Гром Раскатного. Том 5 (СИ)
Интересно, почему?
Процесс лечения прошел по привычной схеме. Она легла на диван в гостиной, я накрыл ее ноги пледом и начал водить руками над телом. Проходя мимо груди, я услышал спонтанный: «ах». Ниже ног, спонтанный: «ух».
Сверился с пульсом и пошел собираться.
* * *С Ваней Рубцовым мы покинули усадьбу перед обедом. До десяти часов я разбирался с оборудованием для клуба, ибо новенькие игры требовали хороших видеокарт, а затем уже сидел в машине бабули рядом с Ваней.
Мы решили не брать с собой много гвардейцев на разговор с черепом, поэтому ограничились двумя сильными огневиками, водителем, ну и самим Рубцовым. Конечно, начальник службы безопасности не оценил такую поездку к «такому» человеку в таком малом количестве, но спорить со мной не стал.
Он не столько раз пытался завести со мной разговор, что это небезопасно, но каждый раз я ясно давал понять, что мои приказы не обсуждаются.
И такие ситуации будут ровно до того момента, пока мне не надоест. Ваня подходил к вопросам относительно моих решений издалека. Он очень правильно задавал свои вопросы, и его, как бы «сомнения», носили лишь рекомендательный характер.
Ну и всё же, он немного разговорил меня. Но только на другую тему.
— А Екатерина Семёновна, — он чуть повернул ко мне голову и искоса посмотрел на меня. — Хорошенькая девушка. И очень красивая. Какие у вас планы на неё, шеф?
Вот ведь пристал же, а.
— Ага, красивая, — согласился я. — Планов нет, мне только семнадцать лет.
— И что? — усмехнулся Рубцов. — Гормоны играют в этом возрасте, сами знаете!
— Играть-то играют, но думать об этом — это одно, а так… — я повернулся, холодно посмотрел на Рубцова и протянул: — Это незаконно, если ты не знаешь.
— Владеть родом в семнадцать лет, — усмехнулся Рубцов. — Тоже незаконно. Но вас же, шеф, это не мешает. Верно?
— Вот чего ты прицепился, а? — я посмотрел в его глаза, а затем отвернулся. — Сам-то… почему до сих пор холостяк, а? Возраст-то уже, такой, не маленький.
Он ничего не ответил. Я опять повернулся к нему и невольно усмехнулся. Рубцов изменился в лице, сжал губы и уставился в одну точку пассажирского сиденья перед ним. Он явно не ожидал такого поворота.
— Ну, кому-то это и не надо, — уклончиво ответил он. — Я ведь не обязан это делать, не будучи главой рода.
— Ну, ладно, отмазался, — рассмеялся я. — Но ты это, подумай. Оставить там после себя частичку себя… заиметь сына.
— Всё, я понял, Георгий Игоревич, — глухо отозвался Рубцов. — Больше эту тему поднимать не буду.
Нам пришлось сделать крюк после приезда на фабрику. Черепа там не оказалось, но, как нас заверил начальник производственного цеха, этот «хрен», с его же слов, постоянно ошивается в стриптиз-клубе: «Бархатные лапки».
Сам Череп редко появляется на фабрике, и то только в дни выплат, чтобы распределить доход себе в карман. Сука.
Его управлением никто не был доволен. Люди не видели отпусков, увольняться нельзя было под страхом смерти, и в целом, он тут мутил всякую дичь. Бизнес не развивался, как и Слютников, сырьё заказывал третьесортное, что сказалось на качестве, и в общем…
Меня там очень рады были видеть. А когда коллектив, рабочие там и руководители узнали, что фабрика вернулась к Раскатным, и Черепа я выкину отсюда, так и вовсе — закричали ура.
Ах, и ещё… на пункте охраны было два головореза этого бандита. С ними пришлось решить всё быстро. Не оставляя и шанса.
Стриптиз-клуб «Бархатные Лапки», как оказалось, тоже принадлежал Черепу.
Он использовал это «официальное» место для прикрытия своих дел. Спокойно торговал запрещёнными веществами, провозил через границу роскошных дам на подработку, и в общем, паразитировал. Налоги, к слову, он платил, чтобы его особо не трогали, но, разумеется, большую часть своего дохода он не учитывал.
На входе в это двухэтажное здание, полное похоти и разврата, нас встретил персонал. Точнее, меня и Рубцова. Гвардейцев мы решили оставить в машине, чтобы они особо внимания не привлекали. Надо будет? Свистнем.
