Мимолётный Роман (СИ)

– Не поняла…
Ошарашенно смотрю на коллегу. Боковым зрением замечаю, как Анвар привстаёт со своего места.
– А что тут непонятного? Думаешь, если раздвигаешь ноги перед Романом Михайловичем, можно не хрена не делать? Просто просиживать за компом и болтать по телефону? Ты работать не пробовала или только давать умеешь?
Анвар молниеносно подлетает к Диме и, не задумываясь, с размаху наносит удар кулаком в челюсть. Остальные коллеги реагируют быстро и уже в следующие несколько секунд мужчин разнимают. Драка прекращается, так и не начавшись, чему я несказанно рада. Пока не натыкаюсь на разгневанный взгляд босса.
– В кабинет все трое. Живо, – чеканит Гордей и,не дожидаясь нас, первым возвращается в свой кабинет.
Подхожу к Анвару, на Диму даже не смотрю.
– Зачем? Тебя ведь могут уволить за драку.
– Пох… 
– Анвар!
– Что, Люд? Должен был и дальше молча выслушивать всё это дерьмо? Нет уж.
Не удерживаюсь и крепко обнимаю друга.
– Спасибо.
– Что вы, млин, сейчас устроили? – гремит своим басом Гордей на весь кабинет, хотя мне кажется, слышат его и за пределами этих тонких стен.
Не сговариваясь, мы с Анваром поворачиваем головы в сторону Димы. Тот вытирает кровь с разбитой губы и делает вид, что не замечает наших взглядов.
– Этот мудозвон оскорбил Люду.
– А ты, млин, рыцарь в сияющих доспехах, не устоял и примчался на помощь? Не придумал ничего лучше, чем устроить драку в офисе? 
– Быдло, спустившееся с гор, – выплёвывает Дима.
– Заткнись. 
– А ты вообще молчи, – бросает в меня убийственный взгляд, перед тем как обратиться к Гордею. – Слушай, какого хрена она до сих пор тут работает? Мы все подписывали соглашение о запрете служебных романов, а её типа не касается? Ей можно? Или спать с главным не считается за служебный роман? 
Дима всё больше распаляется, но он меня мало волнует. Я не свожу взгляда со спокойного лица Гордея. Уволит. Он меня наверняка уволит. Ещё припомнит, что любовь в рабочих стенах ничем хорошим не заканчивается.
Гордей отвечать не спешит, на меня не смотрит, тяжёлым взглядом сверлит Диму. А тот, ничего не замечая, со стула подскакивает и начинает расхаживать по кабинету.
– Кате пришлось увольняться из-за твоего дурацкого запрета, а этой, – с пренебрежением кивает в мою сторону, – всё можно?
– Всё высказал? Или есть ещё что-то добавить?
Дима тушуется от тона Гордея. Предупреждением сквозит каждое слово, хотя внешне он по-прежнему невозмутим.
– Мне не нравится, что мы должны работать за неё, – Дима обратно садится. В голосе больше нет прежней уверенности, но он продолжает гнуть свою линию.
– Да что ты? – оскалился Гордей.
Жуткое зрелище. Я даже в спинку стула вжимаюсь. Точно уволит. Я и правда в их отделе меньше всех заявок обрабатывать успеваю. Дима, почувствовав новый прилив уверенности, активно закивал.
– Да, ты видел, сколько она заявок в прошлом месяце обработала?
– Зато каких, – вступается Анвар, но Гордей его взмахом руки обрывает.
Открывает специальную программу на компьютере и поворачивает монитор к нам лицом.
– А теперь, несчастный мой, расскажи-ка, почему Люда закрывает все заявки, что у вас по несколько дней висят открытыми? Почему авгиевы конюшни постоянно ей достаются? Ты знаешь, сначала думал, это случайность, но уже третий месяц ничего не меняется. – переводит взгляд на Анвара, – тебя, рыцарь в сияющих доспехах, это тоже касается.
– Исправлюсь. – тут же отвечает друг.
Дима лишь исподлобья смотрит на босса, но ничего не отвечает.
– Теперь давай ситуацию с Катей обсудим.
Коллега хочет возразить, кидает в мою сторону взгляд, но Гордей снова останавливает его одним взмахом руки.
– Во-первых, Катя сама уволилась, я предложил ей перевестись в другой отдел.
– Ага, в кадровики, – с презрением хмыкает Дима, будто кадровики не люди.
