Звезды южного неба

Эстелла кивнула, а ее настроение резко упало.
— Увидимся на танцах, — крикнул ей многозначительно Рег.
Эстелла не ответила. Она еще не знала, пойдет ли на танцы. Ей было тяжело осознавать, что такие люди, как Энни, у которых и без того совсем нет лишних денег, ставят на Звездочета. И если он не выиграет, то она лишится и того ничтожного уважения, которое смогла заслужить. «Я буду нужна Кенгуру-кроссинг, как еще одна засуха», — мрачно проговорила Эстелла про себя.
— Привет, Эстелла, — крикнул ей Чарли, когда она вошла в бар. Мужчины у стойки обернулись и поприветствовали ее.
— Как там дела у Звездочета? — спросил ее Барни Эверетт.
— Ему намного лучше.
— Вы его недооцениваете… и себя, — сказал один из мужчин. — По словам Марти, сегодня он проскакал милю за минуту сорок. Для нашего ипподрома это рекорд.
— Нам он этого не говорил, — взволнованно воскликнул Чарли.
Ощутив смесь гордости и отчаяния, Эстелла бросила злой взгляд на Чарли. Она не хотела, чтобы и он оказался захвачен этим ажиотажем вокруг Звездочета, но, кажется, было уже поздно.
— Одна из моих кобыл последнее время стала хромать, — сказал один из мужчин у стойки. — Вы не могли бы ее осмотреть?
— Буду рада помочь, — ответила Эстелла, обрадовавшись предложению работы.
— Хочешь записать ее на скачки в следующем году, Сирил? — крикнул кто-то.
— А почему бы и нет, — ответил Сирил, и, повернувшись к Эстелле, добавил: — Можете не торопиться и заехать ко мне уже после скачек. А сейчас вам лучше сосредоточиться на Звездочете. Мы не можем позволить, чтобы нашего чемпиона обделяли вниманием.
Послышались слова одобрения, а потом мужчины снова стали приветствовать Эстеллу, громко аплодируя. К ним присоединился и Чарли.
Эстелла больше не могла этого выносить. Она подняла руки, как бы прося тишины.
— Послушайте, я очень рада, что лечение Звездочета принесло результаты. Но на скачках в Кенгуру-кроссинг может победить любая лошадь. Уверена, они все прекрасные скакуны…
Мужчины ошеломленно замолчали, а потом вдруг один из них ухмыльнулся:
— Именно так и говорите, Эстелла, когда здесь появятся букмекеры. Вы ведь ветеринар и все такое, поэтому наши шансы выиграть только возрастут.
Жестом Эстелла попросила Чарли отойти к другому концу стойки бара. Барни Эверетт последовал за ними и бросил несколько монет перед Чарли.
— Купи даме что-нибудь выпить за наш счет, — сказал он под одобрительные выкрики остальных завсегдатаев.
— Это совсем не нужно, — запротестовала Эстелла, но Барни настоял на своем.
— Мы знаем, что вы летали на Лангана Даунс и велели Регу и Энни держать свой скот на карантине. А это спасло наших телят, — сказал он. — И мы очень благодарны вам за это. Жаль только, что ничто не спасет их от засухи.
Барни отошел к своим приятелям.
Эстелла посмотрела на Чарли.
Он видел, как она была рада тому, что завоевала доверие скотоводов. Но ему показалось, что ее волновало что-то другое.
— Что будешь пить? — спросил он.
— Лимонад, пожалуйста, — ответила Эстелла.
— Звездочет увеличивает мои доходы, — добавил Чарли, наливая лимонад в стакан. — Я как раз жду Мерфи, он должен вернуться из Квилпай.
— Квилпай?
— Это городок в Квинсленде, к востоку отсюда. Он полетел туда, чтобы привести дополнительный запас пива. Но, думаю, до начала скачек ему еще не раз придется туда смотаться.
— А сколько человек, по-твоему, приедет в город?
— По крайней мере, человек двести. Но, скорее всего, больше. Звездочет заинтересовал очень многих, — Чарли видел, что его племянница не разделяет восторга остальных жителей их городка. — Что тебя тревожит, Эстелла?
— Эти самые скачки, — ответила она недовольным тоном. — Если Звездочет не победит… я стану самым непопулярным человеком во всей Австралии.
— Так он, что называется, верняк, — сказал Чарли легкомысленно.
— В скачках нет такого понятия, как «верняк», Чарли. Ты сам это прекрасно знаешь.
