Разрушение и Искупление (ЛП)

— Я не могу этого сделать, исцелите меня, — захныкала Магда, и мисс Арден закатила глаза.
— А как еще ты должна была учиться? Старайся усерднее, — ответила она ласково, но твердо.
Магда выругалась и в последний раз приложила руку к ране. Кровь безжалостно стекала по ее бедру и пачкала пол.
Прежде чем бедная девушка повалилась набок, между ее ладонью и раной появилось легкое серебристое сияние. Я с болезненным энтузиазмом наблюдала, как рана постепенно затягивалась, пока нога не стала выглядеть как новенькая. Только прореха на колготках напомнила мне о кинжале в ее ноге.
— Мы заживаем быстро, но недостаточно быстро, — добавила Пенелопа, поднося оружие к золотистому полуденному свету.
Прежде чем я успела опомниться, она развернулась и вонзила кинжал прямо мне в ногу. Я вскрикнула, ошеломленная шоком. Эта сумасшедшая сука серьезно ударила меня ножом.
Кровь стекала по моему бедру и скапливалась подо мной. Затем появилась боль.
— Исцели себя, — приказал темно-русый демон, забрав у меня кинжал.
Я пыталась сосредоточиться, пыталась применить все, чему мы научились у нее, но, как бы я ни старалась, кровь не переставала течь. — Помни о своей магии, девочка. — Легче сказать, чем сделать.
Я представила, как серебристый свет исходит от моих пальцев, как целебное тепло проникает в мою плоть. Но ничего не произошло. Боль превратилась в невыносимый ад.
Сосредоточься, уговаривала я себя.
Я представила, как рана закрывается сама по себе, кусочек за кусочком, как артерия снова срастается и как регенерирует кожа. Я вообразила, что не хочу умирать. И в моих ладонях появилось ощущение покалывания.
Я цеплялась за это чувство, в то время как моя душа цеплялась за магию внутри меня.
Серебряный свет появился в моих ладонях и погас в ушибленном бедре, пока успокаивающее тепло не поглотило всю мою ногу.
Я почувствовала, как рана затягивается, моя нога заживает.
Мое сердце колотилось так бешено, что я боялась, оно вырвется у меня из груди. Я действительно сделала это.
Адреналин разлился по всему моему телу, и я услышала, как Николетт облегченно выдохнула.
— Это было близко. Не пугай меня так больше, — сказала она, слишком сильно ударив меня кулаком в плечо. Я потерла это место, все еще находясь в шоке от последних нескольких мгновений.
Один за другим студенты получали ножевые ранения или были вынуждены нанести их сами. Все прошли тест, и, наконец, прошло два часа. Время от времени я слышала, как одноклассники договаривались практиковать целительство, и я не хотела знать, какие методы они будут использовать, если они действительно зарежут себя до смерти в не очень безопасной обстановке.
Только когда Пенелопа отпустила нас, и мы были уверены, что она больше не планирует никаких внезапных нападений, мы осмелились встать.
Мои ноги дрожали, хотя мое тело было как новенькое. Тем не менее, шок был глубоким, и я поймала себя на том, что сжимаю руки в кулаки, чтобы не было заметно легкой дрожи.
— Использование магии вызывает у меня такой голод. Ты… — Она замолчала. Я просто покачала головой, понимая, на что она намекает. В последние несколько дней я ела по кусочкам и с трудом удерживала пищу внутри.
Питье крови все еще было в моем негативном списке дел. Я не была готова и никогда не была бы готова полностью. Может быть, я просто не хотела признаваться самой себе, кем я была и как выглядела моя жизнь сейчас, но пока я могла откладывать это, я это делала. Даже если жжение убивало меня.
— Я иду в библиотеку, чтобы провести еще кое-какие исследования, — ответила я. Она не знала точно, что происходит, но у меня было мрачное предчувствие, что она подозревает, что что-то не так. Я просто не хотела, чтобы она была втянута в мою драму.
***
Спустя две чашки кофе я сидела, склонившись над толстым томом об истории Элианны, но мои глаза искали только три знакомых имени хранителей судьбы. Было так чертовски трудно узнать о них что-нибудь полезное, что я боялась, что нить моего терпения лопнет.
