла в телефонном справочнике адреса всех семей с фамилией Хендрикс (их было четыре) и весь следующий месяц по субботам садилась на автобус и ехала по одному из адресов. Там я вежливо спрашивала, не у них ли ведьма украла дочку — очаровательную девочку с волосами цвета мускатного ореха и непонятной формы носом. Трое из них рассмеялись, а четвёртые натравили на меня своего чихуахуа.