Маша без медведя 2 (СИ)

— Вы меня окончательно запутали, — признался хозяин.
— Это же прекрасно, — я усмехнулась. — Давайте ваш перстень, Евстафий Ильич, и я обещаю, что не буду откусывать этот вкусный бриллиант, как бы мне ни хотелось…
Мы ещё раз обсудили список функций нового артефакта, и я начала работу.
Закончила я поздно. За окнами стоял тёмный январский вечер, больше похожий на ночь. От ужина я отказалась — хотелось скорее домой. В смысле — в гимназию, успеть немножко поболтать перед сном с подружкой.
Благодарный ювелир выложил передо мной на стол тиснёный кожаный ридикюль на длинном шнурке:
— Прошу. Главное — внутри.
Я открыла застёжку-фермуар* и заглянула внутрь.
*Фермуар — обычная перекрёстная защёлка
на кошельке или сумке,
украшенная двумя бусинами
(как правило, металлическими).
— Ух ты! А это не много?
— Опасаюсь, как бы этого ни было мало. Вы не представляете, каково это — жить, ежедневно, из года в год, смиряясь с собственной… неполноценностью.
Я вспомнила взгляды, которые бросали на меня гертнийские одноклассники, и захлопнула ридикюльчик:
— Отчего же. Отлично представляю.
— А это, — ювелир торжественно раскрыл ладонь, — за вашу сегодняшнюю работу.
Я снова хотела было возопить, что это слишком много, но потом вспомнила, что подобная услуга для этого мира является эксклюзивной — и не стала.
Аккуратный золотой браслет с цветами и листочками, переливающимися разноцветными гранями камней, приятным образом гармонировал с риталидовым гарнитуром, пусть и немного отличался оттенком металла. И что самое примечательное — в центральное овальное звено были встроены крошечные часики! Мечта моя!
— Ой, с часами это вы вообще угадали! И очень красиво, благодарю, — я повесила ридикюль через плечо и позволила хозяину застегнуть мне браслетик. — Евстафий Ильич, я загляну к вам где-то через недельку, убедиться, что всё идёт должным образом. Никаких неожиданностей, вроде бы, не предвидится, но всё же. А ту каменюку отдайте этим, пусть тешатся. Да расскажите им про мои виды, — я на пару секунд задумалась, — да и про то, что зловредного духа из Сергея я изгнала на другую планету, тоже можете рассказать, иначе не отстанут ведь. Только в общих чертах.
— А это не повредит вам?
— Вряд ли. Кроме того, в противном случае они начнут додумывать, и, подозреваю, выдумают невесть что.
— Хорошо, как скажете.
— И не сочтите за труд, велите горничной открыть окна для проветривания…
СВОБОДНЫЕ ПОЛЁТЫ
Несмотря на то, что время ужина давно прошло, летела я в отличном настроении. Ожерелье у меня теперь есть, в приданом Маруси накопителей для неё тоже предостаточно, так что несколько пухлых пачек местных банкнот явно не мелкого достоинства (да ещё, если присоединить к ним выручку за картину…) придавали мне энтузиазма. Я отчего-то была уверена, что за такие деньги я и дом себе смогу купить, не то что понравившуюся девчачью мелочь.
И я решила не отказать себе в удовольствии и пролететь над центром — и, может быть, даже съесть что-нибудь вкусненькое в ресторане, который (как говорил Баграр) на меня посмотрит. Город был шикарен! Начать с того, что кроме трамвайных линий и время от времени перегораживающих улицу растяжек рекламных объявлений, больше никого в воздухе не было. Это вам не Гертния с принудительно ограниченной скоростью полётов в жилых районах!
Рестораны имелись в ассортименте. С учётом позднего времени и погашенных вывесок магазинов, они особенно выделялись своим сиянием. Но пока как-то… пафос, пафос, а мне хотелось что-нибудь более живого и интересного. И тут я вспомнила, что кажется видела на набережной корабль, прямо целиком переделанный под ресторан. А вот это было бы занятно!
Я свернула на боковую улицу, которая, если я не ошибаюсь, должна была вывести меня поближе к нужному пункту. Пролететь со свистом, что ли? Вроде бы, впереди растяжек нет.
