Дочь лучшего друга (СИ)

— А Костя? Ты поговоришь с ним?
— Надо. Только не хочется портить отношения с его отцом, — папа задумался, постукивая по столу кончиками пальцев. — Ты матери звонила?
Черт! Я совсем забыла!
— Нет.
— Но улетела в Париж. Одна. И не вспомнила о больной матери.
— Как она?
— На мой взгляд, лучше. Но с ее слов умирает.
— Все так серьезно? — напряглась я.
— От гастрита еще никто не умирал, — отмахнулся он.
Нет, все-таки надо позвонить маме. Папа может и не осознавать всей серьезности ситуации.
— В пятницу у жены Громова день рождения. Помнишь Марка Владимировича?
— Смутно, — призналась я, хотя знала, что он являлся директором крупного банка.
— Он собирается отмечать его в моем ресторане в Москве. Мы все приглашены. И ты в том числе.
— Я не могу. Мне нужно заниматься рестораном.
— Серьезно? — усмехнулся отец. — Когда ты улетала в Париж, ты не помнила об этом.
— Я тогда не подозревала, что у нас какие-то проблемы, — огрызнулась, отворачиваясь.
— Это не обсуждается. В пятницу ты должна быть в Москве.
— Папа, но я не знаю этого Громова.
— Это неважно. Мне нужна его поддержка. Он может помочь мне решить проблему с Костиными махинациями. К тому же, у него сын чуть старше тебя. Холостой.
Вот с этого и надо было начинать.
— Ты, что, решил свести меня с сыном Громова? — возмутилась я.
Ответ отца прервал мой телефон. Игорь. Отклонила не с первого раза. Пальцы дрожали так, что я не смогла сразу попасть по кнопке.
— Почему не ответила?
— Это Лера. Потом перезвоню.
Но Игорь ждать не желал, требуя меня.
— Ответь ей уже.
— Потом.
Телефон замолчал. Придется объясняться. Это заставляло меня нервничать и думать только об Игоре. И когда отец снова потребовал моего присутствия на торжестве Громовых, я бездумно кивнула.
— Поужинаешь со мной?
Есть не хотелось. Моим единственным желанием было сейчас забиться в какой-нибудь укромный уголок и набрать Игоря.
— Хорошо. Только зайду в туалет. Закажи что-нибудь сам.
Игорь долго не отвечал. Я успела за это время вымыть руки, проверить все кабинки и сделать не один десяток шагов по черно-белому мрамору. Нет, не вынесу с ним еще одной ссоры. Набрала снова. Короткие гудки.
Стук моих каблуков гулко отдавался под потолком. Игорь не перезванивал, заставляя меня, нет, не нервничать и не волноваться. Я была на грани паники. В дверь заглянула Хельма.
— Госпожа Маргарита, Ваш отец интересуется, все ли у Вас в порядке?
— Да, Хельма. Все хорошо. Я сейчас. Только руки помою, — для убедительности даже кран открыла. Она кивнула и ушла.
Я снова набрала Игоря. Длинные гудки. Они давали надежду. И когда в трубке раздался его голос, я едва не потеряла сознание.
— Привет! Почему ты сбрасываешь мои звонки?
Раздражен.
— Я была с отцом. Не могла ответить. А почему ты не отвечаешь?
— Был занят. Как ты? У тебя голос дрожит. Что-то случилось?
— Ты долго не отвечал.
— Не надо так волноваться по этому поводу, — в его голосе чувствовалось напряжение.
— А я волновалась. У тебя все в порядке?
— Да. Все хорошо. Текущие дела.
Игорь говорил коротко. Мне показалось, что в данный момент он занят чем-то еще.
— Я тебя отвлекаю?
— Нет. Я рад был услышать тебя.
Напряжен. Что-то не так.
— Мне нужно идти. Отец ждет меня. Позвони вечером. Хорошо?
— Я постараюсь.
Это не то, что я хотела услышать.
— Я буду ждать.
— Хорошо.
— Пока.
Слышать такого Игоря было тяжело. Он словно разговаривал со своей подчиненной. Подчиненной, не достойной ничего кроме отрывистых ничего не значащих фраз. Подчиненной, которая не имеет лица и никак не выделяется среди подобных. Подчиненной, которая ничего не значит. На ее место всегда стоит очередь.
— Ты чего там так долго? Проблемы какие-то? — папа хмурился, вглядываясь в мое лицо. Заказ еще не принесли, но стол уже был сервирован.
— Нет, все в порядке. Очередь. А потом Лера позвонила.
Я положила телефон рядом с тарелкой. Звонков не ждала. Поэтому когда пришло сообщение, едва не разбила тарелку, задев ее рукой.
 
