Вернись и расскажи. Том I (СИ)

– И это более чем серьёзная причина распечатать ядерные арсеналы, – с грустью в голосе заметил Егор.
– Вот именно, – со вздохом согласился Арам.
– И где же нашлась эта проклятая база инопланетян? – спросил Егор.
Простой, казалось бы, вопрос смутил Арама.
– Ну-у-у…, – медленно протянул Арам, – вот тут всплыла самая главная нестыковка. Из подслушанного разговора я понял, что база нашлась на Аните, на местной Луне. Только тогда не ясно, что именно произошло над Митизаной. Это вообще дальний космос.
– А потому ты и сам до конца не уверен, что вся эта история с целой базой инопланетян есть истинная причина грядущей ядерной войны, – Егор довёл до конца цепочку логических рассуждений друга.
– Ну да, – Арам развёл руками, – почему и не стал тебе говорить. Я подумал, что если это правда, то рано или поздно мы всё узнаем и так, причём абсолютно точно. Но, в любом случае, война грядёт. И почему-то именно этот факт гложет тебя сильней всего. Я никак не могу понять, с чего это вдруг? Ведь изначально было ясно, что война будет.
Разговор вернулся к тому, с чего начался. Егор присел на нижнюю шконку. Арам тут же плюхнулся рядом.
– Видишь ли, Арам, – Егор с задумчивым видом уставился в дальний угол камеры, – пока ты читал статью об инопланетянах, мне довелось прочитать другую статью о возможной ядерной войне. Ведь у неё, оказывается, тоже могут быть варианты.
– Э-э-э…, – Арам задумчиво наморщил лоб, – что-то не припоминаю ничего такого. Но ладно, рассказывай.
– Так вот, – Егор собрался с мыслями, – конкретных сценариев и вариантов может быть множество, но из них можно выделить всего три базовых. Первый самый мягкий – малый обмен ядерными ударами. Образно говоря, «легионеры» шарахнут по «федералам» десятком-другим ядерных бомб и в ответ получат десяток-другой. На этом ядерная война благополучно закончится. Конечно, потери среди мирного населения будут измеряться десятками, а то и сотнями, миллионов, но сами государственные структуры уцелеют. По крайне мере в наиболее развитых и стабильных странах. За Иншалию, в этом плане, я не ручаюсь. Тут с огромной долей вероятности начнётся анархия. А вот политическая элита нашей новой родины вполне может не только уцелеть, но и удержать бразды правления над страной в своих руках.
Второй базовый вариант вызовет распад каких бы то ни было государственных структур. То есть, ядерных ракет и бомб будет гораздо больше. Какая бы то ни была власть удержаться не сможет в принципе, даже если уцелеет центральное правительство в столице. Но, главное, само человечество как вид всё же сумеет выжить. Конечно, в этом варианте счёт жертв будет на миллиарды, но человечество всё равно выживет.
Если верить автору той статьи, то основная масса мирного населения погибнет не под ядерными бомбами. Ведь на Ксинэе высокоточное оружие достигло такого развития и совершенства, что надобность в ядерных зарядах мощностью больше мегатонны просто отпала. Зачем бить муху кувалдой, если вполне хватит тапка? Самое трудное в охоте на муху это быстро и точно в неё попасть. Но самое печальное в том, что произойдёт крах высокоразвитой и высокоэффективной экономики. И без того перепаханная ядерными взрывами земля без удобрений и роботизированных комбайнов не сможет прокормить огромное количество выживших.
– Как говорят в подобных случаях опытные выживальщики, бойся не апокалипсиса, а того, что начнётся после него, – со смертельной тоской в голосе произнёс Арам.
– В точку, – Егор кивнул. – Государственная власть, даже если она превратится в лютую диктатуру и примат писанного закона, сумеет спасти гораздо больше человеческих жизней, нежели полная анархия.
Ну и третий базовый вариант ядерной войны можно назвать тотальной зачисткой. Это самый жёсткий вариант. Ядерных ударов будет столь много, что человечество банально вымрет как мамонты и динозавры. Хотя бы относительно чистых и пригодных для обитания земель не останется вовсе. С равным успехом может разразиться как «ядерная зима», так и «ядерное лето». Обитатели бункеров, даже самых надёжных и основательных, не смогут протянуть несколько десятков лет.
