Игра в любовь с форвардом (ЛП)

— Боже, твои сиськи, — нетерпеливо говорит он, снимая с меня футболку и отбрасывая ее в сторону. Он опускает лицо, чтобы провести языком по одному соску. — Почему они такие идеальные?
Почему он такой идеальный? Хочется спросить мне, когда я провожу руками по его до нелепости невероятному прессу. Он переворачивает нас, укладывая меня на спину. Нависает над моим телом, и проводит пальцем по центру груди, обводит влажный и торчащий сосок, затем спускается по животу. Дергает за шнурок, удерживающий мои шорты, и стягивает их вниз.
  
— Давай я тебя подготовлю, — говорит он, разводя мои ноги в стороны. Он прижимает два пальца к моему клитору, затем опускает их к моему отверстию. — Черт, ты уже готова, Солнышко.
Это его не останавливает.
Его язык теплый, и он работает медленно, сводя меня с ума каждым облизыванием и посасыванием. Это мучительно, и я чувствую покалывание на клиторе, сигнализирующее о приближении оргазма. Но я не хочу кончать у его рта. Я точно знаю, чего хочу.
— Риз, — прошу я, дергая его за волосы. — Ты нужен мне внутри.
Он ухмыляется, в последний раз мучительно облизывая меня, прежде чем встать с кровати. Его эрекция упирается в шорты, и он стягивает их, освобождая член. Наклонившись, он достает из бумажника презерватив и забирается обратно в постель, пока не оказывается на коленях у меня между ног. Не могу отвести от него глаз, а руки — от его груди. Я провожу пальцами по мышцам и перебираю тонкие волосы внизу его живота. Он хмыкает, и мышца на его нижней челюсти напрягается. Я знаю эту мышцу. Я видела ее, когда он на льду. Когда сосредоточен на том, чтобы сохранить контроль. Когда знает, чего он хочет.
Сейчас он хочет меня.
Приподняв мою задницу, он наклоняет мои бедра и проводит членом по скользкой горячей сердцевине. Мои ноги дрожат, и он прижимается ко мне, встречаясь со мной взглядом.
— Ты уверена?
— Абсолютно.
Он все еще не спешит, проводит рукой по моему телу, приближаясь к моему входу. Опустившись, он захватывает мой рот в обжигающий поцелуй. Это должно было отвлечь меня от того, как он проникает в мое тело, но я все чувствую. То, как мое тело вытягивается, принимая его, сладостная близость от того, что я так близко к этому мужчине.
Тяжело дыша, его тело застывает:
— Ты уверена, что ты не девственница? Твоя киска чертовски тугая.
Он такой грязный.
— Просто прошло много времени.
— Что ж, мне неприятно тебе это говорить, но я долго не продержусь. Это нереально, когда ты так сильно меня сжимаешь.
Выдыхаю, заставляя себя расслабиться. Я ждала этого и не хочу, чтобы все закончилось, не успев начаться. Знаю, что мое тело не просто пришло в негодность, оно несет на себе весь тот багаж, который оставил Итан.
— Так-то лучше, — говорит он, и мои мышцы расслабляются. Его рука убирает волосы с моего лица. — Ты такая чертовски красивая.
Никто и никогда не говорил мне этого, кроме моих родителей. Итан не умел делать комплименты, а то, как говорит это Риз, с тёмной и насыщенной интонацией, тёплым жаром разливается по всему моему телу.
Медленно, напрягая мышцы шеи, он продолжает легкие толчки. Он целует мою челюсть и ключицу, стараясь не касаться горла. Его массивная рука надавливает на внутреннюю сторону моего бедра, раздвигая ноги шире, и он погружается в меня, заполняя ещё сильнее, чем прежде.
Я стону, наслаждаясь тем, как он входит в меня, и когда он снова двигает бедрами, на этот раз он не останавливается. Его рот накрывает мою грудь, и он жадно втягивает кожу, посылая раскалённую волну прямо к моему клитору. Я двигаюсь ему навстречу, толчок за толчком, пока дыхание не сбивается, а его ритм не становится быстрее. Оргазм обрушается на меня взрывающейся бомбой.
На одно короткое мгновение существуем только мы с Ризом. Больше нет внешнего мира, нет боли и страданий — только наши тела, двигающиеся в унисон. Когда он погружается в меня в последний раз, его лоб утыкается в изгиб моей шеи, и я чувствую стон, который раздается глубоко внутри него.
