Черное пламя Раграна (СИ)

— Присаживайся, — он отодвинул для меня стул как раз напротив панорамных окон. По сути, здесь вся дальняя стена была панорамной, и смотреть бы через нее не пересмотреть: вид на ночной город открывался просто огонь!
— Нет, — я отточенным жестом накрыла бокал, когда Вайдхэн попытался налить мне вина. — Я не пью.
— Я не заставляю тебя пить, Аврора. Это просто легкая приправа к ужину.
— Совсем.
— Именно поэтому вчера твой друг покупал веоланское?
Я замерла на стуле.
— А вы не шутили, когда говорили про то, что вам будет известно обо мне все. Но во-первых, это все еще вмешательство в частную жизнь, во-вторых, вы не знаете, пила ли его именно я, а в-третьих, с друзьями я отмечала то, что мой сын остается со мной. С вами мне отмечать нечего.
Его взгляд потемнел так, что закрывающая бокал рука стала слабенькая, как перышко. В меня ударил звериный тяжелый взгляд, а в следующий момент он просто убрал мое запястье и добавил вина в мой бокал. После чего наполнил свой.
— За нашу встречу, Аврора.
Его рука оказалась подозрительно близко от моей, а учитывая, что он уже успел снять пиджак и остался в одной рубашке, прикосновение вышло бы не менее интимным, чем то, у раковин. Поэтому я отодвинулась и сложила руки на груди.
Темные глаза Вайдхэна потемнели еще сильнее. До черноты.
— За нашу встречу, — повторил он, глядя на меня в упор, и по ощущениям от этого милого тоста вино должно было выпрыгнуть из бокала и влиться в меня само. К счастью, оно этого не сделало, и, окончательно констатируя свое нежелание пить, я отодвинула бокал.
— Наша встреча то, что скорее стоит запить с горя. К моему величайшему сожалению, я не выбираю этот способ расслабиться, поэтому оставьте себе. Мне не нужен ваш ужин, мне не интересна ваша компания. Вы привезли меня сюда, чтобы кормить и отмечать наше знакомство, или все-таки перейдем к тому, зачем вы меня сюда на самом деле привезли?!
Вайдхэн поставил свой бокал так резко, что раздался жалобный звон, а несколько капель вина взлетели в воздух и растеклись бордовыми кляксами по столешнице. В меня снова ударило знакомой уже силой черного пламени — так резко, что из груди выбило дыхание, а в следующий момент правящий поднялся.
— Как скажешь, — его ладонь легла на мою талию так быстро, и я так быстро слетела со стула, как если бы меня сдуло ураганным ветром Олиеттских пустошей. — Переходим к тому, зачем я тебя сюда привез. Раздевайся, Аврора.
[1] Известная спортивная игра, по которой ежегодно проходят мировые чемпионаты. Так же допускается как командная игра на Соурские игры.
Глава 13
— Раздевайся. В машину. Ужинать. Пить вино. Вы со всеми женщинами так общаетесь, или это исключительно мне так везет? — я шагнула к нему вплотную. Правда, из-за этого пришлось задрать голову, иначе я бы смотрела ему в грудь в районе сердца. Не уверена, правда, что оно там есть, а если и есть, то наверняка черное, как его пламя. — Хотите, чтобы я разделась — раздевайте сами. Трахать тоже будете сами, я вам помогать не собираюсь!
— Вот как, — это прозвучало очень холодно. Для черного пламени я бы сказала с перебором, а в следующий момент он кивнул. — Хорошо. Подними руки.
— Что? — опешила я.
— К сожалению или к счастью, я не знаю других способов снять водолазку, кроме как через голову. Рвать ее на тебе в лучших традициях театральных постановок я тоже не собираюсь, поэтому подними руки, Аврора. Раньше начнем — раньше закончим.
От бесконечно бесчувственных интонаций в его голосе меня бросило в дрожь. Я прекрасно понимала, что он сделает со мной все, что захочет, ему для этого не нужно мое разрешение или мое желание. При мысли об этом почему-то стало ужасно обидно и горько, как будто я была вещью или куклой, просто вещью или куклой, которая понравилась правящему иртхану, и которую тот захотел.
— Долго мне еще ждать? — взгляд в упор, слова как удар пламени.
Я бы попятилась, но сзади оказалась столешница, которая врезалась мне в спину. Взгляд Вайдхэна с каждым мгновением становился все более страшным, и я просто сама, рывком выпуталась из водолазки. Пальцы дрожали, когда я расстегивала юбку сзади, но с ней я тоже справилась. А вот с бельем оказалось сложнее, я просто обхватила себя руками, не в силах расстегнуть бюстье, стянуть колготки или, что страшнее всего, трусики. Особенно под этим темнеющим взглядом, в котором разгорались искры, заставляющие меня дуреть. Он отказался говорить, как на меня действует его пламя, но сейчас на кухне словно выключили вентиляцию и на максимум включили обогрев. Губы мгновенно пересохли, кожа стала чувствительной, как во время высокой температуры.
 
Да что со мной творится, во имя неба?!
— Все, Аврора. Белье тоже. Снимай.
— Нет, — сорвалось с моих губ, и Вайдхэн пожал плечами.
Одним движением развернул меня к себе спиной, щелкнул застежками и отшвырнул бюстье в сторону. Его ладони легли на мои бедра, явно собираясь потянуть вниз колготки вместе с трусиками, и я дернулась.
— Не надо. Я сама.
Ему все равно. Он все равно меня разденет и сделает все, что собирался, так какая разница. Чем меньше будет его прикосновений — тем лучше! Я выпуталась из остатков одежды, сбросила туфельки и вздрогнула, коснувшись босыми ступнями пола. После того жара, в который я окунулась, мрамор показался мне сейчас просто ледяным, и эти ледяные иглы на контрасте вонзились в кожу, заставив меня вздрогнуть и задрожать.
И это при всем при том, что менее горячо не становилось, напротив. Мне казалось, что воздух становится густым и горячим, как в эпицентре пламени, поэтому каждый вдох давался с трудом. Чтобы не показаться трусихой, я резко повернулась — и наткнулась на взгляд, в котором не осталось ничего человеческого. Мне не доводилось раньше сталкиваться с иртханами настолько близко, поэтому сейчас я просто стояла и смотрела в глаза, которые располосовали звериные зрачки. Эти зрачки, о которые билось оранжево-черное пламя, сгущающееся с каждой минутой и все больше превращающее Вайдхэна в зверя. У него даже скулы заострились, словно подчеркнутые каймой чешуи, в одно мгновение мне показалось, что иртхан сейчас швырнет меня на столешницу и прямо так и возьмет, вместо этого он отступил. Крылья носа хищно дрогнули, когда он протянул мне руку.
— Надевай туфли, Аврора.
— Ч-что?
— Надевай. Туфли.
Может, если бы у меня была эффектная эротичная шпилька, это выглядело бы не так странно, но сейчас это было просто дико, особенно диким было то, когда он повел меня обратно, через арку. В разгоряченную, обожженную его даже мимолетными прикосновениями кожу впивался прохладный воздух, не говоря уже о том, что я испытывала, когда представляла какого-нибудь вальцгарда, стоящего на страже жизни этого монстра. Вальцгарда, который может меня увидеть!
Я даже подавила желание зажмуриться, но в холле никого не оказалось. Никого не оказалось и на площадке второго этажа, куда мы поднялись. Вайдхэн толкнул дверь спальни, отрезая ею часть комнаты и панорамного окна, и указал на кровать.
— Вы оставите меня в покое? — еле слышно спросила я. — После того, как это случится?
Черное пламя полыхнуло так, что я чуть на задохнулась. На миг показалось, что вместо иртхана передо мной сейчас раскроется огненный вихрь, в котором я сгорю не то что до косточек, до порошочка.
— Посмотрим, — сухо произнес он. Сухо, как действительно могло бы говорить пламя, с треском пожирающее все вокруг. — На кровать. Лицом вниз.
— Пожалуйста, — предприняла еще одну попытку до него достучаться. — Не делайте этого.
 
— На кровать, Аврора.
Я сейчас умру. По крайней мере, мне так показалось — ничего более унизительного в моей жизни еще не было. Потом я вспомнила про Лара, про то, что выиграла суд, и сын остается со мной, и сразу как-то стало легче. В конце концов, это просто секс, а я буду изображать бревно. Кому понравится бревно? Никому! Тем не менее каждый шаг до постели казался мне невыносимо длинным, а каждый вздох — невыносимо громким.