Гром Раскатного. Том 5 (СИ)

«Не зря ты лейтенантом стала, Тамара, — я одобряюще похлопал её по плечу и кивнул, принимая её выбор. — Такие решения крайне тяжелые и дают по психике. Но я был уверен, что ты поймешь всё правильно. Хоть и мне это на руку.»
Её выбор суров, но оправдан. Спасение тех людей только бы поставило под угрозу всю операцию.
Никита Олегович Казящий.
Даже в полумраке комнаты помощник главы рода понимал и видел, что Никита Олегович раздражен. Как… как бык, перед которым какой-то кретин трясет красной тряпкой, думая, что красный цвет привлекает быка. Все это время, пока помощник — Альберт Вишневский, вассал рода Казящих, смотрел на своего господина, тот не отнимал трубку от лица. Слушал и мрачно кивал. Наконец, спустя полчаса монолога его собеседника, Никита Олегович заговорил. Холодно и недовольно.
— Это всё занимательно, особенно про булыжники в почках, — Никита аж недовольно почесал нос. — Но все же, какие гарантии, что лечение поможет, а, доктор Зайцев?
— Мы выписали двух человек с подобным диагнозом! Один, правда, умер, но не от болезни, а второй… — наступила неловкая пауза. — Не знаю, где он и что с ним. Но анализы подтвердили, что у него прошла полная ремиссия! Сами должны понимать, Никита Олегович, у меня одна из лучших диагностических клиник в области, да что там в области, — неловко рассмеялся доктор. — В Империи! Ко мне приезжают как с других регионов, так и со столицы.
— Ладно, допустим, — ответил Никита. — Только из всего перечисленного в анализах моего брата вы, доктор, так и не сказали, как он там у вас.
С другого конца провода раздался уже усталый от монотонного дублирования информации голос Зайцева.
— Ну как я не сказал? Я же не просто так перечислял показания, Никита Олегович, — доктор протяжно вздохнул. — У вашего брата диагностирован целый букет болезней. Лечение будет долгим и тяжёлым. У него, помимо развития диареи, отказа почек из-за камней… что там у нас ещё… а, сифилиса, сморщивания простаты и непроизвольного расширения анального сфинктера, полный комплекс сосудистых заболеваний. Всё это может привести…
Никита Олегович цокнул языком так громко, что перебил врача. Едва сдерживая злость внутри, глава рода заговорил:
— Ну и что? Что бы там у него ни было, вы же лечите его, верно? Помимо вашего лечения, он ещё и сам имеет особую регенерацию. Он маг высокого ранга, так что справится.
— Мы сделаем всё возможное, — ответил доктор. — Но нам нужно подписать договор с вами. Понимаете? Если с ним что-то случится…
— С ним всё будет нормально, — отрезал Никита Олегович. — Я устал вам это повторять.
— Так вы подпишете?
— После того, как услышу итоговый диагноз, тогда с вами поговорим. Это также касается оплаты вашей работы. Пока я не получу результат, я даже аванса вам не переведу. Всё ясно?
— Кристально, — глухо ответил Зайцев. — До свидания. Но я бы всё же…
Глава рода Казящих не стал слушать. Он устал от голоса Зайцева и пустого трепа. Сбросив трубку, он было размашисто сделал движение, чтобы швырнуть телефон, но тут заметил, как съежился Альберт Вишневский.
— Что тебе?
— Проблемы, Никита Олегович, — задумчиво ответил Вишневский. — Курсы повышения квалификации не помогают. Рабочие на фабрике наотрез отказываются потрошить туши демоноидов, а мясники… сами понимаете, требуют втридорога оплату труда.
— Может, по старинке, гвардейцев отправить на разделку в Котлах? Помните, как было раньше?
— Раньше?
— Когда мясников было не сыскать. Мы тогда обучили человек пятнадцать из гвардии. Так они так резво работают с ножами — аж завидно!
— Да как бы нам это сделать? — нахмурился Вишневский. — Тех, кто занимался разделкой, мы отправили в Новый Тагил, а там, сами понимаете… не до этого. Не забрать нам парней. Да и блин… гвардейцам мясом заниматься… уже не те времена, мой господин.
— Сейчас что-нибудь придумаю, — кивнул Казящий, и тут же набрал номер начальника службы безопасности.
