Степные травы (СИ)

Рядом с Грегом стояли его жена и невеста. Ксентария смотрела на происходящее с плохо скрытым жадным каким-то торжеством. Мелика была более спокойна, но задумчива.
Страховали кольцо, чтобы оно вдруг не завалилось, пара десятков одаренных, во главе с мастером Эллиусом. Который, в последнее два дня доставил немало хлопот своей неуемной жаждой деятельности.
– Кольцо будет ехать день? – спросила Мелика.
– Да, – ответил Грег. – Если быть точнее, сутки. Там же метров по сто в час двигать будут.
– А может и дольше, – отозвалась Ксентария. – Тут нельзя рисковать.
– Ты же говорила, что само кольцо очень прочное? – спросил Грег.
– Рисковать нельзя ни в коем случае! – с жаром ответила девушка. – Каждый шаг будет просчитан!
– Понял, понял, – хмыкнул Грег. – Знаете, что мне интересно? Куда делась матка в Даннеране? Например, в Даэрон-Мерии она все еще в роще. Хоть и закаменела.
– Портал в Даннеране не строили, – отозвалась Ксентария. – Как и в Аваратане и в Эло. Они там уже были, их только реконструировали. И насколько я знаю, в Эло кольца не видно.
Кольцо замерло, выехав на специально построенный, каменный пандус. От пандуса в сторону замка шла самая настоящая, каменная дорога, которая упиралась в находящийся примерно в десяти-одиннадцати стрелищах (около двух километров) котлован. Точнее, дорога заканчивалась где-то в полутора километров от матки, так как ее еще строили. Да-да, мастер Эллиус был очень деятельным товарищем. Даже пришлось приостановить работы по строительству замка. Потому что надо было еще и фундамент под портальный храм сделать. То есть сделать монолитную каменную площадку, диаметром с полстрелища (сто метров). Идеально ровную площадку, идеально горизонтальную. Там такие расчеты производили, что Ксентария на сутки пропала из супружеской спальни. А вернулась шальная какая-то, дикая, с горящими глазами…И в тот день младшая семья Тайфолов впервые оказались в постели втроем, вместе (надо объяснять с какими целями?).
Эллиус махнул рукой и к нему подскочил бригадир дварфов. Мастер потыкал куда-то вниз, дварф кивнул и ушел. Точнее, буквально убежал. Эта кипучая жажда деятельности, похоже, оказалась заразной. К тому же, как оказалось, для дварфов постройка портального храма – это очень репутационная штука. Грег покосился на Мелику, которая за последние дни словно подросла. В прямом смысле этого слова. В глазах, мимике, жестах девушки проскальзывали такие… повелительные нотки. И у остальных дварфов, даже у седобородых матерых мужчин, по этому поводу не возникало никаких вопросов. Никакого обычного ворчания не последовало, когда их направили на строительство дороги и площадки под храм.
– А делать что-то с руслом придется, – вздохнул Грег, прикидывая, что когда портал начнет действовать, то более нельзя будет обходиться только путем по суше.
– Отец уже говорил с Эстайрами, – ответила Мелика. – Они выделят своих мастеров для постройки плотин.
– Это хорошо, конечно, – чуть нахмурился Грег. – Но где столько еды взять? Придется ускориться с чисткой. Надо здесь распахивать. Ладно, давайте возвращаться, что ли.
Ксентария умоляюще посмотрела на мужа. Но Грег подхватил ее за руку.
– Кольцо доедет не сегодня, – наставительно произнес он, ведя девушку к экипажу. – А я хочу, чтобы моя жена ночи проводила со мной в постели.
– Ну, Грег! – взмолилась Ксентария.
– Все, все, – покачал отрицательно головой Тайфол. – Тебя еще и кормить надо принудительно, так что никаких возражений. Отец скоро приедет, вместе с мамами, Анти и Ари.
– А при чем тут они? – недоуменно спросила Ксентария.
– А при том, что я не могу показать жену, которую словно голодом морили все это время, – они дошли до экипажа и Грег чуть ли не закинул в нее жену. – Госпожа Тайфол.
Это он подал руку Мелике. Та улыбнулась в ответ и оперевшись о руку уже практически мужа, залезла в экипаж.
– В замок? – спросила Ирая Таннаер, сидевшая на козлах.
(Ирая Таннаер – личная слуга Мары Тайфол)
– Да, тетушка! – улыбнулся Грег.
 
