ЧВК «Пересвет». Книга вторая (СИ)

Я разлил травяной чай по деревянным кружкам, и мы устроилась рядом с печью — Виталик в кресле-качалке, София и я прямо на полу, у огня. Благо термокостюмы надёжно защищали от идущего снизу холода.
Настало время держать военный совет.
Я рассказал о своём проколе с радио. София покачала головой, а потом сказала:
— Думаю, что это уже неважно. Они всего лишь получили подтверждение, что шагоход угнан. Скорее всего за нами уже выслали отряд.
— Согласен, — Виталик допил чай и зачерпнул из котелка ещё порцию. — Нас догонят. Это вопрос времени.
— Да. Мы двигаемся недостаточно быстро, люди устают, — констатировала факт София.
— И когда закончится эта проклятая буря непонятно, — сказал я. — Мы не успеем до конца третьих суток.
— Если не свяжемся с Шефом, то он уйдёт, — Виталик озвучил горькую правду. — Я его знаю.
— К чёрту! Давайте мякнем ему по рации! Всего-то дел!
— Не выйдет. По крайней мере пока бушует непогода, — покачала головой София. — Наша броня экспериментальная разработка. Она заточена на поддержание связи через спутники. Обычные радиопередатчики в ней тоже есть, но они не отправят сигнал на сотню верст, ещё и в такой снег.
В домике повисла тишина, лишь потрескивали дрова в каменной печи. София сидела у огня и грела ладони, Виталик с задумчивым видом покачивался в качалке. Я подошёл к окну и наблюдал за беснующейся погодой.
— Выход у нас ровно один, — мои слова нарушили затянувшееся молчание.
— Я не брошу этих людей, — безапелляционно заявила София. Её глаза были полны решимости. Чёртов гуманизм!
— Ничего другого я и не ожидал, — улыбнулся я. — Нет, мы никого не бросим. Но нам придётся отправить гонца к Шефу.
Мы с Софией переглянулись и одновременно перевели взгляды на Виталика.
— Да, я так и понял, что речь обо мне, — он шутливо отмахнулся. — Иди Виталик за подмогой, ты всё равно не пилотируешь шагоходы, да?
— Совершенно верно, — кивнул я.
— И пропустить всё веселье?
— Ты и так уже взорвал целую базу противника и завалил два шагохода! Оставь что-нибудь и коллегам.
— Хорошо, — Виталик хлопнул себя по коленам и рывком поднялся с кресла. От этого движения оно жалобно скрипнуло. — Тогда мне лучше выходить прямо сейчас.
— Да. Промедление смерти подобно.
Я помог ему запаковаться в бронированный экзоскелет. У двери Виталик повернулся и сказал ту же фразу, что и Шеф:
— Не прощаемся.
А затем он вышел за порог и растворился в ночной непогоде.
Я некоторое время постоял у открытой двери, а затем вернулся к печи и сел рядом с Софией.
Огонь странная штука — он может как разрушать, сжигая всё до тла, так и делать мир вокруг себя уютней, подчас значительно.
Вот и сейчас мы сидели в чужом доме, из которого хозяев забрали силком и, скорее всего, съели. За окном завывал ветер, а у горящего в печи огня всё равно чувствовался уют.
София положила мне на плечо голову. Я чувствовал запах её волос.
— Как думаешь, у нас всё получится? — спросила она через некоторое время.
Не знаю, что именно она имела в виду — вернутся из этой затянувшейся передряги живыми или же что-то другое, гораздо более личное, но ответил с уверенностью в голосе:
— Мы сделаем всё, что в наших силах. А если понадобиться, то даже больше.
Услышала ли София мой ответ или нет, осталось для меня тайной, потому что несколько секунд спустя я понял, что она уснула. Я аккуратно положил её голову себе на колени, прислонился к стене и закрыл глаза. Сил на борьбу с усталостью у меня уже не оставалось.
Проснулся я от того, что меня трясут за плечо.
— Маер хаул веди коди! Маен амсер и файнд аллан, — повторял седовласый предводитель аборигенов.
— Уже утро? — я сел рывком. Голова моментально начала соображать, вспоминать прошедшие события. — Черт… Да, пора отправляться в путь. Спасибо, что разбудил!
Настала моя очередь будить спящих. Точнее спящую.
Я легонько потряс Софию за плечо. Она перевернулась на другой бок, затем так потянулась, словно спала не на полу и моих коленях, а в уютной постели.
— Просыпайся, соня, — сказал я с ласковым ехидством.
 
