Ложная девятка 2 (СИ)

О чём говорить, если нынешний главный технарь советского футбола, Фёдор Черенков, играл как раз за красно-белых.
Это говорило о том, что Бесков и другие тренеры «Спартака» умели работать над техникой своих игроков. Русяев тому пример. Петров и Левандраускас добились куда меньшего прогресса в освоении «эластико».
И как бы это не вышло нам боком! Само собой, что я имею в виду не молодёжную сборную, а «Торпедо». Сейчас Миша освоит этот финт, потом покажет его Черенкову, и у того «эластико» наверняка будет проходить на стабильной основе, и он получит в свой арсенал еще один очень эффективный приём, и «Спартак» получит еще немного голов в свой актив.
  
А там, глядишь, «эластико» еще и назовут финтом Черенкова. Фёдор всё-таки один из самых популярных игроков страны и признанный технарь.
И если с первым я поделать ничего не мог, то смириться со вторым никак невозможно. Может быть, это глупое тщеславие, но надо, чтобы это был финт Сергеева!
А для этого необходимо первым положить в ворота соперников пару-тройку мячей после «эластико».
Претворять в жизнь этот план я решил уже в товарищеской игре с ГДР, а уж когда вернусь в «Торпедо», то постараюсь развернуться во всю ширь плеч.
С шириной плеч у меня, кстати, всё лучше и лучше. Ярослав и до моего вселения, назовём это так, был парнем не маленьким. А уж когда я активно начал работать над физической формой, то пошёл набор мышечной массы. Само собой, что я не собирался превратиться в качка — выносливость от этого пострадает так сильно, что все плюсы силы можно будет списать в утиль.
Но и без этого никуда. Ведь развитая мускулатура — это не только сила, это еще и, если можно так выразиться, устойчивость к травмам. А так как бить меня будут сильно и часто, без этого никуда.
Если буду слабым, то почти наверняка травмы станут моими постоянными спутниками. А если нет, то наоборот — откроются дополнительные возможности. И пример подобный я знаю.
Само собой, что я про Криштиану Роналду. Он же в начале своей карьеры был хоть и умным и техничным футболистом, но слабым. А когда плотно занялся собой и стал тем самым Роналду времён «Реала», то его арсенал сильно расширился. Взять хотя бы игру головой — прыжок он себе прокачал очень здорово. А это невозможно без физической силы.
В целом мне сбор молодёжной сборной понравился. Можно даже сказать, что очень. После первой тренировки, когда мне пришлось невольно выступить чуть ли не тренером, я опасался, что меня могут счесть заносчивым засранцем, но всё обошлось. Атмосфера в сборной царила очень доброжелательная.
И в немалой степени это заслуга Николаева и Игнатьева, причём последний прикладывал к этому куда больше усилий.
Борис Петрович вообще произвёл на меня самое благоприятное впечатление. Пожалуй, что он куда лучший специалист в тактико-технической подготовке игроков и в том, что касается мотивации. Даже странно, что не он главный тренер.
Сама база мне тоже понравилась. До той функциональной роскоши, которой славился Новогорск в будущем, его нынешней версии, конечно, далеко. Пока что он мало похож на тот многофункциональный круглогодичный центр подготовки сборных команд, которым станет в десятых годах следующего века.
Но всё равно, если говорить о нынешнем времени, всё необходимое здесь было.
Бытовые условия на базе тоже оказались на уровне. Пожалуй, что тут комфортнее, чем на Восточной улице.
А вот кухня подкачала. Кормили сборников хуже, чем игроков «Торпедо». В плане ассортимента тут всё неплохо, грех жаловаться. Но у нас вкуснее!
И само собой, что ни о каком балансе КБЖУ и правильном питании тут даже не думали. Впрочем, это общая тема для всего советского спортивного общепита сейчас.
Но это мне даже нравилось! Помнится, у нас в «Интере» была диетолог, Джорджина. Девушкой она была, конечно, просто огненной, если говорить о внешности.
Но вот пунктик на веганстве и её фанатичные попытки изменить меню футболистов «Интера» доставили нам немало проблем.