Спустя полминуты гудков он нервно сглотнул. Сбросил трубку, досчитал до ста и позвонил ещё раз. Когда телефон всё же взяли, он выпалил на одном дыхании:
  
— Ну что, как дела с этим Раскатным? — спросил Никита, едва начав разговор. — Мне срочно нужно отозвать гвардейцев из Нового Тагила, чтобы вернуть на разделку туш демоноидов. А вместо них отправить других головорезов, менее полезных на Котлах.
— Как бы вам сказать, — раздался напряженный голос по ту сторону трубки. — Вы же знаете, да, про наши потери?
— Слышал я, — тут же ответил Никита Олегович. — Трое у нас не так давно погибли. Но это ладно, придут новые. Мне нужны мои «мясники»!
— Боюсь, Никита Олегович, — напряженно ответил начальник СБ. — Их у нас больше нет. Отряд из пятнадцати гвардейцев был уничтожен. Поэтому… — он закашлялся, что-то говоря.
— Не понял, — на осмысление Казящий потратил не меньше минуты. — Так, стоп… ЧТО ТЫ СКАЗАЛ⁈
— Пятнадцать человек погибло, Никита Олегович, — невнятно ответил начальник СБ. — Только что доложили. Так что у нас больше нет ваших «мясников». Придется искать на стороне…
— ПОВТОРИ! — глава гневно зарычал в трубку. — КАКОГО ХРЕНА⁈ КАК ТЫ ПОТЕРЯЛ ИХ⁈
Начальник службы безопасности начал торопливо объяснять:
— Мы отправили группу на Грозовой перевал, чтобы перехватить его. — Затем наступила тишина, и глава рода не выдержал.
— ГОВОРИ, МАТЬ ТВОЮ!
— В общем, не получилось перехватить его. Появился медвежуть на пару с другими тварями и… в общем, они сожрали всю гвардию.
Никита не стал больше ничего слушать. Размахнувшись, он зашвырнул телефон в дверной проем. Смартфон пролетел пять метров, попал в перекладину и упал с лестницы.
А затем пришло осознание. Смерть целой бригады гвардейцев имела два жирных минуса: он так и не заполучил Раскатного, так еще и лишился хороших бойцов.
Хаотично соображая, Никита Олегович приказал Вишневскому:
— Плевать, сколько просят частные мясники. Нанимай с десяток.
— Но, господин, — изумление на лице Альберта невозможно было описать словами. — Это грабеж чистой воды! Это… да блин, проще за эту цену набрать двадцатку наемников! Или даже гвардейцев по объявлению!
— Выполнять, — рявкнул Никита.
А затем он задумался.
«Что за херня вообще происходит? Что с этим Раскатным не так, а?» — он задумчиво уставился на окно. — «Все вокруг этого Георгия дохнут как мухи! Ну не может же быть так, что рядом с ним проглядывается смертельная закономерность, верно?»
За окном что-то вспыхнуло, но Казящий не придал этому значения. Он сошелся на том, что… маловероятно, но все же возможно — над Георгием Раскатным висит какая-то несчастливая звезда. И все те, кто пытается ему навредить, непременно дохнут.
— Да не, — замотал башкой Никита Олегович. — Дурость какая-то! Всему есть объяснение.
* * *
Пока Устранители на пару с Рысаками долбили тварей из Котлов, я внимательно следил за группой гвардейцев Казящих. Стрелка вылетела из снайперской винтовки в лесу, забралась на ветку и показала мне своими глазами, что все вокруг было усеяно трупами.
Я подсчитал тела и приказал белке возвращаться, но по дуге, чтобы не попасться на глаза Верескиной. Вскоре, угорь подполз к нам и был свержен длинной пулеметной очередью, а медвежуть в это время доедал коня. Ой, какого коня? Гвардейца.
По итогу выжил лишь один, и я насчитал четырнадцать трупов.
Пацан, спрятавшись под телами своих братьев, выполз из-под них только в тот момент, когда Рысаки собственными руками загасили медведя, прыгнувшего на нас. И то, не сразу выполз. Осмотрелся и, не поднимая головы, тупо пополз на ощупь.
Его Устранители уж решились доставить. Скромно подошли, встали перед ним, и когда пацан уткнулся мордой в берцы, подняли за обе руки и подтащили к нам.
Точнее, не к нам, а к Тамаре.
— Итак, — нахмурившись, лейтенант Верескина начала допрос. — Кто ты у нас? Фанатик демоноидов, да⁈
Парень поднял голову и еще сильнее затрясся. Он еле-еле передвигал губами, изрядно потел и быстро моргал. Тамара не стала долго церемониться. Отрезвила пацана раскаленным магией, щелбаном.