Времена былинные. Книга Вторая. Вольные стрелки (СИ)
- Невесело как-то, - резюмировал Кукша, - завоеватели так постарались или сами забыли о предках?
- А там всё в кучу было, - пожал я плечами, - и кочевники ручку приложили, триста лет над этими местами и другими, что южнее, иго держали. И церковь, вера новая, что из Царьграда пришла, тоже свою лепту внесла в утрату памяти о богах здешних и жизни предков. И соседи нам свои мысли да смыслы в голову вкладывали, а мы - наши понятия им навязывали. Вот так и вышло, что люди, потомки, есть - а о предках своих знают мало. Если вообще знают...
- Значит, надо сохранить знания эти и сквозь века протянуть. Традиции и образ жизни, - резюмировал дед, - чтобы потомках память о себе оставить.
- И что же мы передавать через поколения будем? - с изрядной долей сарказма в голосе произнесла моя супруга, - Голод, холод, болезни? Как людей примучивать за цацки княжеские? Или грабежи да разбои?
Буревой хмыкнул, верно Зоряна подметила. Остальные тоже одобрительно закивали, мол, такое оставлять в наследство негоже.
- Ага, всё это переносить на детей да внуков наших - бессмысленно, - сказал я, - потому предлагаю сделать так. Все, включая детей, берите листков побольше, и каждый вечер пишите. На одном - как раньше жили, традиции и обряды, устои и верования, игры да песни. Как до меня вы тут и в землях Новгородских существовали, как власть делили и главу назначали, мыто платили да воинов готовили, с кем дружили, а с кем конфликтовали, и почему так вышло. На других страницах пишите, как мы сейчас живём. Потом всё это соберём в кучу и станем думать. Какие принципы оставить потомкам нашим, а какие - на полку положить, чтобы помнили, но не более. Потом решим, каким образом в веках не потерять то, что мы для детей своих и внуков подготовили. Как защищать образ жизни наш, как с новых людей в него оборачивать, что с теми делать, кто его ни при каких обстоятельствах не примет. Исходя из этого станем к людям новым, каких селить у себя станем, требования готовить. С кем нам проще будет целей поставленных добиться? В каком количестве мы их можем сами ассимилировать? Как с другой верой и языком поступим, если они по нашему не бельмеса и в богов своих верят, как корелы? Чем пожертвовать сможем, если нужда заставит, чтобы при себе население удержать? И только после этого будем хозяйством заниматься, поймём, чего нам стоит делать, а с чем и погодить не грех. Какие запасы в крепость тянуть, а что и в лесу оставить стоит, чтобы проходы не загораживало. Если у корелов станем невольников захватывать - лодки боевые делать надо. Если у мурманов рабов брать - на торг Ладожский товар повезем, серебро да меха копить станем. Коли поймём, что соседей надо захватить или прогнать - оружие делать будем. Ежели торговлей их привечать - что конкретно от нас в качестве товара пойдёт. А то и Кукшу на княжне местной женить придётся, династический брак получиться, - последняя фраза заставила родственников чуть улыбнуться, а пасынка - покраснеть.
- Долго это будет. Много думать надо. Чтобы суть нашу не забыть, да из-за неё детей и внуков в холоде и голоде не оставить, - высказался Буревой.
- А мы никуда и не торопимся, - выдала Леда, - верное дело - цель большую поставить, и силы да ресурсы на неё считать. Коли и впрямь угадаем, то и потомкам облегчение выйдет, и нас на том свете они никогда не забудут, не потеряемся в летах...
С такими мыслями мы и праздновали День знаний. Да и остальная работа куда-то на второй план ушла. Люди пытаются ничего не забыть, всё подметить, описать и сложить рассказы свои в две большие кучи, в одну о старине, в другую - о дне сегодняшнем. Корелов в это дело тоже вовлекли, правда, не сильно раскрывая конечной цели - те просто доносили до нас свои истории из жизни, а мы их записывали. На постройке водокачки, на переработке сырья, на обновлении парка винтовок и создании станка для выделки колючей проволоки - мысли людей были далеко, в туманных далях рассуждении о прошлом, будущем и настоящем. Даже изобретение типографского оборудования проходило как бы вскользь - всё думали о том, как сохранить наш образ жизни в веках, не меньше. На меня самый большой объем работы упал - я вспоминал историю и устройство государств в моё время. Это чтобы сравнить то, что есть сейчас, с тем, к чему развитие общества привело, попытаться исключить какие-то негативные этапы, а положительные - наоборот, растянуть на подольше.
