Завещание на любовь (СИ)
Я перевожу взгляд на Кайла и мысленно стону. Ну сколько можно? Когда в моей жизни не было мужчин, все было проще. Никто не делал мне больно, но и никто не радовал меня так же сильно, как Маркус. Эти отношения — две крайности. Они наполняют и съедают меня. Полностью. Я выжата, но если Маркус позовет меня и скажет, что любит или хотя бы хочет заняться сексом, то я побегу к нему, сверкая пятками.
— Кайл… — прошу его остановиться, но парень перебивает меня.
Он берет меня за руку и продолжает гворить, полностью выбивая меня из колеи:
— Мер, ты нравишься мне, и я бы хотел доказать тебе, что подхожу тебе. Я не давлю, но хочу, чтобы ты подумала об этом.
Господи, что еще случится сегодня? Меня собьет машина, чтобы этот нелепый треугольник разбился? Вообще неплохой вариант.
От ответа меня спасает телефонный звонок. Я спешно достаю телефон из сумки, вижу на экране имя подруги и отвечаю:
— Привет, Лекси. Как ты?
Кайл немного меняется в лице, отпускает мою руку и отводит взгляд. Я недоуменно свожу брови на переносице: его реакция больше похожа на чувство вины, чем на обиду. Провожу ладонью по волосам, пытаясь хоть что-то привести в порядок.
— Привет, подруга, что с голосом? — весело тараторит Лекси. — Лу свалила из города. Не хочешь приехать на ночь? Посмотрим какой-нибудь фильмец, где Райан Гослинг снимает рубашку, закажем пиццу. Как ты на это смотришь?
Облегченно выдыхаю и улыбаюсь.
— Замечательно, — соглашаюсь я. — Скоро буду, напиши адрес в СМС.
Лекси, спасибо. Ты меня спасла!
Кайл услышал наш разговор и предложил довести меня. Вряд ли, он выпалит что-то еще, поэтому я не отказываюсь от его помощи. Дом Лекси находится недалеко от бара Лу. Здание светлое, одноэтажное с чердаком и круглыми окнами. Дом очень небольшой, но милый.
Мне надо что-то сказать Кайлу, и все, что могу вымолвить это:
— Спасибо. Ты очень хороший.
И ухожу, а точнее почти убегаю.
Правильно, Мер! Надо было еще добавить: «Дело не в тебе, а во мне». Дура, какая же я дурра…
Завалившись в дом к Лекси, я кидаюсь в объятия подруги, но это не приветствие, а мольба о поддержке. Девушка впадает в ступор на несколько секунд, а затем прижимает меня к себе. Ткань ее льняной пижамы приятно прилегает к коже. Когда мы заканчиваем с объятиями, Лекси садит меня к себе на диван и приносит пиццу с соком. Алкоголь сегодня точно не нужен.
— Детка, что не так? — кудахчет Лекси, бродя возле меня. — У тебя глаза на мокром месте.
— Я наворотила дел, — пережевывая пиццу, говорю я. Ком в горле вырывается, и я начинаю рыдать. — Я влюбилась, Лекси, и все испортила…
Девушка садится передо мной на колени, смахивает слезы и со снисходительной улыбкой произносит:
— Влюбляться же прекрасно, Мер, ты…
— В Маркуса, — выпаливаю я, избавляя нас от ненужных слов.
Лекси, опешив, открывает рот и спрашивает:
— Это невзаимно? Вы с ним целовались?
Я поджимаю губы, давая понять, что поцелуем дело не закончилось. Глаза Лекси расширяются и чуть ли не выпадают из орбит.
— Охренеть! Ты и Маркус? Охренеть! — верещит она. Через некоторое время приходит в себя и спрашивает: — Но что случилось? Почему ты разбита?
Я рассказываю подруге про сложное прошлое, опустив почти все детали, про секс и про признание. Лекси матерится после каждой новой подробности, обнимая и успокаивая меня. Я уверена, что не должна говорить ей про нас, но я просто устала. Мне надо выговориться, и рада, что в моей жизни появился друг, которому я могу довериться. Однако дальше речь заходит о Кайле. Я помню виноватое выражение лица парня, но Лекси выглядит так, словно я смотрю в свое отражение. Я останавливаюсь и спрашиваю:
— Что-то не так? Между вами с Кайлом что-то случилось?
Лекси отстраняется и отходит от меня, сложив руки на груди. Ее глаза печально оглядывают меня, и девушка отвечает сквозь зубы:
— Мы переспали на вечеринке. Кайл был моим первым, и я все еще люблю его. Я отдалась ему в пятнадцать лет, надеясь на взаимные чувства, но как видишь.
