Королевская невеста
– Может, тут всех девок феи перецеловали? – тихо предположил забияка Хант. – Так надо наведаться сюда в гости, попросим леди Азельму представить нам всех красоток и будем учтивы, как на королевском балу.
Ильярд сверкнул на него взглядом и бросил:
– В Лисс!
Глава 5. Плетите кружева!
Азельма ожидала, что обмануть дядьку-стражника будет непросто, но нет, обошлось.
– А шалопай наш где? Где потеряла?.. – спросил, конечно, дядька Валя.
– Он мельника встретил из Кандея, тот велел ему что-то… – наскоро соврала девушка, чувствуя себя виноватой и перед мельником, и перед Валем.
Тот мельник из дальней деревни тоже был родственник и Валю, и стражнику.
– Вот вернись он только, бестолочь, – беззлобно буркнул тот, забирая у неё лошадь. – А хозяйка приехала недавно и ну кричать, где ты да куда делась. Придумай уж что-нибудь, пока не поздно.
Новость была плохая. Без опекунши в замке жилось и дышалось намного приятнее. И чего бы ей не задержаться в Лиссе ещё на денёк-другой? Ведь собиралась же! И там король!
Да, король сейчас скачет в Лисс и скоро будет там. А леди Клотильда была когда-то на короткой ноге с королевой-матерью, и король, конечно, рад увидеть леди Орсу, которую так любил в детстве! А они почему-то не остались в Лиссе, и опекунше срочно понадобилась Азельма – так что случилось?
Она только и успела наскоро переодеться и причесаться, как прибежала горничная леди Клотильды её звать.
Опекунша была не в духе.
– И где тебя носило? – накинулась она не девушку. – Пропала, никто не знает куда. Что-то много воли себе взяла, подлая девчонка!
– Да поставь её на горох, маменька, на пару часиков, – подсказала леди Орса, которая сидела в кресле и перебирала купленные в городе новые ленты. – Я тоже заметила, что она наглая стала последнее время.
Азельма промолчала, хотя могла бы возразить, что последнее время она так же избегала леди Орсы, как и предпоследнее и все прочие времена, и уж конечно наглеть даже не пыталась. Просто та всегда поддакивала маменьке, а начинать возражать – получится только хуже.
– Некогда ей на горохе прохлаждаться! – отрезала леди Клотильда. – Однако отвечай, где была, и не вздумай мне врать!
– В деревне! – нашлась Азельма. – Тетушка Сафина уезжает к родне и пожелала оставить мне сколки редких узоров, которые хранила всю жизнь. Я боялась не успеть. Ведь нам пришлось задержаться в Лиссе, миледи.
– Вот именно! Я ещё пошлю узнать, какая у вас там ось сломалась. Вам бы всем только бездельничать! Надеюсь, будущая баронесса оценит, каково мне присматривать за её наследством и за вами, бездельниками!
В сущности, слуги давно поняли, что проверять и ради этого куда-то посылать опекунша не станет. Покричит и успокоится. Равно как и заботами о хозяйстве она тоже себя не утруждала, только пользовалась в своё удовольствие.
– Не оценит она, маменька! – сладко протянула Орса.
– Ничего, моя хорошая, – кивнула ей леди Клотильда. – Это наш долг, и нам воздастся. А тебе вот. Вместо гороха. И попробуй только не управиться вовремя. В мастерской работу ждут, нужна срочно, – она вынула из своего шелкового мешочка для рукоделия лоскут ткани с куском кружева и сунула Азельме, – нужно такого же кружева три локтя. Всего-то дел. Только повторить надо в точности!
Азельма расправила кружево на ладони. Это явно был ворот мужской рубашки, очень старый. Кружево сплетено из очень тонкого льна – и хорошо, что не шёлк. Кружево затейливое, шириной четыре пальца, узор незнакомый, но это ничего. Нитки серые, лён не отбелен и не покрашен – такое кружево она видела на старых портретах. Сейчас в моде снежно-белое.
– Вам дали сколок, миледи?
– Нет, не дали. Вот ещё, и так разберёшься. Иначе почему тебя называют лучшей мастерицей графства?
– Сама не знаю, миледи, – не удержалась Азельма. – Ошибаются, я думаю.
– Поговори мне ещё! – прикрикнула опекунша. – Нет, ты точно стала дерзить! Думаешь, я не справлюсь с тобой, негодная девчонка?
