Туманная река 4 (СИ)

— Вадька, Санька? — Спросил я ударника и басиста.
— А мы ритм секция, нам без разницы, что играть, — ответил Земакович за двоих.
Я посмотрел на Лизу.
— Я же человек новый, все песни хорошие, — кивнула девушка.
— В принципе годится, — согласился и я. — Но запишем ещё на отдельный диск две песни. На одну сторону танцевальную композицию «Мы едем в Одессу», а на другую «Косил Ясь конюшину». Сделаем так называемую пластинку «сингл».
— И что, его будут покупать? — Удивился Толик, который, наверное, пообещал своей сестре со мной «играть в молчанку».
— Будут, к гадалке не ходи, — улыбнулся я.
Дискотеку отыграли на новых инструментах мощно, как никогда прежде. Народ просто стоял "на ушах". Но чем лучше и профессиональней мы звучали, тем меньше между нами оставалось дружбы. После танцевального вечера, Марковы брат с сестрой, что-то невнятное пробурчав, улетели по своим делам. Либо на встречу, либо просто в ресторан посидеть. Вадька и Санька, вызвав такси, тоже умчались сразу домой. В репетиционной комнате мы остались с Лизой вдвоём. Она села мне на колени и мы какое-то время просто целовались.
— Хочешь, поедем в мою комнату на Большой Каретный переулок? — Спросил я.
— Давай, — улыбнулась девушка. — Только к бабушке нужно заехать сказать, что сегодня ночую у подруги.
  
Глава 13
 
Из-за малого количества льда, все девятнадцать команд заявленных на турнир, на приз газеты «Советский спорт», получили буквально мизер, один час на искусственном льду. Всю субботу с пяти утра иногородние команды занимались на «Катке «Сокольники», московские же клубы работали в более комфортных условиях во дворце спорта «Лужники».
Пермский «Молот» вышел на искусственный каток под открытым небом сразу после «Спартака» из Свердловска.
— Чё задерживаешь! — Горячился тренер пермяков Виталий Петрович, покрикивая на хоккеистов из соседней области. — Уже две минуты наше время!
— А ты, Петрович, у следующих лёд задержи, а то у нас самих пять минут от тренировки «съели», — ответил ему наставник свердловчан.
Я перескочил через борт, и пока Пермь и Свердловск выясняли — кто круче, сделал два круга по катку в размеренном темпе, разминая кисти рук, плечи, шею и прочие органы, чтобы не дернуть на холоде какую-нибудь мышцу. Наконец весь хоккейный «Молот» тоже оказался на катке и тренер Костарев дунул в свисток.
— Поехали против часовой стрелки, по сигналу короткое ускорение! — Скомандовал наставник заводчан.
Я пристроился рядом с Юрой Корнеевым и Всеволодом Бобровым ближе к хвосту хоккейной колонны. И несколько минут мы как заведенные наматывали круги.
— Виталь Петрович, — я притормозил около тренера. — Можно ваш свиток посмотреть?
Ошарашенный наглостью непонятного новобранца команды, Костарёв протянул мне свое «тренерское оружие». После чего я во всю силу своих немаленьких лёгких дунул в него. Игроки, заслышав тревожную трель тут же катясь по инерции, подъехали к тренерскому бортику.
— Мужики, Виталь Петрович, — обратился я к хоккеистам. — У нас время в обрез, давайте займемся делом. Круги можно помотать и в зале. Какие комбинации вы используете при входе в зону атаки? — Я посмотрел на Костарева, который задумался о чём-то своём. — Что вы обычно разыгрываете при выходе из зоны защиты, когда вас прессингует соперник?
— Между прочим, ЦСКА, первые десять минут всегда пытаются оглушить и зажать своего противника у его ворот, — «сдал» своих бывших одноклубников Бобров.
— Как расставляетесь и двигаете шайбу в позиционном нападении? — Я снова посмотрел на тренера пермяков.
— А зачем нам расставляться? — Вступился за тренера нападающий Владимир Фокеев. — Проходим синюю линию, бросок и добивание, и обратно в защиту всей пятёркой, чтобы сыграть понадёжней.
— Да у нас с большими командами тактика одна, — высказался другой нападающий Вячеслав Ермолаев, — сзади — поплотнее, впереди — побыстрее. Главное не пропустить, а там авось одну шайбу затолкаем.
Костарев выразительно прокашлялся, чтобы его подопечные, пожалуйста, «заткнулись».
 
