Черные начала. Том 7 (СИ)

— Отсюда злость.
— Да! — на эмоциях аж выдохнула она. — Я не понимаю их причину, но это… это злит меня. раздражает, очень… трогает… Я не понимаю причину и от этого злюсь ещё сильнее.
— Это пройдёт.
— Откуда ты знаешь? — немного с вызовом спросил она.
— Потому что иногда испытывала то же самое. Это пройдёт, успокоится. Ты вспомнила то, что должна была знать, это сбило тебя с толку. Возможно, ты вспомнила чувства, которые вызывал этот факт. Что вас обманули всех, лгали всю жизнь, а правда оказалась неприятнее. Но если ты смирилась с этим в прошлый раз, смиришься и в этот.
— Хотелось бы верить, Юнксу… — пробормотала Люнь, понурив голову. — Я хочу оставаться такой. Не думать о проблемах, не испытывать злость, раздражения, желания… желания сделать кому-нибудь больно. Мне хорошо без этих чувств, но чем больше мы путешествуем, тем больше я их испытываю, и вдруг…
— Вдруг однажды ты испытаешь это ко мне?
— Возненавижу, да. Вдруг?
— Люди иногда сорятся, — пожал я плечами. ­— Не сорятся только те, кому насрать друг на друга. Поэтому… воспринимать это надо как норму, что всё образуется, а не конец света, что всё, не простим и дорожки разбежались.
— Хотелось бы верить…
— Да чего ты, Люнь.
— Если бы ты узнал, что я делала что-то ужасное, ты бы меня бросил?
— Так я и так знаю, что ты делала что-то ужасное. Убивала мужчин, женщин, детей, наверняка там и беременные затесались. И что, я тебя бросил?
— Нет, —на её губах появилась слабая улыбка.
— Иди сюда, дурная моя, я обниму тебя, — поманил я её пальцем.
И она поддалась. Не стала противиться, а просто сделалась ощутимой и позволила себя обнять. Обнимашки спасут мир, как говорят, а людям и даже призракам иногда очень вжано чувствовать себя нужными хоть кому-нибудь.
На этом неприятная тема и была исчерпана. Мне хотелось верить, что на этом всё закончится, но такие вещи обычно имеют долгоиграющие последствия.
Вскоре пошли отравленные земли, и Люнь пришлось спрятаться во мне.
— Зло… — прогудел великан, когда вокруг начали появляться признаки отравления грязной Ци.
— Ты уже встречался с этим? — спросил я.
— Дав-но… как тог-да, ког-да лю-ди у-ни-что-жи-ли э-ти зем-ли… — прогудел он.
— Значит такое было уже?
— Да…
Понятно, грязные бомбы они использовали не в первый раз. Возможно именно поэтому чёрные и стали основным оружием в победе. Невосприимчивые к отраве, так ещё и сильнее от неё становятся. В таком случае победу в буквальном смысле слова принесли миру именно они.
А потом их истребили.
Забавно вышло (нет).
Мы продолжали своё путешествие на Кремне вплоть до самой горы с разрезом, где я попросил его нас высадить.
— Знаешь это место? — кивнул я на гору.
— Да… — прогудел великан. — Я зна-ю э-то мес-то…
— Эту гору разрубили?
— Ког-да-то дав-но здес сра-жа-лись лю-ди… Силь-ней-ши-е из силь-ней-ших… О-ни бо-ро-лись не зна-я ни по-ща-ды, ни ус-та-лос-ти. И под ко-нец тот, кто о-брёл си-лу зем-ли у-да-рил по ним с та-кой си-лой, что е-го меч раз-ру-бил го-ру…
— А… кто победил-то?
— Те, кто си-лу же-ле-за по-лу-чи-ли… Их сна-ря-ды бы-ли быс-тры, во-и-ны силь-ны… Их бы-ло боль-ше…
Блин, хотелось бы мне, конечно, посмотреть на это сражение. Если Люди из стимпанка могли побеждать таких монстров, что рубят горы пополам, можно было представить, насколько они вообще имели мощное вооружение и армию.
Это ведь не просто пришли и постреляли, как в наших войнах. Здесь один человек может прыгать и буквально вырезать на сотню метров всех в округе, не оставляя шансов. С таким бороться уметь надо. Тут не спасёт ни бронежилет, ни танк — здесь их разрубят как бумагу и даже не заметят. И способы, как обычные люди побеждали в этих ситуациях, были бы весьма кстати. Может быть даже затарил бы что-нибудь из их хранилища.