– Во-вторых, – игнорируя комментарий, продолжает Гордей, – сколько раз я вам делал замечание? Вы же, млин, кролики недозревшие, все туалеты этажа обошли, не говоря о том, что устраивали здесь.
  
– На работу страшно было приходить, вдруг Катя опять под столом. – вмешался Анвар, а я от этой картины поморщилась, такое точно бы увидеть не хотелось.
– Всего лишь один раз случилось, – бурчит Дима, – нечего было приезжать на работу так рано.
– Ещё вопросы есть, почему я попросил Катю уволиться?
– Нет, – с недовольством отвечает.
– Отлично, переходим к главному. Решай сам, либо ты часть коллектива и перестаёшь себя вести как гнида, либо сам пишешь заявление и сваливаешь, – Гордей тыкает пальцем в экран монитора, – результаты за последние месяцы не в твою пользу. Иди думай. Анвар, тебе предупреждение, драк не потерплю. Свободны.
До последнего верила, что я тоже свободна, но только начинаю вставать со стула, как падаю обратно.
– А с тобой, Люд, разговор только начинается.
Ни слова, ни тон мне не нравятся. Ничего хорошего они не сулят, даже несмотря на то, что он защищал меня сейчас.
– Скажешь, что предупреждал?
Гордей невесело усмехается.
– Да, но даже я не думал, что Дима поведёт себя как истеричная баба. Ладно, спишу на то, что ты ему понравилась, а выбрала другого, вот парень и злится, – такого заявления я точно не ожидала. Видать, выражение лица у меня сейчас красноречивое, раз друг поясняет: 
– Он с первого дня облизывался на тебя. Меня порой поражает, как женщины не замечают восхищённых взглядов. Это у вас на подкорке: мужик не зашёл – значит, не существует. А тот несчастный слюной захлёбывается.
– Ой, а у вас, мужиков, будто не так?
Гордей пожимает плечами. Мол, всё может быть.
– Вообще, я о другом хотел поговорить.
– Уволишь?
– Наоборот, – снова усмехается, но на этот раз с теплотой, – мне преемник нужен. Ухожу с этой должности.
– К-куда? А компания? Ты же партнёр Ромы.
– Останусь им, но у нас кадровые перестановки. Ромыч сам тебе всё расскажет, когда придёт время. Хотя, может, он тебя с собой забрать захочет.
– Куда? Гордей, что происходит?
– Да погоди ты, я только сейчас понял, что мой идеальный план может провалиться. Слушай, а ты с кем работать хочешь? С Ромычем или со мной? Ну вот подумай здраво, зачем тебе служебный роман? Это же двадцать четыре часа в сутки одну и ту же рожу рядом с собой наблюдать. Ты только представь, какой это стресс, а оно тебе надо?
– Ничего не понимаю.
Гордей настолько выбил меня из колеи своими вопросами, что я даже не слышу, как открывается дверь в его кабинет.
– Ну ты согласна, что я получше начальник, чем твой Ромка?
– Сотрудников моих переманивает, значит?
Тёплые и такие родные руки опускаются мне на плечи, ласково сжимая их.
– Малышка, шли его лесом, ты же знаешь, что я у тебя самый лучший.
Достали! Оба! Говорят что-то намёками и непонятно, какого от меня ответа требуют.
– Что происходит?
Встаю со стула и отхожу от одних загребущих рук подальше, а то знаю я, попаду в их капкан, и остальное уже не будет иметь для меня смысла.
– Мы тут расширились, аптеками обзавелись, – таким ровным голосом говорит Рома, будто рассказывает, как за хлебом сходил, – я теперь буду ими занят. А Гордей на моё место встанет.
Пока я перевариваю информацию, друг решает меня добить.
– Люд, я хочу, чтобы ты возглавила отдел ай-ти.
– А?
– Бэ. Повышение тебе предлагаю. Ну, или можешь со мной в аптеки уйти.
– Нет. На оба вопроса. Ром, я буду рада, если моим мужчиной будет НЕ босс.
– Я остаюсь акционером и владельцем.
– Это незначительный нюанс, не смущающий меня. Гордей, мне нравится именно моя работа, а командовать предоставь кому-то другому, – киваю на стену, которая отделяет меня от коллег, – благо, выбор хороших специалистов большой.
– Точно? Не пожалеешь?
Мотаю головой. Я знаю, сколько на самом деле работы у Гордея. И понимаю, что не готова к такому количеству. Придётся задерживаться на работе, а я не хочу. Лучше проведу время вместе с сыном, а на повышение, если что, ещё успею пойти.