Времена былинные. Книга Вторая. Вольные стрелки (СИ)

Десять дней мы посвятили запланированным мероприятиям. Станок, что раньше проволоку тянул, соединили с гвоздевой машинкой, и это всё теперь работало только на создание крепежа. Лесопилок стало три, и они трудились чуть не круглосуточно, выдавая доски и горбыль. Крепость вторая обрела недостающие части, ворота, мостки для наблюдения и ведения огня. Общественная жизнь тоже кипела.
Пленные также жили в сарае, мы разве что ихразвязали. Они натурально выли с тоски. Два раза в день Обеслав приходил с едой, кормил всех и капал на мозги. Кукша пресекал попытки выйти из сарая, причём иногда даже с рукоприкладством. Женщины приходили периодически и жалели подростков. Веселина так вообще "в тайне" носила им леденцы медовые, мы её с дедом посылали специально. Несколько раз из водили в баню,отдельно мальчиков и девочек. Хорошо ещё, что после изнасилования данами, романтики "в горизонтальной плоскости" мы в сарае не наблюдали.Видать, оба наших "маленьких гиганта большого секса" осознали причину насилия со стороны данов до подкорки мозга. В бане мы с Буревоем устраивали спектакли на тему "Не положено!" и "Ну давай чуть-чуть побольше им дадим". Так у пленников появилось белье новое и комплекты верхней одежды, вроде как дед им чуть не с боем у меня выдрал обновку. Роли расписаны, инструкции соблюдены, рабы на наши "разводы" велись. Мы подслушивали пару раз их разговоры вечерние, вроде пока все шло по плану.
И вполне себе по расписанию настал момент, когда я собрал всех родичей в общем доме, и начал разъяснять политику партии:
- Родичи мои! Собрал я вас здесь, чтобы сообщить пренеприятное известие - у нас появляется бюрократия.
- Это вроде данов? Или болезнь такая? - спросил дед .
- Хуже, много хуже. Это та сторона жизни, которая очень нужна, но съедает много сил и времени. Пока мы жили тут в стороне от всех, только своим родом, обходились мы без писаных правил, только на родственном отношении. Пленные же наши нам не родичи, и порядки для них должны быть иными. А чтобы правила те они не нарушали, нужно подать пример. Самим тоже тем правилам следовать, чтобы не могли они сказать, что вы тут по углам гадите, а нам почему нельзя? Да и новые люди могут появиться, как их заставить вести себя правильно, по-Игнатьевски? Нужны законы. Я тут слегка поработал, получилось у меня пока для внутренней жизни нашей такой вот свод.
Я выложил на стол результат своих трудов. Честно сказать, увлёкся сочинительством, поэтому стопка бумаги была довольно толстой. Начал-то вроде писать просто, мол, "Рабы должны..". А где должны? А кому должны? А на какой территории они вообще этим бумагам подчиняются? Так появился черновик Конституции, которая определяла границы села и наличие собственно рабов и вольных людей. Туда же добавилась международная деятельность (был у нас один договор с Лисом), воинская повинность. В Конституции же закрепил права на жизнь, труд, образование и медицинское обслуживание, жилье, свободу перемещения. Это распространялось только на свободных граждан, как и право собственности.
Потом задумался. Ладно, сейчас я, в одно рыло, создам правила нашей жизни. А как их менять, если нужда заставит? По прошлой своей жизни знаю, если в программе есть электронный документ, а порядок его изменения не прописан чётко, или хуже того - менять содержимое можно как Перун на душу положит, со временем вместо инструмента, помогающего работать, такие функции только добавляли бардака. Ну вот и пошёл писать про совет рода Игнатьевх, который принимает законы, про порядок их согласования, способы внесения правок и изменений в готовые документы. Сравнил Конституцию и список того, чего должны рабы. Странная вещь получается, свободные жители имеют кучу прав, а вот обязанностей - никаких, кроме защиты села. Но это мне показалось естественной обязанностью, не устоим перед врагами - все поляжем. Начал анализировать всё это - получил Административный кодекс, описывающий те правила, по которым мы и так жили всё это время, только в более формализованном виде. Причём они распространялись на всех. Ибо, например, строжайшее соблюдение техники безопасности сложно отнести только к обязанностям рабов. Бревно, падающее на голову, оно ведь паспорт не увидит и фамилию не спросит, зашибёт с одинаковым равнодушием и князя, и холопа.