— Он проиграет лишь в том случае, если упадет и сломает ногу. Поверь мне.
Эстелла даже застонала.
 
— Не говори так больше, — пробормотала она. — Даже думать не хочу о том, что мне вдруг придется усыпить героя Кенгуру-кроссинг. Они ведь тогда похоронят меня вместе с ним.
— Не волнуйся, этого не случится.
На какое-то мгновение Эстелла закрыла лицо руками, а потом сделала несколько глубоких вдохов. Ей больше не хотелось думать о скачках.
— Я только что разговаривала с Энни Холл, и кое-какие ее слова навели меня на одну мысль.
— Ты о чем?
— По всей видимости, в этом году у фермеров на юго-востоке штата Южная Австралия излишки корма для скота…
Чарли недоверчиво покачал головой.
— Надо сказать им, чтобы прислали немного сюда, — сказал он нерешительно.
— Именно это нам и следует сделать. Но как это осуществить?
Кажется, Чарли на какое-то мгновение растерялся. Нагнувшись вперед, он прошептал:
— Ты что, серьезно?
— Да. Если они будут не против поделиться своим кормом с местными фермерами, то нужно найти какой-нибудь способ доставить его сюда.
Чарли почесал затылок, а Эстелла уже не в первый раз подумала, что ему неплохо бы постричься или хотя бы регулярно причесываться. Он всегда выглядел неряшливо, а его фуфайка нуждалась в стирке, но, очевидно, Эдна этого не замечала.
— Корм можно привезти на поезде до Марри, но это чертовски далеко отсюда, — сказал Чарли.
— Ну, должен же быть какой-то способ доставить корм в Кенгуру-кроссинг! А сколько всего грузовиков у местных фермеров?
— Грузовиков? К сожалению, не так уж и много. Ну, конечно, грузовик есть у Уэгза. Еще у Феррета Осборна есть старый «додж», на котором он не раз ездил на юг. И имей в виду, на этой дороге он уже не раз ломал себе ось.
— А грузовики из Южной Австралии не могут привезти корм сюда?
— Нет. Все наши припасы из Марри возит Уэгз. Но ему пришлось модифицировать свой грузовик, чтобы пробираться по предательской почве у Гойдерс-Лагун. Любой другой грузовик там сразу же застрянет, — Чарли задумчиво провел рукой по щетине на подбородке. — В первые дни освоения австралийской равнины корм на отдаленные пастбища перевозили афганцы.
— Мерфи говорил мне, что в Марри по-прежнему есть, как он это назвал, «город афганцев».
— Он прав.
— А афганцы все еще держат верблюдов?
— Держат, но не знаю, много ли. Я могу позвонить своему приятелю, Микки Рурку. У него бар в одной из гостиниц Марри. Он должен быть в курсе этих дел. Я и сам слышал, что афганцы по-прежнему иногда возят припасы для геодезистов, работающих в очень отдаленных районах. Поэтому, думаю, верблюды у них есть. И, между прочим, пару месяцев назад они проходили через наш город с караваном верблюдов. Но я их не считал…
— А если у них все-таки достаточно верблюдов, они согласятся привезти корм из Марри сюда?
— Думаю, да. Но как мы сможем связаться со всеми фермерами, у которых избыток корма, и попросить их поделиться им с местными владельцами пастбищ? И как они доставят его к железной дороге?
— Я все еще думаю над этим, — сказала Эстелла, наморщив лоб. — Нам нужно найти способ связаться с ними. Может быть, стоит позвонить президенту местной федерации фермеров или кому-нибудь еще?
— На это уйдет слишком много времени. Он созовет собрание… и к тому времени, как они что-нибудь решат, весь скот здесь уже передохнет, — глаза Чарли расширились. — А помнишь, я говорил тебе, что мне звонили с одной из радиостанций?
— Помню… И что?
— Думаю, нам может помочь радиостанция.
— Чарли, это отличная идея! Диктор мог бы передать просьбу поделиться кормом для скота. Например, в новостях… Я прямо сейчас позвоню на одну из радиостанций в Южной Австралии и прозондирую почву.
Воспользовавшись телефоном Чарли, висевшим на стене в коридоре позади бара, Эстелла позвонила на одну из двух радиостанций Южной Австралии — «5 Эй-Ди». Там ей ответили довольно прохладно. Тогда она обратилась на «5 Кей-Ю», но там ее идеей заинтересовались еще меньше. Она вернулась в бар совсем расстроенная.