Хорошо хоть у Пирло, нашего тогдашнего главного тренера, хватило ума и возможностей, чтобы Джорджина, племянница владельца клуба, оказалась в итоге за воротами базы.
Сборы в Новогорске пролетели очень быстро, и утром четвёртого сентября мы на очередном «Икарусе» отправились в Шереметьево, чтобы на регулярном рейсе «Аэрофлота» отправиться в Берлин.
Полёт получился коротким и мало запоминающимся. Я вообще самым бессовестным образом проспал всю дорогу. Вот как только самолёт набрал высоту, так я и уснул, и проснулся, когда командир экипажа объявил о том, что мы приступили к снижению.
В главном аэропорту ГДР нас ждал самый минимум бюрократических процедур, а потом сборная погрузилась во «Флейшер С5», восточногерманский автобус, и мы поехали в сторону Дрездена.
Немецкие дороги, кстати, произвели на меня куда большее впечатление, чем советские. И нет, не своим качеством — с ним и в Союзе плюс-минус нормально, само собой там, где я был, — а тем, какие машины я увидел.
Никакого тебе засилья «Мерседесов», «БМВ» и прочих «Фольксвагенов». Нет, они тоже встречались, но куда реже, чем можно было ожидать. Куда больше здесь было «Трабантов», «Вартбургов» и прочих восточногерманских марок.
Само собой, что по-другому и быть не могло, но у меня, видимо, сработали своеобразные установки в голове. Раз я в Германии, пусть даже и в ГДР, то и машины должны быть тех марок, что я помнил по прошлой жизни.
Игра с молодёжкой Восточной Германии должна была пройти не в самом Дрездене, а в достаточно скромном городке Пирна, недалеко от границы с Чехословакией. Он показался мне уютным, а если еще и ратушу да и вообще центр как следует привести в порядок, то и вовсе Пирну стоило бы назвать очень красивой.
А вот стадион, вернее стадиончик с пафосным названием «Стадион немецко-советской дружбы», откровенно подкачал. Он всего на две тысячи зрителей, и условия тут спартанские. «Торпедо-ЗИЛ» на его фоне просто дворец.
Хорошо хоть к газону в Пирне никаких нареканий ни у кого не возникло. Он как раз лучше, чем тот, что лежал на «Торпедо».
По приезду в Пирну мы провели тренировку, а потом пришёл черёд культурной программы. Как-никак мы же считай в Дрездене. А этот город знаменит не только тем, что его чуть было не стёрла с лица земли авиация союзников во время войны.
Главной достопримечательностью Дрездена всегда и по праву считалась его картинная галерея. Вот туда-то мы и отправились.
И надо сказать, что не зря. Такой красоты я давно не видел. Галерея меня просто потрясла. Само собой, что у нас в России, ну или пока еще в Союзе, есть свои музеи, которые ну никак не хуже, а скорее даже лучше. Один Эрмитаж чего стоит.
Но почему-то именно Дрезденская галерея меня потрясла. Вернее, это сделала «Сикстинская Мадонна» Рафаэля, рядом с которой я как дурак простоял битых полчаса с открытым ртом.
Стоял бы и дольше, но не получилось. Всё-таки мы тут не просто так гуляли, а в составе организованной группы, да еще и с обязательным экскурсоводом.
Который посвятил достаточно много времени не только рассказам об экспонатах музея — история взаимоотношений галереи и Советского Союза тоже была рассказана ну очень подробно. Иногда даже казалось, что рассказ о том, как мы спасали эту галерею и её экспонаты, и был главной целью нашей экскурсии. Хорошо хоть гид попался с живым и образным языком. Слушать его было интересно.
После галереи у нас было еще и свободное время, которое команда посвятила прогулке по Дрездену, а потом мы отправились в гостиницу.
Чтобы утром провести тренировку уже в Германии. Всего их у нас предполагалось три. Две сегодня, утренняя и вечерняя, и одна в день игры, завтра.
И на этой утренней тренировке к нам неожиданно присоединился еще один игрок. Я бы даже назвал его легионером. Неожиданно самым возрастным игроком сборной в завтрашнем матче стал Александр Колповский, который играл в восточногерманском клубе Шталь из Тале, городишки в Саксонии.