Странное дело, но такие вот философские мысли даже чуть поменяли наше хозяйствование. Меньше люди стали носиться по окрестностям, стягивая в крепость лес да камни, а чаще думать о будущем. Глубоком будущем, не на год вперёд, как было ранее. Когда я заметил эти изменения, и Буревою о них рассказал, тот выдал сакраментальное: "Не хлебом единым!" - и начал пытать меня на момент культуры в моё время. В процессе работы над записями о прошлом и будущем, я часто рассказывал ему о том, как у нас картины да статуи всякие в музеях выставляли, про композиторов и писателей. Вот дед и навострил уши, мол, и нам бы неплохо книги просто для чтения делать. Не только техническую документацию и летопись, а как те сборники сказок, что я им подарил на Новый год. Мысль неплохая, можно потом, в свободное время заняться. Да и другими направлениями в искусстве. Правда, не обо всех особенностях культуры в моё время я сразу Буревою поведал, некоторые отдельные аспекты прямо в процессе трудовой деятельности всплыли...
- Какая осень в лагерях! Кидает листья на запретку! - я завывал, работая на стенах нашей крепости, - а вот ещё! Моя милая мама-а-а! Я тебя не ругаю-ю-ю. Что меня ты так быстро-о-о, под закон отдала-а-а...
- Да заткнёшься ты когда-нибудь, достал уже завыванием своим... странным! - дед в сердцах замахнулся на меня молотком.
Надо же! Шансон не только моих современников выводит из себя, но и вполне себе туземных жителей девятого века. А ведь тоже слой культуры!
- Не, Буревой, ну ты послушай, - я откровенно веселился, - С одесского кичмана, бежали два уркана... Или лучше нет, вот эту. Кхе-кхе! Па-а-а тундре, па-а-а железной доро-о-оге. Где мчится курье-е-ерский Воркута - Ленингра-а-а-аад...
И ведь было от чего завыть. Моим новым изобретением мы укрепляли оборону - крепили колючую проволоку-егозу на верхушки стенок. И теперь наше место жительства напоминало нормальную такую "турму". Егозу крепили в несколько слоёв и делали её из хорошей, качественной стали. Сначала катали проволоку, потом придавали ей овальную форму, резали пополам, вставляя внутрь штампованный и закалённый режущий элемент. Потом закатывали опять её, добавляли небольшое количество сварного флюса, сильно прогревали, проковывали и горячей ещё навивали на барабан. Остыв, проволока отказывалась резаться по-человечески, сворачиваясь кольцами вокруг потенциального злоумышленника. И это ножницами по металлу! Удар топором вообще чуть не оставил меня без глаз. Обошлось только парой царапин, ибо одет я был, как сапёры в наше время, в толстенную фуфайку.
Народ, кстати, на мои причитания о нелегкой судьбе арестантов за колюче проволокой не внял, наоборот, новая справа внушала им чувство безопасности и комфорта. Такая вот разница в восприятии обстановки. Ходили, любовались, а я выл тюремный "блатняк" и разговаривал "по фене", ну или на том жаргоне, который я за неё принимал.
- Вечер в хату, арестанты! - я вошёл в актовый зал.
- Да замолкни ты уже, и впрямь достал, - Зоряна потянулась за скалкой, я умерил свой нездоровый юмор и присел вместе со всеми.
- Ладно, действительно, чего это я. Проволоку мы натянули, вроде хорошо получилось. Мы её кольцами через друг дружку протянули.Теперь даже если нападающие накроют чем-нибудь егозу, она порежет их сильно, да и запутаются. С остальным как?
С началом осени у нас традиционно начинается время укрепления обороны. Расположение Москвы вдали от торговых путей приводит к тому, что если кто и идёт нас грабить, то только с целью "добрать" добычи при неудачном торге. Ну и корелы периодически сближаются с полями и лесоповалами, пару раз даже на берег выбирались такие вот "гости". Отогнали их выстрелами из винтовок и фонариком, мужики быстро сообразили, что в следующий раз лучше держаться подальше от этих мест. Но помимо "колючки", наша крепость за месяц, что прошёл с памятного совещания "о будущем", обрела усиленные мостки, крышу досчатую над ними, деревянные брусья-рельсы для передвижных огнемётов.