 
– Я так понимаю, – Арам глянул на Егора, – именно третий вариант с тотальной зачисткой и пугает тебя до дрожи в коленях. Я прав?
– Да, – нехотя признал Егор. – Видишь ли, Арам, второе задание от «Другой реальности» оказалось столь сложным, что нам удалось его выполнить едва-едва, буквально в последний момент. Если бы не твоя настойчивость, если бы мы протянули ещё хотя бы час, то… А вдруг суть третьего задания в том же? Вдруг от нас потребуется добраться до точки выхода до того, как на Ксинэе развернётся тотальная ядерная зачистка? Ведь это очень даже в духе компьютерных игр. Это же сколько драматизма, сколько эмоции. Это же самый любимый приём всех сценаристов и писателей – напряжённая гонка со временем. А мы сидим в этой камере, – кулак Егора звучно ударился о металлическую шконку, – и сделать ни хрена не можем.
Мы понятия не имеем, что творится по ту сторону этой двери, – Егор ткнул пальцем в массивную стальную дверь. – Чем чёрт не шутит, о нас могут запросто забыть. Начальству не до нас. А военная база Ныргал, сто пудов, в списке приоритетных целей для ядерного удара. Вопрос не в принципе, а в количестве килотонн в тротиловом эквиваленте, что скорее рано, нежели поздно, упадут на наши головы.
Эмоциональное признание Егора произвело на Арама очень странное впечатление. Лицо друга сперва вытянулось от напряжения, а потом он заржал так, словно жеребец при виде кобылы.
– Э! Ты чего? – Егор сердито нахмурился.
– Егор, ты дурак, – сквозь смех выдавил из себя Арам.
– А в глаз? – предложил Егор.
Реакция друга, мягко говоря, расстраивает, что попахивает настоящим безумием.
– В глаз не надо, – Арам не сразу взял себя в руки. – Егор, ты помнишь, как называется наша миссия?
– Э-э-э…, – Егор задумчиво нахмурил лоб. – «Ядерный конфликт». А что?
Изучение дитарского языка наконец-то позволило им более чем основательно ознакомиться со внутренним интерфейсом игры. Кроме меню, настроек и прочих возможностей, там нашлась энциклопедия игры. Только она откровенно разочаровала. В ней собрана в основном техническая информация по прохождению игры. Так Егор узнал, что может менять масштаб карты разведанной территории, так сказать, разгонять пресловутый «туман войны». Что они, как солдаты, обладают несколько более повышенной выносливостью и более стойки на рану и прочие поражающие факторы. И так далее и тому подобное. Откровенно говоря, действительно важной информации в энциклопедии нет. Непонятно даже, зачем она вообще присутствует во внутреннем интерфейсе игры.
– А то, – Арам шмыгнул носом, – что миссия «Ядерный конфликт» далеко не единственная. Вспомни тот «малахитовый компьютер» в «малахитовой комнате». Ну, это, когда мы уже выбрались из «малахитовых капсул».
– Ну и? – вопросительно произнёс Егор.
– Вот тебе и «ну и», – передразнил Арам. – Компьютер выдал нам целый список возможных миссий. Да, нам была доступна всего одна, самая первая, но она же не единственная. В чём суть прочих миссий я понятия не имею. Однако символические рисунки в строке с каждой миссией более чем прозрачно намекают на космические полёты, может даже за пределы звёздной системы Таяны.
– А-а-а, ну да, теперь припоминаю, – с облегчением произнёс Егор.
– Тем или иным образом цивилизация на Ксинэе уцелеет, – продолжил Арам. – Чего, чего, а ядерной тотальной зачистка не будет. Это я тебе даже не обещаю, а гарантирую.
– Ты полагаешь, – Егор задумчиво нахмурился, – что следующая миссия «Другой реальности» будет продолжением «Ядерного конфликта»?
– Более чем, – Арам кивнул. – Ведь это более чем хорошо укладывается в логику компьютерной игры. Сам же знаешь, что на Земле разработчики компьютерных игр очень любят выпускать всякие серии. Очень часто сюжет новой игры опирается на сюжет предыдущей. Ну, это, – Арам щёлкнул пальцами, – продолжение истории, хронологии. Чем в этом плане «Другая реальность» хуже?