Илартания. В объятиях сна (СИ)

Я лишь покачала головой, понимая, что она и не думала сбавлять голос, рассуждая об этом.
— Меди, тебя не смущает, что ты сидишь в аудитории, заполненной студентами и при этом даже не собираешься говорить потише?
— Да будет тебе известно, — поучительно изрекла она, — прислушиваются как раз к тем, кто старается, чтобы их не услышали.
— Ты неисправима, — мне пришлось обратить внимание на вошедшего преподавателя.
Студенты быстро ко всему привыкают, и уже через пару дней все вошло в привычную колею. Всё, кроме того, что теперь я смотрела все новостные передачи.
Выходные оказались удачными — с подругами мы выбрались в кино, отмечая Сашин отъезд, и проговорили до середины ночи, понимая, что приходится расставаться надолго. Да и гарантии, что подруга вернётся обратно, не было никакой. Она уезжала через два дня и категорически запретила её провожать, аргументируя это тем, что неконтролируемые рыдания ещё никому не шли на пользу. После долгих уговоров мы с Меди всё-таки согласились и прощались с ней заранее.
Первый учебный день новой недели начался с хмурого свинцового неба над головой. Меди заехала за мной на машине, которую обычно игнорировала, но даже это не смогло поднять нам настроение. Устроившись на своём месте, я положила голову на сложённые перед собой руки. Мне плохо спалось этой ночью, и глаза то и дело пытались закрыться в попытке наверстать упущенное. Как назло, пара для этого оказалась самой подходящей — историю мира, которую нам читали на каждом курсе, студенты давно выучили наизусть.
Меди уже вовсю с кем-то переписывалась, когда я ощутила легкую вибрацию — на таблер пришло новое оповещение. С тяжёлым вздохом оторвав голову от стола, я подперла её рукой и со скучающим видом открыла сообщение с неизвестного номера.
— Триш, с тобой всё нормально? — голос Меди звучал глухо, словно у меня заложило уши и, тряхнув головой, я вернулась в реальность.
Слов явно было бы недостаточно, поэтому я молча потянула её за руку, заставив придвинуться вплотную, и взглядом предложила прочесть.
Всего две строчки, а какой эффект! По мере прочтения у неё всё выше взлетала бровь, а, переведя взгляд на меня, она открыла рот, закрыла его и всё, что смогла мне ответить было малоинформативное:
— Мда…
«Надеюсь, что погода не помешала твоему учебному рвению. Как у тебя дела? В. В.»
Сложно усомниться в личности адресанта, если незамысловатое «В. В.» вписано в круг, где вздыбленный лев опирался на саблю. А это, на секундочку, герб Илартании.
— Ну… ты же не рассчитывала, что он о тебе забудет? — пожала плечами Меди, словно не произошло ничего особенного.
Я не то чтобы рассчитывала или нет, просто была уверена, что, если он и вспомнит обо мне, то не так быстро.
— Что думаешь ответить? — поинтересовалась Меди, заглянув и убедившись, что за несколько минут я не набрала ни знака в ответ.
— Понятия не имею, — абсолютно честно отозвалась я и перевела на неё растерянный взгляд.
Тут ещё и таблер подал признаки жизни, предлагая добавить номер в список контактов. Под каким именем, интересно? Смущало и то, что и он, и я находились онлайн и моё слишком долгое молчание выглядело по-идиотски. В конце концов, у него что, дел других с утра пораньше нет, кроме как интересоваться как у меня дела? Раздражение помогло собраться и взять себя в руки, хотя вот уж кто, а он вряд ли виноват в том, что от мимолетного взгляда на экран у меня втрое чаще забилось сердце.
«Доброе утро. Благодарю, всё в порядке. В третий раз историю мира слушать уже не так интересно. Как проходит ваш день? Т. М.»
Меди, мельком прочитав мой ответ, фыркнула и демонстративно закатила глаза, выражая своё отношение к моим писательским талантам.
Ну, а что ещё я могла ответить?
«Ваш?
Вряд ли история мира скучнее, чем очередной доклад министра хозяйств, до запятой копирующий пять предыдущих. В. В.»
И снова последние буквы красиво вписаны в герб страны. Серьёзно?!
Я понимаю, что данную конкретную переписку шифруют так, что вероятность взлома исключена в принципе, но инициалы на фоне символа страны? Из груди вырвался смешок.