 
Наказания за нарушения положений Кодекса были разными по содержанию, в зависимости от проступка. Нарушение той же техники безопасности каралось лекция по охране труда, включающих в том числе сдачу соответствующего экзамена, и работой по подготовке лекарств и уходу за больными, чтобы на себе почувствовал виновный чего стоит его потом лечить. Нарушение гигиены наказывались уборкой территории и хлева, опоздания на работы - дополнительным трудом, драки - тренировками до изнеможения и той же работой с больными и ранеными. Идея основная была в том, чтобы создать некий компенсационный механизм. То есть, наказание за проступок должно окупить потенциальный ущерб и послужить уроком на будущее. Мол, сейчас обмочил угол - потом всё равно убирать придётся, причём за всеми. Так и смысл тогда экономить пять минут на походе к выгребной яме, если потом потеряешь два часа на её же очистку? Это, конечно, всё было чисто в теории, посмотрим, что выйдет на практике.
Для формального разделения же свободных жителей и рабов отдельно выделил Гражданский Кодекс, где описывались различия между свободными и зависимыми людьми. Слово "раб" ушло из бумаг, оно мне слух режет, невольники стали зависимыми гражданами. Ну а вольные жители превратились, соответственно, в свободных. Зависимые граждане делились на несколькокатегорий, от первой до десятой. Номера их означали степень свободы каждого конкретного человека. Всоответствии с категорией применялись разные поражения в правах. Например, представители первойсиделиу нас в сарае и никаких возможностей распоряжаться своей судьбой у них не было. Вторая категория уже могла иногда ходить в пределах населённого пункта днём, пятая - круглосуточно, седьмая - выходить за пределы стен крепости, а десятая была практически свободна и не имела только право голоса. Переходы между отдельными категориями вполне себе возможны, и даже - необходимы. Для этого, правда, придётся сильно постараться. Как в части физического труда, так и умственного - одним из главных условий получения вольности был соответствующий уровень образования, специально так для подростков-рыбаков сделал.
Финалом этого Кодекса были знаки различия. У вольных свои, у зависимых - свои. Это для того, чтобы мурманы те же, например, не путали, кому тут в ножки кланяться, а с кем просто поздороваться можно. Вспомнил о Торире - начал вписывать в Кодекс права и обязанностей гостей. От них пошёл к загранпаспорту - и родилось документальное сопровождение нашей жизни, всем теперь придётся сделать удостоверения личности, медкатру, аттестат и прочее. От знаков различия же появился листок с надписью "Устав", этим пусть Кукша занимается. Это чтобы не бегать за каждым рыбаком-подростком, и не учить его пользоваться оружием. Пущай читают да самообразованием занимаются. Одно цеплялось за другое, вот так и оброс документами по самые гланды...
Результаты своей работы дал родичам почитать. Хм, такого ажиотажа давно в нашем селе не видел. Народ вцепился в бумажки, как в полновесную гривну. Секрет опять оказался прост, это было единственное чтиво в нашем селе, кроме "Азбуки" и технологических карт. Долго родня обсуждала написанное, и в итоге постановила - всё принять, как есть, дорабатывать по мере сил, а вот паспорта и знаки различия делать прямо сейчас. Утвердили также порядок перехода пленников по первым трём ступеням вольности. Это чтобы перестать их держать в сарае, пусть отрабатывают свой хлеб. Ну и запланировали церемонию раздачи паспортов и знаков различия.
Дальше пошли текущие вопросы согласовывать, они большей частью стройки касались. Нам нужно очень большое количество складов и хлевов - хозяйство уж очень сильно разрослось. Местом для этого определили вторую крепость. В той же, где стояли наши жилые дома, мы будем строить мастерские и погреба с амбарами, чтобы не бегать далеко за продуктами и на работу. Постройки для хранения будем делать типовыми, по той технологии, по которой баню сооружали - пол, приподнятый над землёй, бревна стен между вкопанных столбов, крыша сразу стелится. Окна в таких сооружениях будет маленькие, под потолком, зато ворота - большие, на всю торцевую стену, чтобы трактор заходил. Двойная стенка будет упрощённая, в нахлест набьём горбыля, а пустое пространство забьём неким подобием плит теплоизоляции из прессованных щепок, веток стружки и соломы, для утепления. Как высохнет древесина - вертикальные столбы скрепим между собой и сооружение готово к полноценной эксплуатации.