София, услышав мой голос, резко открыла глаза и поняла, что лежит на моих коленях и перед ней нижняя часть моего живота.
Она резко села и принялась поправлять растрепавшиеся волосы. Я видел, как раскраснелись её щёки.
— Что-то меня вчера вырубило, — пробормотала она. — Не помню, как уснула.
— Такая же ерунда, — соврал я, хотя прекрасно помнил вчерашний вечер. — Нам пора выдвигаться.
Непогода и не думала отступать. Я не припоминал столь затяжных буранов, длящихся сутками в своём родном мире. Они, конечно, случались, и даже бывали сильнее этого, но не столь были продолжительными. Может быть это особенность погоды этого измерения, а может какая-то аномалия.
Наши подопечные уже собрались на заметённой площади в центре деревни. У многих в руках были тюки и мешки с нехитрым скрабом, забранным из пустых домов.
Завидев нас многие начали перешептываться, другие читать на распев молитвы, но абсолютно все смотрели на нас со смесью страха и надежды.
Впереди всех стоял седовласый лидер. Он поприветствовал нас с важным видом, хотя видел всего несколько минут назад.
— Зарабатывает политические очки, — ухмыльнулся я.
— Люди везде одинаковы, — согласилась со мной София. — Даже не знаю, хорошо это или плохо.
— Зато это делает всех нас предсказуемыми. Вот с этими уродами-людоедами что-то пошло не так. Сбой в ДНК или ещё какая хрень и бац — подавай им человечину на завтрак, обед и ужин.
— И не поспоришь, — согласилась София.
Мы залезли в свои шагоходы. Первым делом я бросил взгляд на радар — пока всё было пусто.
— Ну, погнали, — проворчал я и взялся за рукояти управления.
Хотя погнали это было громко сказано. Шагоходы еле плелись друг за другом, протаптывая путь аборигенам. В результате у нас получалась скорость обычного пешехода.
Мало того, каждые четыре часа отряд вынужден был делать остановку на получасовой отдых — идущие пешком люди уставали от долгого перехода по снегу, пусть даже утоптанному машинами.
Вечером третьего дня мы остановились у небольшой рощицы на короткий ночлег.
Погода вдруг резко переменилась — снег и ветер прекратились, похолодало. Облака рассеялись, открыв взору усыпанный звездами небосвод.
София забралась в свой шагоход, но через минуту выбралась. По её лицу было понятно, что новости будут скверными.
— Ваша светлость, эти плотоядные твари идут за нами, — сказала она, подойдя ко мне. — Пара часов и они будут здесь.
Честно говоря, я ожидал подобного исхода нашей авантюры, хотя и надеялся на лучшее. Бежать уже бесполезно, нужно принимать бой. Это лучше, чем получить удар в спину, питая ложные надежды на спасение.
— Сколько их, — спросил я.
— Много, ваша светлость.
— Тогда будем готовиться к встрече.
Я отыскал седовласого лидера. Нужно отправить их отсюда прямо сейчас, без промедления. Снова пришлось пускать в ход жесты, но в конце концов я смог донести до него всю серьёзность ситуации.
— Кодвич, бобл! — заорал седовласый. — Мае перигл юн агос, мае анген ини адаел хюн о брюд!
Что бы он не сказал, но к его словам прислушались. Люди поднимались со своих мест, хотя и были измождены переходом.
Я указал лидеру направление, в котором ему нужно было вести свой народ. Если им повезёт, то они встретятся с отрядом Шефа и Виталиком, если нет…
Мы пожали руки и седовласый отправился в путь. Он шёл впереди всех, пробивая дорогу в глубоком снегу для остальных, как и подобает настоящему вожаку.
  
Глава 4
 
— Связи нет, — сказала София после нескольких безуспешных попыток вызвать Шефа через оптическую связь. — Я даже не уверена, пережили ли эти го птички непогоду.
— Значит, мы сами по себе, — резюмировал я.
— Какой у нас план, ваша светлость?