Я начала разгоняться, ускоряясь всё больше и больше, пока ветер не засвистел в ушах — и вдруг затормозила так резко, что меня чуть не опрокинуло на месте.
 
Среди припаркованных на стоянке автомобилей была и машина Сергея — сине-металлический искристый ягуар.
Интересно-интересно…
 19. ПОХОЖДЕНИЯ 
ВОТ ТАК
Не знаю, почему «ягуар» — модель такая или фирма, я не поинтересовалась. Как по мне, на гнутую сплющенную сосиску он был похож гораздо больше, чем на ягуара. Но по сравнению с прочими машинами выглядел круто, тут уж не отнять.
Я задумчиво сделала круг над местом. Если не Сергея — то очень похожа. Свалиться на голову, сделать сюрприз?
Здание рядом с парковкой тоже как будто бы напоминало ресторан — изнутри доносилась музыка. Только вот окон не было. Что бы это значило?
Я влетела в распахнутые высокие двери над головами охранников, удивлённо придержавших свои фирменные фуражки от порыва ветра.
Так-так, непохоже чтобы это заведение было из разряда респектабельных. Но и не дешёвое — нет, не подумайте. Скорее, это было что-то для богатеньких сынков, желающих почувствовать себя плохими мальчиками. Насчёт богатеньких дочек я не уверена; девиц внутри толклось предостаточно, но не исключено, что они здесь просто… кхм… работали.
Тут было темно, как в каком-нибудь подвале. И накурено. И вообще странно.
Ярче всего — маленькими жёлтыми лампочками — была освещена тесная эстрадка, на которой стояли три стриженных по плечи, ослепительно белокурых девицы. Крашеные — сразу поняла я. И кудри у них были странные, у каждой ровно три совершенно одинаковых волны справа. Но примечательным были не столько волосы, пусть и перетянутые жемчужными повязками, чего я ни у кого раньше не видела, а платья. Бархатные чёрные платья, очень открытые сверху (по сути, как корсет) и очень короткие снизу. Подол (если можно так назвать столь ничтожный лоскут ткани) едва прикрывал трусы. При условии, что они были, конечно, эти трусы, а то при такой обстановочке всякое можно заподозрить. А чтобы выдержать нормы приличия по длине юбки, дополнено это «платье» было подшитой по низу бахромой, спускающейся прозрачной чёрной лапшой чуть ниже колена.
За спинами девиц теснился оркестрик, и исполняли они все вместе что-то квакающее и тягучее. Между разбросанными столами и столиками кучно танцевали пары, довольно откровенно обтираясь друг об друга. За столами мало ели, зато много пили, курили и публично лапали женщин. Кое-где играли в карты.
Что-то мне не очень здесь нравится. Я медленно обернулась вокруг себя, всё ещё зависая под потолком.
О! А вон и Серёжа… Я хотела сказать: «Серёжа мой», но поняла, что нет. Не мой.
Сергей несколько расхлябанно смеялся и тянул за собой девицу с лаково блестящими волосами. За столик повёл, м-хм. Платье у неё было почти как у тех трёх певиц, только золотое и на бретельках. Ну и, может, на пару сантиметров подлиннее.
Он упал на диван и притянул девушку, усаживая её к себе на колени. С минуту я смотрела, как он оглаживает её по всяким конечностям и заглядывает в декольте, оттягивая платье — и гадала: почему же не срабатывает моё «оружие возмездия», которое я слепила на фоне звона в голове, после «Метрополя». А-а-а! Не активировано!
Я прищёлкнула пальцами, запуская формулу — не пропадать же добру! Хоть посмотрю, как это работает. Приземлилась на диван напротив этой сладкой парочки и любезно спросила:
— Не одна я, оказывается, живая и настоящая, да?
Они прервали своё увлекательное занятие, и девушка обернулась ко мне, сильно выворачивая шею:
— Серёжа, это кто-о? — обиженно спросила она, но тут моё бредовое творение заработало. Девушка вытерла пальцами под носом, неверяще посмотрела на результат, после чего сдавленно мяукнула и схватила со стола салфетку, прижала к лицу. Чихнула. Над краем салфетки вздулся зелёный пузырь. Сергей передёрнулся, но его несостоявшаяся пассия этого уже не видела, потому что убегала (предполагаю, в сторону дамской комнаты, а, может, и совсем).