— Понятно… — протянул я, после чего посмотрел на разрубленный холм. — Здесь я, наверное, сам уже доберусь.
— Хо-ро-шо…
— Тебе не мешает эта аура мёртвой Ци?
— Я из кам-ня… — прогудел он. — На ме-ня э-то не дей-ству-ет…
 
Иммунитет, одним словом.
— Тогда спасибо, — я слегка поклонился ему, совсем чуть-чуть, чтобы просто обозначит дружелюбие и уважение. — Спасибо, что помог до сюда добраться нам. Без тебя бы мы чёрт знает сколько ещё бы шли.
— Не-за-что, че-ло-век… — прогудел он. — Спа-си-бо, что мо-мог мне… Не час-то встре-тишь та-ких лю-дей… Я рад был быть зна-ком с то-бой…
— Я тоже.
Он кивнул, отчего на нас посыпался мелкий камень, медленно встал и зашагал прочь от горы, но не обратно, а куда-то запад, будто решил сменить место жительства. Я несколько минут провожал его взглядом, чувствуя, как под ногами содрогается земля от каждого шага великана, после чего поплёлся вверх по склону.
— Он ушёл? — спросила Люнь, прячась во мне.
— Да.
— Значит, мы уже прибыли? — вздохнула она.
— Да, осталось найти вход.
— Не забывай со мной разговаривать только, хорошо? ­ Попросила она жалобно.
— Блин, Люнь, я с тобой всегда разговариваю и уж точно игнорить не буду. Откуда вообще такие мысли, что я на тебя забью, даже учитывая тот факт, что ты во мне и просто забить на тебя при всё желании не получится?
— Не знаю… — вздохнула она. — Просто беспокоюсь, что останусь опять одна в темноте.
— Не забуду, Люнь, не забуду, можешь не беспокоиться об этом, — я посмотрел на пушистого. — Так, а тебе придётся вновь впасть в спячку, Зу-Зу. Я прихватил еды, но её на долго не хватит.
Тот взглянул на меня и понимающе кивнул.
Сейчас его шерсть почти на три четверти вернула былой окрас. Розовыми оставались кончики волос, и то лишь местами. Пока мы ехали, я усиленно откармливал пушистого, плюс готовил запасы на будущее, но даже так понимал, что надолго этого не хватит. Я нашёл даже пилюли от голода, которые помогли бы не есть несколько недель, но не уверен, что ему это будет полезно, да и вообще подействует ли.
Мы поднялись по склону, где я нашёл расщелину, через которую вновь пришлось пролезать. Лезть через щель оказалось не так уж и долго, в прошлый раз, мне казалось, что это заняло больше времени.
За ней начинался уже знакомый мне коридор. Здесь мы были уже осторожнее, так как чёрт знает, какие твари могли сюда без нас забраться, однако дойдя до люка, мы так никого и не встретили.
— Зу-Зу, на плечи, — присел я и, дождавшись, когда он на меня залезет, уже открыл люк и аккуратно спустился вниз, не забыв, этот самый люк за собой закрыть.
Спустившись вниз, я первым делом расчехлил лампу, после чего негромко произнёс.
— Первым делом проверим, что здесь никто не завёлся за время нашего отсутствия. Обойдём все коридоры и уже после этого начнём медитировать. Давай, Зу-Зу, иди передо мной.
Если честно, эти коридоры показались мне вполне себе уже знакомыми, учитывая тот факт, сколько я здесь провёл времени. Я помнил все повороты, все проходы и разветвления. И отчего-то мне становилось здесь тоскливо. Наверное потому, что это место напоминало мне мой родной мир.
Бетонные коридоры, эти тонические помещения, двери — почти так же, как тех фильмах про военные базы. Словно я в одной из них, и всё это лишь мои глюки. Вылези наружу и окажешься рядом с городом или деревней, где проходят ЛЭП, ездят машины, гоняют поезда… Было бы забавно, будь это реально так.
У меня даже появилось стойкое желание это проверить, но… я удержался.
Мы обошли все помещения комплекса кроме тех, что были внизу и где лежали трупы. После моего подъёма оттуда в прошлый раз мост вниз обвалился и это надо было спускаться по трубам, аккуратно карабкаться да и просто рисковать. К тому же дверь была закрыта туда, так что смысла проверять там ничего не было.
Однако я всё равно открыл дверь и заглянул, прислушавшись к темноте, крикнул «Эй!», слушая как эхо расходится по залам. Не знаю, зачем, но просто крикнул, а потом ждал с замиранием сердца, что мне кто-нибудь да ответит, но…