Лекси отворачивается от меня. Боже мой, я же не знала… я подозревала, но не знала точно.
— Лекси, прости меня, — я хочу подойти к девушке, но она выставляет вперед руку. Она четко дает мне понять, что больше мне не рада. — Думаю, мне стоит уйти, да?
Лекси кивает и бросает:
— Да, уходи.
Я забираю сумку и ухожу. Что я могу сделать? Абсолютно ничего.
Сегодня я лишилась всех.
***
Бродя по незнакомым улицам, я натыкаюсь на прокат автомобилей. На парковке стоят старые модели Ford, Chevrolet и другие марки, которые мне неизвестны. Пикап Маркуса очень хорошо вписался бы сюда. Захожу в небольшое деревянное сооружение и вижу женщину в безумно коротких джинсовых шортах с потертостями, больше похожих на трусы. Ягодицы так и вываливаются из них. Редкие волосы покрашены в цыплячий желтый цвет и начесаны на затылке, губы накрашены красной помадой, глаза подведены черной подводкой, которую едва видно из-под накладных ресниц. Топик облегает силиконовую грудь, а тощие ноги вытягиваются на шпильках. Дама оценивающе оглядывает меня, и я натягиваю на губы улыбку, хотя она немного меня пугает. Подхожу к стойке и здороваюсь:
— Добрый вечер! Могу ли я арендовать у вас автомобиль?
Надув большой пузырь из жвачки, женщина отвечает прокуренным голосом:
— Аренда только с двадцати восьми. Тебе вряд ли есть столько, милочка.
Конечно, все непросто. Не хочу возвращаться к Маркусу и просить у него ключи от автомобиля. Еще раз оглядываю ее макияж и одежду и решаюсь на отчаянный шаг:
— У вас такой стильный образ! Вы просто обворожительны, клянусь.
Женщина краснеет, поправляет прическу и осматривает меня. Мой ремень, сумка и джинсы стоят дороже, чем весь здешний автопарк. Она, кажется, понимает, к чему я клоню и подыгрывает:
— Да, но нынче косметика и одежда стоят просто баснословных денег.
— Это так несправедливо, — цокаю я и достаю из кошелька пару сотен баксов. — Думаю, мы можем помочь друг другу. Мне кажется, этого достаточно, чтобы зайти в бутик Guess и купить немного косметики.
Глаза женщины загораются, и она, долго не думая, берет их и засовывает в чашечку топа. Немного удивляюсь, что она так радуется походу в обычный масс-маркет. Женщина достает из ящика ключи и документы. Я подписываю все бумаги, оставляю свои контакты и данные, забираю ключи и уезжаю на «импале», включив навигатор на телефоне.
До Шайенна ехать десять часов. Думаю, поездка поможет привести мне голову в порядок. Конечно, я убегаю, поджав хвост, и это признак отнюдь не храбрости. Десять часов наедине со своими мыслями и с собой, как в старые добрые времена.
Глава 24
Маркус
Дежавю — паршивое чувство. Мне больно и физически, и морально. Но разбитые кулаки ничто по сравнению с ноющим сердцем. Мередит обошла своих родителей, хотя я не думал, что это возможно. Я ненавидел Сьюзен и Генри за предательство, за то, что сломали меня, однако сейчас я понимаю, что их поступок лишь надломил меня. Мередит же взяла гребаную кувалду и со всей силы ударила по моему сердцу. Даже если поступок был совершен от обиды, мне все равно больно. Переспать с моим же сыном…
Что было бы, если бы я ответил ей? Сказал бы, что люблю ее каждой клеточкой своей души еще с момента, когда она наставила на меня дуло? А может и раньше. Я люблю Мередит, черт возьми, до сумасшествия. Я поступил бы паршиво, как эгоист. Кайл ветреный парень в силу возраста, но он никогда не говорил мне, что увлечен кем-то как человекам, поэтому я воспринял его слова всерьез.
— Тут пронесся ураган? — Кайл заходит в спортивный зал и присвистывает. — Что за черт? Ты же недавно его обставил.
Я поднимаю глаза на сына и пытаюсь придумать оправдание. Зал разгромлен, несколько тренажеров сломаны, а окно и зеркало разбиты. Моя боль вырвалась, и я обратил ее в гнев. Он выбил все мысли из моей головы, но страх Мередит еще сильнее расстроил меня. Не хочу, чтобы меня боялись люди, которых я люблю. Я не мой отец.