Солнечный день (СИ)
Славик завздыхал под Вадимом, заёрзал, насаживаясь сам, и потянулся к члену.
Вадим, уже взмокший, такой весь голодный и ошалевший, смотрел на Славика с жадностью, щупал глазами, больно хватал за зад, бёдра или талию и внезапно принялся кончать, судорожно, отрывисто постанывая и впиваясь пальцами. После чего отодвинул руку Славика и додрочил ему своей, бросая немного бешеные взгляды и тяжело дыша.
========== Глава 4. Не Одри Хепберн. ==========
Когда Славик вернулся домой, он получил разнос. Полностью вытеснившие его из реальности мысли о возможном сексе с Вадимом и вознаграждении за этот секс, помешали сосредоточиться на обыденных вещах. Например, на том, что нужно предупредить своих любимых женщин, если ночуешь у «друга». А ещё какого-нибудь друга о том, что ты у него якобы ночуешь. Что нужно зарядить телефон, чтобы быть в курсе, если кто-то из родных звонит тебе семьдесят пять раз подряд. И вообще не помешало бы придумать какую-то сносную легенду...
Ну не скажешь ведь ма и ба о том, что не отвечал на звонки и не ночевал дома, потому что решил попробовать анальчик с мужиком в два раза старше, да ещё и за тачку. И что освободился только к вечеру следующего дня, потому что отсыпался у него на плече, а потом с усердием изучал искусство минета.
Пришлось наплести с три короба про снятую в клубе девушку, после чего бабушка схватилась за сердце, причитая, что вырастила изменника, а мама глубоко вздохнула, просто радуясь, что он жив-здоров и спросила, пользовался ли Славик защитой, а пока Славик вспоминал, был ли на Вадиме презерватив, когда он ебал его в зад, и считается ли минет без резинки за незащищённый половой акт, прикрикнула на бабушку:
— Ма, да что ты заладила. Изменник, изменник. Пусть развлекается парень, пока не отсохло...
Славик округлил глаза. Что значит «пока не отсохло»?!
Его отчитывали часа два, не меньше, а после Славик отбросил телефон на кровать и весь ушёл в подготовку к экзаменам.
Он очнулся в полтретьего ночи после прочтения главы учебника, где в невообразимо-сложном хаосе описывались все русские князья от начала и до конца, и теперь из-за засилия всяких Всеволодов, Владимиров и Святополков, мозг опух и отказался работать дальше над всем этим безобразием.
Славик закрыл вкладку с учебником и пересел на кровать, чтобы почилить в телефоне.
Там и вправду было под сотню пропущенных от «ба» и под полсотни от «ма». А ещё тысяча сообщений от Ирки, в которых подруга волновалась, не сожрали ли Славика инопланетяне, потому что ей звонила его мама, и спрашивала, не у неё ли он.
Славик отписался Ирке, что у него всё хорошо, но на вопрос, что он всё-таки делал и где пропадал, придумал какую-то чушь про метания одинокой души по ночным подворотням в поисках смысла жизни. Ирка считала его малахольным, поэтому должно было сработать.
Вадим спрашивался о его самочувствии, и Славик отписался простым «нормально», потому что с утра уже на этот вопрос отвечал, и всё действительно было в порядке. Однако в ответ неожиданно получил кучу комплиментов, узнал о том, какой он, оказывается, нежный, чувственный и настоящий, как с ним замечательно, и что он на Вадима всегда может рассчитывать.
Славик не знал, кого и что там рассчитывать, застопорился и написал односложно своё согласие, когда Вадим предложил встретиться у него ещё.
Так, в общем-то, и повелось. Славик готовился к экзаменам, трахался с Вадимом и снова готовился к экзаменам. А потом, написав все три, просто трахался с Вадимом, навешивая домашним на уши лапшу.
В конце концов, мама, конечно же, догадалась, что у него появилась дамочка постарше, но удивлена не была, а просто попросила быть осторожным, ибо везде инфекции, а он у неё один и слишком молодой ещё. С Иркой, что поступала в Питер, всё как-то зачахло само, даже не пришлось объясняться. Они даже остались друзьями и всё лето переписывались, обсуждая и новое жилище (у Ирки — студия от родителей, у Славика — однушка от Вадима), и цены на доширак, и родительский контроль, и бывших одноклассников.
— А ты знал, что Борян даже не поступил никуда? — сообщил голос Ирки из динамика.
— Не-а, — равнодушно ответил Слава, раскладывая конспекты на столе. — А чо он?
— А ничо. Мобилы продаёт.
— Ну и пусть. Ты себе парня уже нашла? Если нашла, только не говори, что вы уже переспали. Я этого не вынесу.
Ирка засмеялась.
— Ну, есть тут кое-кто, но я пока что не уверена...
— Ну и слава богу, — выдохнул Славик. — Пусть так же долго, как я, мучается.
— Славян, бля... У тебя у самого кто-нибудь есть?
— М-м-м... да.
— Кто эта сучка?
Славик хохотнул.
— Этот.
— Этот?
— Этот.
— Бля-я... А я Саньку не верила...
— А что Санёк?
— Ну он предупреждал, что ты по мальчикам.
— Это неправда.
— Правда-правда. Он мне ещё в десятом классе рассказал, что как-то на вписке случайно в ванную зашёл, а там ты с его братом. Обнимаетесь.
— Не помню я такого.
— Конечно, не помнишь!
С Вадимом Славик встречался почти весь первый курс, пока тот не сообщил, что переезжает в столицу.
Славик тогда пожал плечами, разочарованный, что придётся искать себе новую пассию и новый кошелёк, при всём том, что Вадим его полностью устраивал. Даже с его дурацкой привычкой забирать Славика с работы, чтобы не дай бог кто-нибудь его, такого красивого, не перехватил.