Черные начала. Том 7 (СИ)

Я слышу писк.
Кто-то делает больно моему Зу-Зу.
ТОЛЬКО Я ИМЕЮ ПРАВО ДЕЛАТЬ ЕМУ БОЛЬНО!!!
Я бросаюсь на зов и вижу, как пушистую тушу пытаются разорвать на две части, растянув его за лапы, две твари. Я плыву к этим существам, плавно оказываюсь рядом, и когда оскалившаяся рожа поворачивается ко мне, ударом сношу ей голову. Бросаюсь на вторую, валю на землю и вырываю ей глотку, оторвав голову.
Смотрю на енотическую тварь и кричу:
— ПОШЁЛ ВОН!!!
Мне мало, я хочу больше крови. Пусть бежит животина, я займусь им позже.
Кто-то бросается сзади и кусает меня за шею, и я перебрасываю его вперёд перед собой на кости. Тварь рычит, и я хватаю её за руки, упираюсь ногой в грудь и дёргаю, отрывая верхние конечности нахрен. И ударом сношу половину головы ещё одной твари, которая бросается на меня сбоку.
Но их много, они вокруг, они идут, мужчины, женщины, дети, голые, одетые, они идут ко мне, они воют, скалят частоколы зубов, тянут ко мне руки, прыгают, как кузнечики.
Их много, они хотят меня сожрать…
А ВАС ТОЧНО ХВАТИТ, ЧТОБЫ МЕНЯ ВЗЯТЬ?! Я МЛЯТЬ БОГ ЭТОГО МИРА!!! Я ВАС ВСЕХ УБЬЮ, СУКИ!!!
Пелена закрывает сознание, и я обнаруживаю, что схватив тварь лицо, срываю рывком с неё кожу, оголяя череп и мышцы. Обнаруживаю себя около другой твари, которой выдираю сердце. На меня наваливаются, пытаются придавить к земле, кусают, но…
Я вновь в центре. Бью кулаками, разрываю на части голыми руками, отрываю руки и ноги…
Пару раз мне попадаются ублюдки, что хотели мне смерти, и ярость просыпается с новой силой. Я хуже этик сосунков. Я набрасываюсь на упырков, рву их зубами и руками, откусываю носы и сдираю кожу с лица.
Как вам такая жертва?! Каково быть жертвоприношением?!
Некоторые умирают до меня, их достаёт толпа и меня радуют их крики, радует, как их рвут на части. Я даже добираюсь до главного хряка. Он всё ещё отбивается, но его рвут на части, рвут, разгрызают, разрывают. Подвинетесь, я помогу…
Я уже ничего не понимаю, всё смешалось воедино. Я убиваю, рву на части, опять убиваю, а тварей не кончается. Я каждый раз будто засыпаю, а потом просыпаюсь, но вокруг опять твари, а моё тело всё изодранно, но кипит жизнью, которая их привлекает.
Я с разгона врезаюсь в толпу, хватаю за ноги одну из тварей и начинаю раскручивать, сбивая других с ног, после чего швыряю в стену с такой силой, что её разрывает. Взмахом руки сношу половину черепа одной твари, разрываю на части другую и…
Опять всё темнеет, а я чувствую только нескончаемую ярость и раздражение. И к их несчастью, здесь больше не на кем выместить злость…
***
Сколько это длилось?
Десять минут?
Час?
Сутки?
Я не знаю, просто не знаю…
Когда я поднял голову, на шее буквально захрустела засохшая корка крови. Несколько секунд я смотрел просто во тьму, после чего упал на колени и проблевался.
Повсюду был мрак. Сердце ещё отбивало быстрый ритм, но теперь оно сходило на нет, и я чувствовал страшную слабость. Никогда бы не подумал, что приступ спасёт мне жизнь. Или наоборот, угробит?
Сейчас точно сказать было сложно, так как во тьме ничего не увидишь даже с моим зрением, но…
— Зу-Зу? Зу-Зу, ты здесь?
Мой голос эхом разнёсся по округе. Несколько секунд я совсем ничего не слышал, но вот где-то вдали послышался шорох, который медленно ко мне приближался. Я ещё до того, как рук коснулся мех, знал, что это пушистый, так как слишком уж лёгкой и осторожной была для человека походка.
— Пушистый, ищи сумку, — прохрипел я. А то её сняли, когда собирались меня сбросить. Предположу, что её надел кто-то из ублюдков, а значит она должна было тоже обвалиться вместе с нами вниз. — Люнь, ты здесь?