— Короче, Богданыч, не томи, а то сейчас замерзнем, — сказал баскетболист Юра Корнеев, которому все игроки были ровно по плечо. Может быть, Сева Бобров был чуть повыше. — Рассказывай что делать?
— Планшетка с магнитиками есть? Чтобы комбинацию изобразить? — Я заглянул за бортик, в надежде увидеть маленькое металлическое поле, которое мы использовали в баскетбольной сборной. Надежда растаяла мгновенно. — Ладно, поехали все на правую половину. Показываю выход из своей зоны.
— Корней и Сева — это пара защитников, я — центральный нападающий, — я показал, куда должны стать мои партнёры по команде. — После вбрасывания или любой другой игровой ситуации, когда шайба попадает к одному из защитников, допустим к Юре. Второй защитник, Сева, откатывается за свои ворота. После чего я, как центральный нападающий, который должен принимать непосредственное участие в обороне своих ворот, смещаюсь к одному борту, а Юра к другому. Получается построение — тройка. Крайние нападающие в это время выходят в среднюю зону и ожидают передачи. Если противник во время прессинга играет персонально, то образуется большое открытое пространство в центре. И пас из-за ворот, Сева делает непосредственно в среднюю зону. Если противник перекрывает центр, играет по зоне, то Сева сначала по борту передаёт шайбу либо влево, либо вправо, а затем уже так же через борт шайбу пасуем в среднюю зону на крайних нападающих. Понимаю, на словах всё звучит сложно, но в игре всё это выглядит просто. А теперь смотрите, что можно сделать клюшкой с загнутым пером.
Я выкатился за свои ворота, Бобров отпасовал шайбу мне и легким движением кисти хоккейный снаряд я запустил по воздуху навесом на другую половину поля через головы, стоявших в центре игроков.
— А теперь давайте работать, нам ещё нужно наиграть вход в зону атаки и розыгрыш лишнего, — тяжело выдохнул я. Всё-таки показывать комбинации на доске с магнитиками гораздо проще.
— А что там с лишним игроком, в большинстве разыгрывать! — Не выдержал тренер пермяков, который без коньков выбежал на лёд. — Пас на свободного, бросок и добивание.
— Во-первых, для розыгрыша большинства, сначала нужно создать бригаду большинства, — я аж вспотел всё объяснять. — Один защитник и четыре нападающих. Как правило, разыгрывать лишнего выходят самые техничные игроки. Построение называется — ромб. Защитник встаёт на красной линии, один нападающий на пяточке перед воротами, крайние нападающие ближе к бортам. И самое главное последний нападающий в центре ромба. Ничего сейчас пусть одни репетируют выход из своей зоны, а другие разыгрывают большинство.
Худо-бедно тренировка сдвинулась с мёртвой точки. Если сначала игроки делали всё медленно, то через полчаса пришло понимание, что сыграть по схеме гораздо проще, чем надеяться на импровизацию, которая может в игре случиться, а может и нет.
— Лучшая импровизация! — Покрикивал я на хоккеистов. — Это домашняя заготовка! К следующей тренировке всем клюшки загнуть! Это будет наше тайное оружие.
— Что неужели ЦСКА побьём? — Подкатил ко мне весь «в мыле» нападающий «Молота» Ермолаев.
— Сложно, но можно, — улыбнулся я. — А теперь давайте посмотрим, как вы играете на точке вбрасывания! Даю сто рублей тому, кто сможет выиграть шайбу у меня. Виталь Петрович, вставайте вместо главного судьи.
Костарев нехотя снова надел на шею свисток и напихал в карманы несколько шайб. Я въехал в центральный круг вбрасывания. Первым ко мне на точку встал Корней.
— Тебе-то сотня зачем? — Хохотнул я.
— После тренировки пиво выпью, — совершенно серьёзно настроился на выигрыш Юра Корнеев.
Виталий Петрович усмехнулся и бросил резиновый чёрный диск точно в толстую синюю точку.
— Бах, — в доли секунды я откинул шайбу в сторону, и уже после меня махнул тоже загнутым пером мимо цели Корней.
— Следующий! — Я посмотрел на остальных игроков. — Хорошо, даю сто пятьдесят. Сто пятьдесят раз…