Поцеловав меня, он откатывается в сторону, забирая с собой тепло и силу, чтобы привести себя в порядок. Когда он возвращается, то обнимает меня, притягивая к себе.
Всё это могло начаться как игра, но теперь, чёрт возьми, кажется до жути реальным.
— Когда мы уже поговорим о Ризе Кейне?
У меня вспыхивает шея, и я делаю глоток айс-кофе, надеясь, что это меня остудит. Один взгляд на Надю с её пытливым выражением лица — и я понимаю, что это бесполезно. Но я всё равно пытаюсь.
— А что с ним?
Она закатывает глаза.
— Я знаю, что он чуть не разнёс Итана той ночью. И знаю, что потом он пришёл к нам и остался на ночь. Уверена, что слышала, как он ускользнул до рассвета — ну, знаешь, потому что у нас петля на входной двери скрипит. — Она приподнимает бровь, давая мне шанс всё отрицать, но я молчу. Это только подстёгивает её говорить дальше. — Но я абсолютно точно видела в мусорке в ванной использованную упаковку от презерватива, которую туда точно положила не я.
— Ох… — Чёрт.
Я осматриваюсь. Группа девушек из сестринства. Два парня, настолько высокие, что явно баскетболисты. Ещё несколько человек ждут, когда можно будет перейти улицу. Если мы собираемся это обсуждать, то точно не здесь.
— Пойдём.
Я надеюсь, что она откажется, скажет, что ей надо на лекцию, но знаю, что зря. Надя с радостью опоздает или вообще прогуляет занятие ради хорошей сплетни. Я веду её по узкому проходу между двумя зданиями и сажусь на кирпичную стену.
— Так, Твай, выкладывай. Что за дела?
— Помнишь, я говорила, что мы с Ризом расстались?
— Ага.
— Ну, правда в том, что мы вообще никогда не встречались. Мы просто договорились притворяться парой, пока Шэнна не отстанет от него, а в ответ он помог мне обрести хоть какую-то уверенность с парнями.
Она моргает, явно пытаясь осознать сказанное, но терпит сокрушительное поражение.
— Я сейчас вообще ничего не понимаю.
— Сначала это было игрой.
Я рассказываю ей, как всё началось как дурацкий спектакль, взаимовыгодное соглашение.
— Но потом… — подталкивает она.
— Но потом тренер Грин вызвал меня к себе и устроил разнос. Это реально было. Он увидел, как мы просто общаемся, и решил, что между нами что-то есть. Мы прекратили всё, чтобы не рисковать моей работой. — Я дёргаю нитку на своих джинсах. — Только вот к тому моменту нам уже нравилось проводить время вместе, и вместо того, чтобы остановиться, всё зашло ещё дальше.
— То есть ты из фальшивого романа с Ризом Кейном перешла в настоящий секс с ним.
Это больше, чем просто секс, хочу сказать я, но это же Надя, королева интрижек на одну ночь. Оправдываться перед ней смысла нет.
— В целом, да.
Она скрещивает ноги.
— Значит, он теперь твой парень?
Я вспоминаю, как вчера он сказал, что включил «режим бойфренда». А ещё он называл себя «папочкой команды». Не думаю, что стоит зацикливаться на гиперболах.
— Мы ещё не обсуждали это, но по условиям нашей сделки мы не должны были встречаться с другими.
— По условиям вашей первоначальной сделки, — уточняет она.
— Ага.
Технически, мы не обновляли этот пункт, но это не казалось нужным. Нам нравится быть вместе, и я хочу посмотреть, к чему это приведёт, без навешивания ярлыков. Так я чувствую себя менее виноватой перед тренером Грином.
Надя пропускает пальцы через волосы и закатывает глаза.
— Я бы разозлилась на вас за все эти тайны, но понимаю. Для тебя эта работа важна. А он вчера реально заступился за тебя перед Итаном, так что за это респект. — Она ухмыляется. — Хотя если бы он ему навалял, было бы эпично.
— Поверь, он хотел.
Её улыбка немного меркнет.
— Как так вышло, что ты, даже не планируя, заполучила звезду спорта, а я застряла в статусе девочки для ночных звонков?
— Эй, я пыталась убедить тебя выбрать Рида, но ты каким-то чудом оказалась с Брентом Рейнольдсом.