Мимолётный Роман (СИ)

Слова Ромы доходят до меня медленно. Успокаивают не сразу, но всё же спустя время напряжение меня отпускает, и я согласно киваю.
– Вот и умничка. Пошли, Златовласка.
Рома выделяет мне соседнюю с сыном комнату. Быстро целует в уголок губ и уходит в свою комнату, а я обессиленно падаю на кровать и пытаюсь понять, что со мной происходит. Сегодня выдался слишком насыщенный день. В итоге не замечаю, как проваливаюсь в крепкий сон. Не слышу звонка курьера, который принёс пиццу. Не чувствую, как заботливые руки снимаю с меня одежду и удобно устраивают в кровати.
Сплю непозволительно долго, но просыпаюсь с такой лёгкостью во всём теле, и главное, в мыслях. Пока не замечаю чужую обстановку и воспоминания о прошедшем дне не накрывают лавиной. 
– Ма, ты проснулась? 
Сын осторожно заглядывает ко мне, спасая от ненужных переживаний. Вчера хватило. 
– Ну ты и спать, – улыбается он, забираясь на кровать рядом.
– Сколько времени? 
Оглядываюсь в поисках телефона, но нигде не вижу его.
– Уже обед, ма. И я есть хочу, а у Ромы ничего нет.
– Обед? Но как? Мне на работу!
Подрываюсь, придерживая одеяло на себе.
– Рома сказал, у тебя выходные до конца недели. Говорит, спокойно обжиться надо. Ма, закажем обед или ты готовить будешь?
– Закажем, – падаю обратно на кровать.
– Отлично! Давно лапши не ели.
Киваю. 
– На Рому тоже закажи.
– Ага. С сельдереем.
Сначала не понимаю, а потом вспоминаю вчерашние шутки мужчины про пиццу и улыбаюсь. От мысли о пицце живот начинает громко урчать.
– Ром, а пицца осталась?
– Ма, кто долго спит…
– Поняла, – говорю с сожалением. 
– Но я как самый лучший сын, оставил тебе пару кусочков. Так что вставай.
И уходит, не отрывая взгляда от телефона.
Я наконец встаю, одеваюсь и плетусь в ванную, всё это время продолжая улыбаться. Ну а что, не самое плохое начало дня. А от мысли, что впереди много выходных так вообще становится хорошо. О плохом, успею подумать позже.
  
Глава 22
 
На кухне меня ждёт горячий кофе и разогретая пицца – как мало, оказывается, надо для счастья. Всего лишь выспаться и вкусно поесть. А вот сын ворчит.
– Поскорей бы Рома приехал, комп привёз. Пацаны там бегают.
– А ты тут с мамкой сидишь… Ужас!
Дениска морщится на мой сарказм, бросает в меня убийственный взгляд, но даже не задевает.
– Лучше скажи, что у тебя со списком чтения.
– Ну-у, ма-а… – с отчаянием в голосе тянет, но не добившись нужного эффекта, бурчит, – хорошо же сидим, а ты такой момент портишь.
Активно киваю, опираюсь локтем о стол, на ладонь, сложенную в кулак, опускаю голову и вопросительно смотрю на сына.
– «Маленького принца» прочитал. 
– Пф-ф-ф, его мы с тобой давно читали.
– Ма-а… 
Приподнимаю брови на стон раненого зверя.
 – Лучше бы Алекса Райдера задали прочитать.
– Ты и так все книги про него прочитал. Ещё и сериал посмотрел.
– Блин, ну почему наши классики не писали про шпионов? Это же интереснее, чем то занудство, что заставляют нас читать. Я честно открыл «Детство2 Горького, но мам, так спать сразу захотелось. Пришлось идти играть, чтобы взбодриться.
С трудом сдерживаю смешок, тяжело быть строгой мамой, но всё же сочувственно качаю головой.
– Бедный ребёнок. 
Дениска корчит несчастную мордочку.
– И я про то же. Без компьютера никак, мам, иначе впаду в летнюю спячку, а оно тебе надо?
К восторгу сына, Рома и правда скоро приезжает. Вместе с рабочими таскает нескончаемые коробки с нашими вещами в квартиру, и даже подключает Дениску в помощь, а вот меня отправляют сидеть на диванчике.
– Мы мужчины, сами справимся, – гордо заявляет сын, ставя на пол очередную коробку и показательно отряхивая ладони друг о друга.
До боли прикусываю губу, чтобы не сказать ничего против. Буквально заставляю себя сесть, но каждый раз, когда кто-нибудь входит в квартиру, подскакивают и бегу с желанием помочь. Привычка всё делать самой оказывается сильнее меня. В какой-то момент Рома ловит в свои объятия.
  