 
— Я его понимаю, — Меди усмехнулась и пояснила, — твой формализм временами доводит до бешенства, а, учитывая близость ваших отношений, меня бы это тоже раздражало. Хотя, — она с сомнением взглянула на меня, задумалась, но всё же продолжила: — Как способ удержать его интерес это отличный приём — постоянно напоминать о том, что, в сущности, он тебе никто.
— Вот об этом я думала в последнюю очередь! — возмутилась и поймала на себе недовольный взгляд преподавателя. Виновато улыбнувшись, наклонилась к ней. — Ты сама-то как вела бы себя на моём месте?
— На твоём месте, — шепнула она мне прямо в ухо, — я бы не тормозила и та ночь простыми объятиями не закончилась бы. Впрочем, — обычным голосом продолжила Меди, не дав мне возможности ответить, — в этом случае он забыл бы обо мне после нескольких таких ночей. Уверена, что у него нет недостатка в таких вешающихся на шею дурочках.
«Не уверена, что подобное обращение уместно при данной форме общения».
— Триш, я понимаю, что общение с мужским полом у тебя состоит в основном из друзей брата, которые и дышать в твою сторону боялись, но вот этой фразой ты сейчас недвусмысленно так намекаешь на желание пообщаться вживую.
Меди тихо рассмеялась, увидев выражение моего лица.
— Как по мне, переписывать не стоит, — призналась она, — порадуешь мужика. И лично у меня никаких сомнений, что в этом случае возможность встречи представится очень быстро.
Недовольно посмотрев на веселящуюся подругу, я решительно стёрла готовое сообщение.
«Для меня это трудно, особенно, принимая во внимание разность нашего положения.
Уверена, что энар Маркс был бы крайне огорчен подобной оценкой. Т. М.»
— Вы ещё темпы инфляции обсудите, — хмыкнула Меди. Кажется, я зря предоставила ей возможность наблюдать за наше перепиской.
Прошло несколько минут. Ответа всё не было и это огорчало даже несмотря на то, что, в отличие от меня, у него полно действительно важных дел. С трудом, но я всё же заставила себя сосредоточиться на лекции.
Следующее сообщение пришло во время обеда. Меди, увидев моё выражение лица, перегнулась, посмотрела на экран и многозначительно приподняла брови.
«Хочешь, я приеду?»
— Ну и как, хочешь? — глядя на меня с ласковой улыбкой, спросила она.
— Издеваешься? — аппетит пропал будто его и не ночевало.
И будь на его месте любой другой мужчина, я бы не раздумывая согласилась, а сейчас не могла написать ни слова. Потому что отчётливо понимала, стоит согласиться или хотя бы намекнуть на согласие и он приедет, а сейчас его приезд пугал гораздо больше вероятности, что я могу никогда его больше не увидеть.
Я не могла себя понять, не могла определиться, чего действительно хочу, а в таком настроении нам лучше не пересекаться.
— Триш, он ведь ждёт, — напомнила Меди без капли веселья в голосе и я видела сочувствие в её глазах.
— Ты же всё понимаешь, — грустно улыбнувшись, я выключила таблер, оставляя последнее сообщение без ответа.
Следующие пару дней прошли спокойно — Саша добралась до Гармии, но последнее сообщение от неё оказалось исключительно нецензурным. Все нелестные эпитеты адресовались в адрес профессора по международным аспектам современной мировой политики, но что конкретно у неё случилось мы с Меди так и не поняли — после этого она перестала отвечать на звонки и сообщения.
А следом за этим нас затопило. Осознали мы это не самым приятным образом — среди ночи Клеверис разбудила нас воем и предупреждением о наводнении. Наводнении! Притом, что ближайший открытый водоём находился в сутках езды!
Правда, умный дом оказался всё-таки прав, наводнение, действительно, произошло.
В одном конкретном доме.
Нашем.
На следующее утро, злая и невыспавшаяся, я встречала установщиков новой системы водоснабжения и настройщиков Клеверис, слишком уж поздно подавшей сигнал. К счастью, закончили они быстро и вечером, после возвращения родителей, я отчиталась, что всё прошло успешно, и поднялась к себе. Меди настаивала, чтобы на выходные мы уехали с её знакомыми за город и я не то чтобы сопротивлялась, но и желания особого не испытывала.