– Что вы, миледи. Разве я осмелюсь дерзить? – девушка опустила взгляд. – Но без готового сколка я провожусь дольше. Какой срок на эту работу?
– Нужно было вчера! За ночь управишься?
– Это невозможно. Узор сложный, чтобы его плести, нужен яркий свет, миледи.
– Надо же, какие мы привередливые! – едко заметила леди Клотильда. – Ладно, будет тебе свет. Сколько свечей захочешь, столько и поставят. У тебя сегодняшняя ночь, и ладно уж, ещё утро. Хорошо, до полудня.
– Я постараюсь, миледи, – вздохнула Азельма.
– Нитки вот, – опекунша вытряхнула из мешочка несколько мотков ниток. – Видишь, белоснежные. Из них и будешь плести. Ну, не слышу!
– Слушаюсь, миледи.
– Маменька, а ты не скажешь ей про бал? И про платье от графини? – опять встряла дели Орса.
– Ну уж нет. Незачем отвлекаться на глупости, пусть занимается делом, – отрезала леди Клотильда. – Тем более ей времени мало! Ну, забирай всё и ступай! – последнее относилось уже к Азельме.
Собственно, ничего удивительного – какой-то богачке загорелось срочно получить платье именно с таким кружевом. Оно красивое, конечно. Три локтя – это можно отделать воротник или корсаж. Хорошо, что не тринадцать локтей. Придется сидеть над работой, не разгибаясь, но она успеет. Сильнее беспокоило другое – ведь завтра придётся сбежать из замка, чтобы навестить своих подопечных в сторожке. Надо раздобыть им провизии. И хорошо бы достать травы, унимающие горячку, у Минны наверняка есть, и у кухарки тоже. Многие женщины в замке запасались летом травяными сборами по бабушкиным рецептам – не бежать же к знахарке или к лекарю с каждой легкой хворью. Вода из источника – это хорошо, особенно если она поможет, но вряд ли проверенное лекарство будет лишним. И все придется делать потихоньку. Всё непросто!
Но это будет завтра. А пока Азельма села ближе к свече, расправила кружево на ладони и принялась рассматривать. Затейливая работа, узелков много. Главное, не упустить никакой мелочи, раз уж сказано, что нужна точная копия. Хотя мелких отличий, когда кружево пришьют на его место, никто и не заметит, но с графини станется начать придираться, ей только дай повод…
Кружева опекунша отдавала в монастырскую мастерскую. Лучшая кружевная мастерская в Лиссе располагалась именно при женском монастыре. Там работали монахини, послушницы и сироты из приюта, которым требовался кусок хлеба. Как ни странно, мастерицам со стороны монахини платили даже щедрее, чем в галантерейной лавке, куда повадилась отдавать свою «тайную» работу Азельма. Так что заказчица этого кружева тоже, надо думать, обратилась к монахиням и никогда не узнает, кто именно его сплёл. Да ей это и неинтересно.
Дверь без стука открылась – это пришла Минна. Она тащила поднос, на котором поместились несколько толстых свечей, плошка с сырными лепешками, что готовили слугам на ужин, и кувшинчик с горячим яблочным чаем.
– На вот, поешь, – она бухнула поднос на стол. – И свечи зажги. Не хватало совсем глаза перевести, тебе с ними ещё жить! Я травок в чай добавила. Для бодрости, чтобы не спалось. Гляди свечей побольше зажги! Леди Клотильде я, наоборот, мяты и пионовой травы всыпала. Пусть поспит покрепче, отдохнет получше. Ты как, девонька, управишься к сроку?
– Управлюсь, – кивнула Азельма. – Спасибо, тетушка Минна. Я потом поем, не хочется пока.
Вот действительно, ела она последний раз ясным днём и уже забыла, что и когда. А не хотелось совсем. Сколько всего приключилось сегодня, какая еда?..
Минна уходить не торопилась. Присела на табурет и сообщила, махнув куда-то в сторону ворот:
– А что делается, девонька! Не слышала? Стража графская сейчас приезжала, и ещё какие-то с ними. Управляющего вызывали, и нашего капитана. Спрашивали, не появлялись ли в замке чужаки. Двое мужчин, злодеи какие-то из застенков сбежали. Ты уж одна лесом не езди, и то не ровен час… А может, видела кого?..
На короткое мгновение Азельма и дышать перестала, но взяла себя в руки, улыбнулась.