Мир лабиринта и костей (СИ)

Пайпер остановилась, уставившись в пространство перед собой. Кит на всякий случай посмотрел вперёд, но ничего не увидел, даже конца коридора.
— Я чувствую, — тихо произнесла Пайпер, проведя пальцами по сигилу на правой ладони. — Лабиринт меняется.
Кит напрягся, на всякий случай схватил Пайпер за левую руку, но всё вокруг оставалось спокойным, недвижимым.
— Не здесь, — заметив растерянный взгляд искателя, пояснила Пайпер. — Николас был прав: Сила удерживает Время и Движение в равновесии, поэтому они могут отслеживать изменения Лабиринта.
— А это не привлечёт демонов? Вы же, типа, лакомый кусочек и всё такое.
— Так-то оно так, но я не чувствую, чтобы здесь что-то менялось. Всё спокойно. Магия стабильна, а Лабиринт не давит. Всё в порядке.
— Господи, я уже ничего не понимаю…
Хотя, может быть, он был слишком глупым для этого? Кит сомневался — пусть и немного, но он понимал основы магии, а про уникальность магии сальваторов наслушался вдоволь. Лабиринт должен был пытаться подавить их, но пока что они видели попытки оказать давление на Николаса и Фортинбраса. Лабиринт будто игнорировал Пайпер, что казалось Киту подозрительным.
— Так, стоп, — вдруг объявила девушка, схватив Кита за плечо. — Чувствую.
— Что? Кого?
— Николаса и Фортинбраса. Они всё ещё в Лабиринте, но…
Кит напрягся, услышав далёкий утробный вой, эхом отскакивающий от стен. Пайпер, однако, не обратила на него внимания, лишь выставила руку вперёд и задвинула Кита за себя, будто это было в порядке вещей. Если бы он не знал, что она в состоянии голыми руками разорвать демонов, даже рассмеялся бы от абсурдности ситуации.
— Господи, — вдруг выдохнула Пайпер.
Кит меньше, чем за секунду, заметил, как она изменилась. Уверенность, давшаяся ей огромными усилиями, спала, как треснутая маска. Золотые глаза стали тусклее, зато вены на руках вспыхнули, будто в них была не кровь, а живое пламя. Пайпер едва не осела на пол, но Кит подхватил её и удержал на ногах. Паника постепенно возрастала, но он изо всех сил подавлял её, зная, что нужно сохранять трезвый рассудок.
— Я чувствую это, — едва слышно произнесла Пайпер. Её рассеянный взгляд скользнул Киту за спину, в сторону, откуда вновь раздался я вой. По спине искателя побежали мурашки, когда он услышал и даже почувствовал приближение демонов.
— Нам нужно убираться, — торопливо выпалил он. — Пожалуйста, Пайпер.
— Я знаю, знаю, но я… Это так больно, — хрипло выдавила она, прижав руки к груди.
— В чём дело? Опять Лабиринт что-то творит? Что ты чувствуешь?
Пайпер сказала что-то на языке, которого Кит не знал. И он бы даже удивился, если бы практически сразу же Пайпер не продолжила:
— Лабиринт и впрямь ведёт себя странно, потому что за него борются.
Вой демонов стал громче. Кит сглотнул, выхватив кинжал с сигилами, которые делали его сокрушителем, и покрепче перехватил Пайпер.
— Нам нужно убираться отсюда. Сейчас же.
— Кит, — испуганно произнесла Пайпер, — ни на шаг от меня не отходи, понял? Я защищу тебя, обещаю.
Кит не успел даже рта открыть: налетели порывы ледяного, чёрного ветра, сбившие их с ног. Пайпер крепко ухватила Кита за руку, он едва не почувствовал, как затрещали его кости, но сжал зубы, подавляя боль. Тьма накрыла их, как лавина, сошедшая с гор, и всего через несколько секунд даже магия Пайпер, вспышками скрывавшая с её рук, померкла. Холод пробрал до костей, и Кит практически поверил, что всё кончено.
Он не знал, что конкретно крылось за этим «всем», не мог даже представить. Человеческое сознание было слишком хрупким, а хаос, давивший на него, слишком сильным. Будто тысячи демонов разом атаковали его, заразили проклятиями и сделали вратами, как это было со Стефаном. Кит слишком хорошо чувствовал, как нечто касается его разума, как тьма, окружившая их, становится лишь плотнее, обретает форму, сознание, голос — низкий, глубокий, эхом отскакивающий от стен, которых не было видно.