— Да, Юнксу, — тут же ответила она
— Сколько я бушевал?
— Я… я не знаю. Я пыталась тебя остановить, но ты меня послали и я…
— Ладно, я понял.
Её голос вызвал у меня раздражение, и я постарался поскорее её заткнуть, пока меня полностью не отпустит.
Зу-Зу вернулся минут через пять, ткнувшись носом мне в руку. Я не сразу понял, почему не могу накинуть сумку на плечо. Лишь когда правой достал лампу и зажёг её, понял, что левая схватку пережила с трудом.
 
Сейчас левая рука болталась, как обрубленная, без признаков жизни. По всей длине виднелись укусы, а в некоторых местах не хватало клочьев мяса. Досталось ей настолько, что я даже пошевелить ею не мог, будто руки и не было.
Правой досталось поменьше, но все пальцы представляли и себя кровавое месиво. Причём на среднем пальце я не досчитался крайней фаланги.
Первым делом я съел горсть таблеток, запив их антидотом. Яд, которым меня отравили, до сих пор гулял по организму, и я не чувствовал его воздействия лишь благодаря тому, что до сих пор находился под приступом. Однако как только он спадёт…
Это будет потом, верно?
Сейчас меня интересовало место, где я оказался.
Здесь действительно фонило в разы больше, чем снаружи. Смерть, как говорят, так и летала в воздухе, её даже можно было потрогать, как трупы, которые были вокруг меня. Кстати, насчёт них…
Я поднял лампу, освещая место, где находился.
Это была… гора трупов.
В прямом смысле слова.
Гора трупов, на которой восседал я.
Довольно забавно и в то же время жутко. Вокруг лежали тела девушек, юношей, мужчин, женщин, стариков и даже ещё совсем младенцев. Последних, судя по всему, я топтал чисто как тараканов ногами, из-за чего от них осталось только месиво. И всех объединяло то, что они стали цзянши. Ожившие мертвецы, энергетические вампиры и просто те, кто может тебя сожрать.
Их трупы были повсюду, и ими было всё завалено, и я не брался подсчитать, сколько же здесь убил за всё это время. И сколько здесь вообще погибло, так как стоило просто копнуть чуть глубже, и под свежими трупами начинались кости. Я даже представлять не стал, сколько здесь было похоронено людей за всё то время, что дикари проводили свои жертвоприношения.
Убили, сбросили, убили, сбросили, убили, сбросили…
— М-да…
Я осторожно встал, прибавив света и оглядевшись.
Место, где мы оказались отнюдь не было пещерой. Я сразу узнал эти гладкие бетонированные стены, которые уходили к потолку. Видимо, раньше здесь было сооружение древних, однако то ли кто-то гору разрубил, то ли просто стихийное бедствие (но мне кажется, что всё же первое, судя по ровным стенам), но это достало до потолка сооружения древних и раскололо потолок, образовав проход, в который потом дикари сбрасывали своих жертв.
Правда сейчас… кажется, потолок завалило…
Лол, только не говорите, что нас здесь похоронило, потому что там, где раньше была трещина, сейчас, судя по всему, выход закрывал кусок скалы.
Видимо, я перестарался с ударом того топора. Я в тот момент… блин, а я и не помню особо ничего про тот момент, будто видел его во сне. Я ударил топором, и потом мы провалились, да, это в мозгу отпечаталось, но потом…
Какие-то куски воспоминаний всплывали в голове, однако сейчас это было неважно. Главное было в том, что нас завалило, и мы сейчас находились в строении древних, откуда и исходила зараза, отравляющая округу.
Грубо говоря, я случайно запер нас с источником заражения. Для меня-то он не страшен, но как знать, что ещё здесь могло скрываться помимо прыгающих вампиров?
— Зу-Зу, ты чувствуешь кого-нибудь? — негромко спросил я, освещая округу.
Пушистый принюхался, прислушался, но отрицательно покачал головой.
— Тебя не ранили? Нет? Вот и отлично… — выдохнул я. — Значит так, нас здесь, кажется, завалило, а так как мы пришли сюда не совсем естественным путём, то значит должен быть сюда и вход, через который можно выбраться. И нам надо его найти. Давай, пошли.
Заодно посмотрим, что за источник чёрной Ци здесь работает.
Мы начали медленно спускаться с горы трупов. Пока мы шли, мне на глаза пару раз попались трупы дикарей, один из которых был Гром. Бедолагу я узнал лишь по массивным размерам, так как его просто разорвали. Странно, я думал, что цзянши выпивают кровь только…