— Какие вам услуги нужны? — спросил меня высокий мужчина лет тридцати в строгом костюме. — Проститутки, вещества, или, может, что-то более интересное? — он осмотрел меня с головы до пят, а затем посмотрел на Рубцова. — А вам? Девушки помладше?
— Нам это не интересно, — сухо отрезал я. — Я записан к вашему главному клиенту. Ну, либо боссу, как вы там его называете.
Мужик, конечно, задумался, но затем пожал плечами и пропустил нас.
Меня проводили в VIP-кабинку, где меня ожидал мордатый, лысый бандит с шрамом на лбу, квадратной челюстью и очень неприятными глазами. Рубцов же в это время остался на баре в основном зале клуба. Я оставил его там не просто так, а чтобы он наблюдал за происходящим вокруг и если что, начал суетиться.
— В общем, — я сел напротив Черепа, посмотрел в его пустые глаза и с ходу поставил точку над «i». — Обувная фабрика возвращается под полный контроль Раскатных. Забирай оттуда свои вещички, и чтобы больше на пороге не…
— Что? Ахахаха, — он перебил меня наглым смехом. — Возьми девочку любую, какая тебе нравится, и расслабься, пацан. Теперь ты будешь моим лицом, моим официальным представителем, — он прищурился. — Как до этого был Кирюша Слютников. Я буду получать свою долю доходов, делать с твоим предприятием что захочу, а ты слушайся. Уяснил?
Вот ведь черт лысый.
— А не слишком нагло ты разговариваешь с главой рода? — я начал раздражаться. — Ты, похоже, мало что понимаешь, да?
— С главой рода? — усмехнулся он. — Слушай, парнишка, у тебя всего сорок человек. Это смешно!
— Ну-ка, и чем же?
— А тем, что у меня, например, шесть десятков отборных головорезов, которые умеют не только потрошить, но и устранять всяких выскочек. Как ты думаешь, на кого ты больше походишь? На слюнявого пацана или на выскочку?
Понятно, по нормальному не получится.
— По себе не суди, — отрезал я. — Повторяю тебе, как особо одаренному лишней хромосомой: больше кормить своих головорезов на мои деньги ты не будешь.
Оставив его размышлять насчет хромосомы, я встал, подобрал незаметно белку, которая все это время шерстила его карманы и устанавливала программное обеспечение на его телефон, да и ушел.
Коротко кивнул Рубцову, дабы тот последовал за мной, затем сел в машину и коротко приказал:
— Домой.
А сам, полностью игнорируя Ваню, который начал засыпать меня вопросами, закрыл глаза и сосредоточился на телефоне Черепа. Просматривая все данные внутри, я услышал через динамик его Яблокофон то, что он в данный момент обсуждал со своим приспешником:
— Грохнуть его надо было сразу, Череп, — голос приспешника был с хрипотцой. — Какого хрена он вообще так нагло заявился сюда и права качает, а? Связать, да в бетон закатать!
— Грохнуть его нельзя. Это привлечёт внимание к фабрике, а мне нужно, чтобы она висела на фамилии Раскатных, — парировал Череп. — Если она будет числиться на простолюдине, полиция может заинтересоваться нашими делами. Значит, будем шантажировать его. Я знаю, что он привёз какую-то бабу. Давайте, ловите её. По рукам пройдет, хорошенько отработает, да и в подвал посадим, будет нашим гарантом сделки, хех.
«Крышка тебе, Череп.»
Вернувшись домой, я первым делом обратился к Кате. Тем более, что у меня был очень хороший план. Осталось только, чтобы Распутина дала добро…
— У меня к тебе небольшая просьба, — с этими словами я зашел в гостиную и застал Катю в очень удивительной позе. Девушка стояла на коленях на коврике для йоги и вытягивалась вперед, прогибаясь, как кошка. — Эм… сударыня, ты не могла бы поучаствовать в одной операции? Это несложно, от тебя потребуется минимум участия, но это очень важно для успеха дела.
Она не сразу ответила. Сначала встала с невозмутимым лицом, хотя явно понимала, что я оценил ее гибкость и пятую точку. Затем немного смутилась и… на мое удивление, загорелась энтузиазмом. Даже стала мне чем-то напоминать любопытного Рубцова. Также начала закидывать меня кучей вопросов на всевозможные темы. Тут мне пришлось немного осадить ее. Я поднес палец к губам, затем указал на диван, и как только она села и замолкла, заговорил: