Развеянные чары
И когда Коннор с силой и нежностью, яростно и бережно взял ее и они стали единым целым, Линда выдохнула те самые слова, которых он так ждал и которых она сама так боялась, потому что всю прошлую, неправильную и чужую жизнь эти слова только врали:
— Я люблю тебя! Коннор, я люблю тебя! Люблю…
Они лежали, остывая, и небо потихоньку успокоилось вместе с ними. В этот блаженный момент Линда вспомнила свой крик и стыдливо спрятала лицо на широкой и влажной от пота груди своего мужчины. Она боялась услышать иронию в его голосе, боялась насмешки, пусть доброй, пусть нежной, но все равно смертельной…
Коннор Брендон молчал. Тихо гладил черные волосы Линды и молчал.
Потом он отнес ее в спальню и лег рядом с ней. Сознание Линды было затуманено, тело пело от блаженной усталости, и не было сил даже на то, чтобы удивиться молчанию Коннора, чтобы спросить его, как они будут дальше…
— Спи, Линда.
Линда заснула.
Это было удивительное ощущение — проснуться счастливой. Линда повернула голову и поцеловала смуглое плечо Коннора. Солнечные лучи заливали комнату золотом, и золото кипело в глазах мужчины рядом с ней. Слегка охрипшим со сна голосом Коннор произнес:
— Вот то, о чем я мечтал в тот самый первый раз. Проснуться рядом с тобой и обнять тебя… Когда ты сказала, что ничего не помнишь, я решил, что это уловка, попытка контролировать ситуацию, сбить меня с толку. Я был в ярости, но отдавал должное твоей изобретательности.
Коннор обнял Линду и притянул к себе.
— …Потом я понял, что ты не врешь. Решил, что занятия любовью вызвали у тебя шок. Это меня даже обрадовало — ведь теперь ты ничего не помнила о Нике. Я ревновал тебя…
— Джой была права. А потом ты поверил тому журналисту. Насчет Френка и меня.
— Не знаю. Для начала я решил держать дистанцию, потому что, когда ты дотрагивалась до меня хоть пальцем, мозги мне отказывали. Я хотел тебя, Линда. Больше жизни! Именно тогда я и понял, что между нами существует нечто большее, чем простое влечение тел. Я взглянул в твои глаза и увидел в них холод и отчуждение. Тогда я чуть с ума не сошел от ярости. Мне казалось, я ненавижу тебя, но я полюбил тебя еще сильнее…
— А теперь?
— А теперь я думаю о нашей свадьбе. Я люблю тебя, королева. Если бы ты не пришла сегодня, я бы приполз к тебе сам. Ползком.
— Думаю, мне бы это понравилось…
— Не злорадствуй. Линда… Ты — это все, чего я хотел в жизни.
Линда молча смотрела ему в глаза и тонула в их огне. Она бережно поцеловала красиво очерченный рот, высокие скулы, волевой подбородок…
— Я люблю тебя, Коннор Брендон. Даже потеряв память, я знала, что люблю тебя, всегда любила, буду любить до самой смерти…
— Линда, я люблю тебя и клянусь…
— Не клянись! Мне не нужны клятвы. Я верю тебе и без них. Я люблю тебя.
— Я люблю тебя — сегодня и завтра, через год и через жизнь, я никогда не оставлю тебя и никогда не предам, как твой отец и Ник Чериш. Я люблю тебя, Линда. Пожалуйста, верь мне.
Линда поверила. Нет, не так. Она точно знала, что это правда.
Эпилог
— Бабушка, а ты знаешь, чем кончилась сказка про Снежную Королеву?
— Конечно, внучка, это все знают. Герда взяла своего названого братца Кая за руку и повела домой, а злая Снежная Королева…
— Бабушка, да она же вовсе не злая была! И кончилось не так. Вот слушай. Я тебе расскажу…
…Когда Снежная Королева поняла, что осталась одна на всем белом свете, ей стало так больно, так больно, что ледяное сердце не выдержало и стало таять. Оно таяло и болело все сильнее и сильнее. И тогда Снежная Королева побежала. Она бежала и кричала от боли, а ледяное сердце болело все сильнее!
Снежная Королева пробежала весь свой дворец насквозь и взобралась на самую высокую ледяную гору. Посмотрела на солнышко и сказала: «Раз не умею я любить так, как любят живые люди, то и жить мне незачем».
Разбежалась и прыгнула вниз с ледяной горы. В этот миг все ее ледяное сердце растаяло и стало настоящим, как у людей. И тогда Снежная Королева вся стала, как люди, только очень бледная. А сама все летит с высокой ледяной горы и летит. Увидел ее Король-Орел и влюбился в тот же миг. Полетел на быстрых своих крыльях, подхватил Снежную Королеву и спас. Унес он ее в зеленый лес на далекий остров, где даже зимой цветут алые цветы, и там стала она ему женой. Любили они друг друга по-настоящему, так, как живые люди умеют любить, и Снежной Королевой Король-Орел ее больше никому не разрешал звать.
— А как же он ее звал?
— Ну… Белоснежкой, наверное? Хорошая сказка, бабушка?
— Спи, маленькая.
КОНЕЦ