Будто сам Лабиринт вдруг заговорил с ними.
— Ты сильнее, чем я предполагал.
 
Кит судорожно выдохнул, когда ледяное дыхание коснулось его затылка, но не шелохнулся. Он даже не понимал, стоит он или лежит, придавленный хаосом, не видел Пайпер или её магию.
Не мог же он быть настолько слаб и бесполезен? Каким бы абсурдным ни был тот факт, что Кит, простой человек, был в Лабиринте, он должен был быть в состоянии как-то противостоять ему. Хотя бы из-за того, что стал якорем для души Пайпер. Если бы Кит не был готов для этого, Лабиринт бы разорвал связь, как это вышло с Джинном, искатель в этом не сомневался.
Значит, он всё же чего-то стоит.
Может, он не мог противостоять хаосу, не владел магией и не умел подчинять проклятия так, как это делали Стелла или Эйкен, но он всё же чего-то стоил. Лабиринту не следовало забывать об этом, и, видят чёртовы боги, Кит ещё докажет, что искатели — не слабаки.
Будто в ответ на его мысли где-то далеко вспыхнул золотой свет. Тьма отпрянула, но после бросилась на свет с новой силой. Кит с трудом приподнялся, поняв, что и впрямь был придавлен хаосом, и увидел множество вытянутых теней, отдалённо напоминающих человеческие, которые неслись вперёд и бросались на Пайпер, яростно отбивавшуюся от хаоса. То тут, то там мелькали железные острые зубы, длинные когтистые руки тянулись вперёд, но Пайпер неизменно отражала атаки.
— Пусть ты сильнее, чем я предполагал, ты не разорвёшь этот круг.
Голос, звучавший до этого, обрушился на них, словно гром среди ясного неба. Кит вновь ощутил, как тьма сковывает его, но он изо всех сил отбивался от неё, тянулся к свету, видя, что Пайпер тоже тянется к нему.
Должно быть, это длилось целую вечность, но в конце концов тьма начала ослабевать, а смех, отскакивающий от стен, — стихать. Магия Пайпер разрывала демонов и umbare, — теперь Кит был уверен, что это они, — когда те подбирались ближе, даже быстрее, чем он успевал проследить за её движениями. В одно мгновение её рука ещё была опущена, в следующее с неё уже срывалось золотое пламя, которое разрывало противника изнутри. Несколько раз Кит видел тонкие линии на телах демонов, из которых сочилась кровь, и успел даже удивиться, как идеально Пайпер придала своей магии остроту меча.
— Не разорвёшь, — прошелестел всё тот же голос.
Тень выросла за её спиной, и Пайпер, резко развернувшись, взмахнула ладонью. И тут же вскрикнула от испуга, отступив на шаг.
Тьма мгновенно исчезла. Чувствуя, как ломит всё тело, Кит всё же поднялся и замер, увидев перед Пайпер Фортинбраса.
Его шея была разрезана магией Пайпер, и из неё фонтаном хлестала синяя кровь.
***
— Это лишь наваждение, — повторил Фортинбрас, на секунду позволив себе зажмуриться. — Поверьте, я бы понял, если бы мы столкнулись с кем-то из наших.
— Твоя магия не могла дать сбой? — недоверчиво уточнил Гилберт, покосившись на труп, лежащий на земле.
— Тебе же уже сказали, — проворчала Стелла, — что это всё Лабиринт.
— Хочешь сказать, что ты сразу обо всём догадалась?
— А сам-то?
Гилберт не ответил, только раздражённо закатил глаза, но после вновь посмотрел на труп.
Стелле всё ещё было не по себе от того, что им объяснил Фортинбрас. Она, казалось, только поняла и поверила, что с остальными всё хорошо, — они всего лишь разделились после прохождения врат, это не конец света, — как на них напала тьма, имевшая разум и голос. И из неё восставали кошмары, которые казались до того реалистичными, что едва не убили их.
Тьма меняла лица, будто маски, и неустанно нападала, а Фортинбрас делал всё возможное, чтобы защититься от неё. В последний раз у тьмы было лицо Пайпер, и Фортинбрас замешкался. Позволил ранить себя, едва не разорвать на куски, но, к счастью, сумел взять себя в руки и убил тварь, которая прямо сейчас лежала возле их ног. После этого тьма отступила, но тварь с лицом Пайпер осталась, из-за чего Стелле было неуютно.
Она знала, что это не Пайпер, что настоящая Пайпер жива и вообще не здесь, но никак не могла уложить эту мысль в голове.