– Неугомонная, – шепчет в самые губы. 
От одного дыхания голова идёт кругом, нестерпимо хочется попробовать на вкус, тянусь к нему, но он лишь мимолётно целует.
– Мы уже заканчиваем. Сейчас начнём распаковывать и тут уже тебе придётся командовать парадом, хозяйка.
Снова целует и сбегает, пока я, поражённая, стою, глазами хлопаю. Какая ещё хозяйка? В чувство приводит телефонный звонок. 
– Да? 
– Здравствуй, дочь. 
Всего лишь два слова, всего лишь приветствие, но меня будто окатывает ледяной водой, смывая всё хорошее. Замораживает. Становится зябко, охватываю себя свободной рукой. Пытаюсь согреться, но всё бесполезно.
– Привет, пап.
– Где вы? Костя сказал, вас выселили, я приехал за вами, но дверь никто не открывает.
Делаю глубокий вдох, пытаюсь придумать, что ответить, но не успеваю ничего сказать.
– Люда, я всегда ценил твою честность. Не разочаровывай.
– У знакомого, – прикрыв глаза, признаюсь.
Сжимаю ещё сильнее телефон, потому что в руках появляется дрожь. Жду, когда папа скажет хоть что-нибудь, но в динамике звенящая тишина. Подхожу к окну, смотрю, на открывшийся вид: оживлённая трасса, машины мчатся от светофора к светофору, куда-то спешат пешеходы, а через дорогу такие же высокие, красивые дома. 
– Пап… – говорю робко, с наивной надеждой на лучшее.  
– Говори адрес, я забираю вас домой. Нагулялась, хватит.
Смотрю на голубое небо. Яркое солнце и красивые, но редкие перистые облака. Сейчас бы куда-нибудь на природу, где можно вдохнуть полной грудью и почувствовать запах лета. Эта картина представляется такой яркой, что улыбка против воли появляется на моих губах.
– Нет. Я не вернусь домой.
– Вернёшься, Люд. Вы с Костей хотели самостоятельности, утверждали, что так будет лучше для вашей семьи. Съехали от нас, и что из этого вышло? Вы развелись, мой внук не видится с родным отцом. Я поддался уговорам матери, не стал тебя забирать сразу домой. Она, наивная, считала, что ты так быстрее сдашься и вернёшься к Косте, но к Косте ты не вернулась, с работы тебя выгнали, а потом и со съёмной квартиры. И вместо того, чтобы поступить как взрослый, ответственный человек – вернуться домой, ты с сыном попёрлась к постороннему человеку.
– Он не посторонний, – сглатываю ком в горле. Я наверняка пожалею о следующих словах, но всё равно с уверенностью произношу. – Мы переехали к моему жениху.  Рома сделал мне предложение, и я согласилась. Скоро распишемся.
Разворачиваюсь от окна и застываю. На входе в комнату стоит Рома, а рядом с ним Дениска. Оба ошеломлённые. Денис первый приходит в себя, хмурится, а потом и вовсе вылетает из комнаты. Дёргаюсь следом, но папа напоминает о себе и о том, что разговор ещё не закончен.
– У тебя уже есть муж! Ты сама выбрала его, когда легла в постель с ним! Сама кричала о своей великой любви к Косте.
– Мы были детьми, пап! Влюблённость не отличали от любви. 
– А сейчас выросла? Семью на одних чувствах не построишь. Костя наконец это понял и готов тебя принять обратно. Пора и тебе остепениться. Сейчас ты любишь этого Рому, а что будет через десять лет? Любовь пройдёт, ссоры начнутся… Сдашься и к другому мужику в постель поскачешь? Ведёшь себя как шалашовка! О сыне подумала? Какой ему пример подаёшь? Насмотревшись на родную мать, он теперь женщин уважать не будет!
Меня снова охватывает озноб, только на этот раз не из-за страха, а из-за жгучей обиды. Понимаю, что больше не могу говорить. Не могу всё это выслушивать. Да и не должна. Я давно уже не ребёнок, не обязана ни перед кем отчитываться, но так наивно хочется, чтобы родные люди поняли меня.
Молча отвожу телефон, но отключится не успеваю, Рома забирает его, подносит и глядя мне в глаза произносит:
– Здравствуйте, это жених Люды.
– Что ты делаешь? – шепчу одними губами.