«Малыш, не жди моего звонка сегодня. Ложись спать. Я закончу поздно. Целую».
На душе стало светлее, словно кто-то раздвинул плотные шторы.
«Позвони в любое время. Я буду ждать. Мне нужно слышать твой голос».
— Кто это? — спросил папа, кивая на телефон.
— Лера.
— Вы еще не наговорились?
— С ней невозможно наговориться, — я улыбнулась, глядя на черный экран.
— Не понимаю, о чем женщины могут столько трепаться?
— Обо всем. Нам интересно все.
— Кости кому-то перемывали?
— Не без этого, — передернула я плечами.
Ужин прошел без происшествия. Я никак не могла заставить себя перестать улыбаться. Игорь помнил обо мне. И я не была для него одной из многих. Я была для него единственной. Отец часто останавливал на мне подозрительный взгляд, но вопросов не задавал. Только один. Когда поздно вечером мы вышли из ресторана. У дверей меня ждал Альберт. Я совсем забыла, как Игорь настаивал на том, чтобы его водитель возил меня по Вене. А мне тогда не хотелось с ним спорить. Как теперь все объяснить папе?
— Ты завела себе личного водителя?
— Эээммм, не совсем.
— Что это значит?
— Это водитель Игоря Владимировича.
— Игоря? Не понимаю.
— Он предложил мне пользоваться его машиной, пока сам находится в Москве.
Ни слова лжи. И ни капли правды.
— Хм. Я не знал об этом. Но рад. Надо будет его поблагодарить за такую заботу о тебе. Он всегда относился к тебе как к дочери.
Наши с Альбертом взгляды встретились. Нет, папа, дочерей так не трахают. Я нырнула на заднее сиденье. Он устроился рядом.
— Альберт, как Вы узнали, что я в ресторане? — спросила я, когда отец скрылся в дверях отеля, и машина отъехала от тротуара.
— Господин Левинский позвонил. Почему Вы не сообщили о том, что вернулись, госпожа Маргарита?
— Я совсем забыла. Простите, Альберт. Надеюсь, у Вас не возникло из-за этого проблем?
— Нет, — Альберт улыбнулся. — Все в порядке.
— Альберт? — я не знала, как озвучить свою просьбу.
— Да, госпожа Маргарита?
— Мне бы не хотелось… чтобы кто-то узнал о наших отношениях. Я имею в виду…
— Я все понял, госпожа Маргарита. Я получил все необходимые инструкции от господина Левинского. Не переживайте.
— Спасибо.
Я поймала взгляд Альберта в зеркале заднего вида. Он хотел что-то сказать, но передумал.
— Что-то не так?
— Нет, госпожа Маргарита, — его улыбка получилась натянутой.
— Говорите, Альберт. Вы осуждаете меня? Или господина Левинского?
— Нет, что Вы, госпожа Маргарита. Меня это не касается.
— И все же?
Не люблю, когда ходят вокруг да около.
— У господина Левинского было много женщин, — неуверенно произнес Альберт. Эта фраза мне совсем не понравилась. — Но ни об одной из них он так не заботился, госпожа Маргарита. Точнее, я никогда не видел, чтобы он так заботился о женщине.
А вот это уже приятно.
— Просто он знал меня еще маленькой девочкой.
— Дело не в этом. Поверьте моему опыту.
— Вы ошибаетесь, Альберт, — я тяжело вздохнула. Он промолчал.
Как бы мне ни хотелось думать, что Игорь любит меня, но это было не так. Иначе все было бы по-другому. И я не боялась бы потерять его в любой момент.
Дома я заварила чай и, обняв ладонями горячую чашку, долго смотрела на зажигающую свои огни Вену. Игорь до сих пор не позвонил. И мама, наверняка, уже спала. Мне не оставалось ничего другого, как тоже отправиться в постель. Пустую и холодную.
«Мне так тебя не хватает».
Отправила и завернулась в одеяло. Но оно было лишь жалкой заменой рук Игоря. Аргентинское танго заполнило собой спальню.
 
— Я тебя разбудила? — надеюсь, что это было не так.
— Нет, я еще не ложился. А почему ты не спишь?