 
Кроме того, мне нужно было отвлечься от Александра и его холодного отношения. Его отказ причинил новую для меня боль, и связь в моей груди ранила так же сильно, как разбитое сердце.
Кстати, о дьяволе…
НЕИЗВЕСТНЫЙ:
Где ты?
Я раздумывала, не просто ли проигнорировать его сообщение. Но это было бы бессмысленно; он все равно нашел бы меня. С раздраженным стоном я разблокировала свой планшет и ответила.
ЭЙВЕРИ ДЖЕЙМС:
Библиотека.
НЕИЗВЕСТНЫЙ:
Тебе нужна помощь?
Конечно, но не твоя, — подумала я про себя.
ЭЙВЕРИ ДЖЕЙМС:
Нет, я справлюсь сама.
Прошло несколько минут, но затем мой планшет снова завибрировал.
НЕИЗВЕСТНЫЙ:
В пути.
Я раздраженно закатила глаза. Он был последним человеком, которого я хотела бы сейчас видеть.
Я захлопнула книгу, чтобы поставить ее обратно на полку и поискать другую, которая могла бы мне помочь, блуждая среди гор книг и проводя пальцами по кожаным корешкам.
— Есть что-нибудь интересное? — внезапно спросил Александр у меня за спиной, и я вздрогнула. Я была так погружена в свои мысли, что не заметила его присутствия.
— Нет. — Я вздохнула. — Все, что я выяснила, я уже знаю от Лейлы. — Он кивнул, его мысли определенно были где-то далеко.
— Она рассказала мне о вашем открытии, — добавил он. Да, и ты не присоединился ни к одной из наших встреч, подумала я про себя, сжав челюсти.
— Это стоит попробовать. — Я не могла заставить себя сказать больше, опасаясь, что мои собственные надежды будут слишком завышены. Я отодвинулась от него и оглядела библиотеку через какое-то пустое место между книгами. Некоторые студенты сидели за длинными столами, записывая что-то в свои блокноты или играя на планшетах. Никто не обращал на нас никакого внимания.
— Я скажу тебе, если это сработает, — резко ответила я. Его невозмутимая маска слетела, и он сделал шаг ко мне.
— Что ты имеешь в виду? — Я покачала головой.
— Это не имеет значения. Ничто не имеет значения. — Я уже собиралась повернуться к нему спиной, но он схватил меня за руку. Вампир во мне проснулся — мои инстинкты перешли в режим выживания. Мой щит вытянулся, но рассыпался при соприкосновении с его телом. Этот ублюдок был хорош.
Александр наклонил голову и сжал губы, как будто ему приходилось сдерживать смех.
— Последние несколько недель были для меня адом, а ты не счел нужным присоединиться к нам. Не начинай сейчас. — Мой голос прозвучал громче, чем я намеревалась. Он сделал резкое движение запястьем, и магия окутала нас — пузырь тишины. Ной рассказал мне, как это работает.
— Поверь мне, я бы с удовольствием помог тебе, — он глубоко выдохнул. — Но будет лучше, если я не буду слишком вовлечен. — Я фыркнула и откинула волосы с лица. Это была явная ложь, я видела это по его глазам.
— Слишком вовлечен? Ты не был слишком вовлечен, когда в первый раз поцеловал меня, когда в первый раз трахнул меня? — Мой голос становился все громче. — Ты был не слишком вовлечен, когда я стала вампиром, благодаря твоему яду? Или когда ты подарил мне пианино? Или ты не был слишком вовлечен, когда провел со мной ночь? Тебе понравилось снова шутить со мной? — Слова просто вырвались из меня, и я была полна сдерживаемого разочарования, которое в любом случае рано или поздно выплеснулось бы наружу.
— Это не… — я прервала его, прежде чем он смог продолжить.
— Разве я больше не хорошая игрушка для тебя? Неужели я слишком сломлена? Ты бросил меня, бросил тогда, когда я больше всего в тебе нуждалась, — закричала я. — Я отдала тебе все, абсолютно все, а ты отвернулся от меня. — Его глаза пылали гневом, ненавистью. Но не на меня, нет, этот гнев был направлен на него самого. Хорошо. В конце концов, он должен был бы злиться. Я была чертовски взбешена.