* * *
Четвертый день зимы. Колесник «Сатая». Каюта Тайфолов. Раннее утро
Хижина была старой. Смотришь на нее и кажется, что дунет ветер посильнее и она полетит в реку сломанными палками. Но старик говорил, что в этой хижине жил его дед.
Белье, развешанное позади хижины, чуть трепетало на вечернем ветерке. Самое благодатное время в этих краях. Дневной гнус уходит, ночной еще только собирается. В это время и начинается самая работа. Мужчины выплывают на реку, проверить сети. Женщины ждут их на берегу, разводя костры. Потом в них кинут какие-то ветки, чтобы отгонять мошкару, которая иначе, кроме шуток, может сожрать.
– А, эль ниньо, – старый индеец, как всегда, сидел на крыльце и курил свою не менее старую длинную трубку.
Артем, выйдя из-за хижины, остановился. Вокруг стояла неестественная, глухая тишина, как в тумане. И на реке никого не было. И возле нее тоже.
– Пришел проведать старика? – спросил индеец. – Все нормально. Правнук у меня вот родился.
Артем, морща лоб, смотрел на старого Виха. А тот мерно попыхивал трубкой, прикрывая отверстие для табака желтым пальцем.
– Друг твой приходил, – произнес вдруг индеец. – Искал тебя.
– Друг? – подал голос Артем.
– Да, азиат и хромал, – ответил Виха. – Я рассказал, где ты. Он сказал, что ты удачливый кун.
– Иоши? – недоверчиво спросил Артем. – Но… Как?
Виха посмотрел на него с хитрецой.
– А как ты пришел? – произнес старик. – Так и он.
Артем посмотрел снова на реку. Пейзаж, просто врезавшийся в память. И вдруг реальность дрогнула, словно смотришь старое кино, то, которое на пленке.
– Ты заходи еще…
…Аринэль некоторое время недоуменно пялился в потолок. А потом посмотрел вниз. И встретился взглядом с одной нахально улыбающейся девицей, которая держалась… Хм, м-да. А Талия, сверкнув глазами, обхватила губами его член.
– Магия… – сонно пробормотала Саманта. – Опять… Когда ты уже угомонишься?
Сестренка лежала по-хозяйски, на плече. А сейчас перевернулась на другой бок, окончательно стащив с Ари одеяло и устроившись уже на плече Саэко. Талия тут же, со чмоканием выпустила из рта леденец и забралась сверху.
– М-м-м! Здорово! – выдохнула девушка, когда член Ари проник в нее.
– Милорд… – ага, это уже с другой стороны.
Даяна спала скромно, на подушке. Ее веки дрогнули… И она покраснела. Ракурс взгляда у нее был прям такой, какой нужно. Чтобы увидеть, как член раздвигает нижние губы одной развратной особы. А Талии, похоже, было глубоко плевать, что вообще-то утро и в каюте уже не полумрак. И все отлично, просто прекрасно видно. Даяна порывисто вздохнула и тоже отвернулась. А Талия в этот момент начала сладострастно постанывать и ускорять темп. Потом она сгребла руки Ари и поместила их себе на холмики грудей. Ну и пришлось парню помять то, что в руки попало. С сосками поиграть большими пальцами.
– Да, да, да, да, – негромко бормотала девушка, все больше ускоряясь.
А потом выгнулась, со всего маху буквально насадившись на член.
– О-о-о! – негромко простонала она, подрагивая.
И буквально рухнула на Ари, уткнувшись ему в шею. Дрогнула кровать. Кто-то сверху, в смысле дальше по кровати, перебрался на край. А потом мимо прошла Кинара… Причем в его, Ари, рубашке. И с таким видом, словно в своей шла. Аринэль проводил ее недоуменным взглядом. А Кина молча дошла до двери в ванную, открыла ее и зашла внутрь.
 
– Попа болит, – вдруг хихикнула Талия. – Немножко.
– А я говорил, не надо экспериментов, – наставительно произнес Аринэль.
– Так хочется же, – хмыкнула Талия. – И так, и так…